Современный мир, как «последняя битва»
«Нефтяная война закончилась. На ближнем востоке началась другая — куда страшнее и без победителей» (Ника Балакина). «Традиционные представления о войне на Ближнем Востоке вновь меняются. Пока мировые информационные агентства публиковали снимки гигантских столбов черного дыма над иранскими нефтеперерабатывающими заводами, на периферии внимания произошло событие куда более значимое. Американская ракета поразила не просто промышленный объект, а опреснительную станцию на острове Кешм, в акватории Ормузского пролива. Как выяснила программа «Совбез» с Игорем Шевчуком на РЕН ТВ, эта атака может стать спусковым крючком для войны нового типа — войны за пресную воду, последствия которой будут страшнее любого нефтяного кризиса. С военной точки зрения удар по заводам в Тегеране выглядел эффектно. Пожары, видимые из космоса, и последовавший за ними черный кислотный дождь стали наглядной демонстрацией силы. Однако настоящей целью, изменившей правила игры, стала инфраструктура на острове Кешм. Вывод из строя установок по опреснению воды в этом регионе — это прямая атака на выживаемость миллионного населения. Глава иранского внешнеполитического ведомства Аббас Аракчи охарактеризовал произошедшее не иначе как «отчаянное преступление». Его заявление о том, что 30 населенных пунктов остались без водоснабжения, лишь вершина айсберга. На дипломатическом языке Тегерана это прозвучало как снятие всех табу: если противник бьет по критической инфраструктуре, обеспечивающей жизнедеятельность страны, ответ будет симметричным и неограниченным. Особый цинизм ситуации придает тот факт, что Международное гуманитарное право (в частности, Женевские конвенции) прямо классифицирует объекты водоснабжения как гражданские, удар по которым приравнивается к военному преступлению. Однако в текущей геополитической реальности, где, как отмечают эксперты, «работает только право сильного», Вашингтон и Тель-Авив, судя по всему, решили, что останутся безнаказанными. Для стран Аравийского полуострова вода значит больше, чем углеводороды. Опреснение здесь — это не бизнес, а вопрос существования государства. Катар практически полностью (почти 100%) зависит от «морской воды». Кувейт, Бахрейн и Оман закрывают опреснением до 90% своих потребностей. Даже мощная Саудовская Аравия получает таким способом около 70% питьевой воды. Как отмечают эксперты, например политолог Кирилл Стрельников, эта система невероятно хрупка. На всем побережье Залива функционирует всего несколько десятков ключевых станций. Логика проста и пугающа: уничтожение даже одной-двух из них способно лишить пресной воды целые провинции. До недавнего времени существовал негласный пакт о ненападении на эту инфраструктуру. Но удар по Кешму этот пакт аннулировал.
Иран не стал медлить с демонстрацией своих возможностей. Вскоре после атаки на Кешм, по информации программы, под удар попала опреснительная станция на территории Бахрейна. Это был четкий сигнал всем монархиям Залива: дружба с Вашингтоном больше не гарантирует безопасность ваших водопроводов. Зона поражения иранских ракет и дронов охватывает все стратегические объекты побережья. В отличие от Пентагона, которому сейчас предстоит решать невыполнимую задачу по прикрытию сотен объектов «водной» инфраструктуры союзников на огромной протяженности, Ирану достаточно иметь в своем арсенале всего несколько десятков точных ракет. Чтобы создать катастрофу, не нужно уничтожать все — достаточно вырезать ключевые узлы системы. Парадокс ситуации в том, что главным проигравшим от «водной войны» может стать сам инициатор ударов — Израиль. Именно Тель-Авив годами позиционировал себя как мирового лидера в технологиях опреснения. Сегодня 80% питьевой воды в Израиле поступает именно с моря. Но за этой технологичностью кроется колоссальная уязвимость. Как отмечают аналитики, 90% всей опресненной воды страны производят всего семь гигантских станций. Географически они расположены на узкой полосе средиземноморского побережья протяженностью около 200 километров. Такая концентрация делает их идеальной целью. Для Ирана нанести удар по одной-двум таким станциям не представляет технической сложности. Британский политолог Махфуз Талукдер приводит пугающие расчеты: массированная атака на опреснительные мощности Саудовской Аравии, которая является ключевым союзником США, может вынудить население Эр-Рияда покинуть город в течение двух недель. Вода просто кончится. Логистически обеспечить водовозами многомиллионный мегаполис в пустыне невозможно. США и Израиль, нанеся удар по опреснительной станции на острове Кешм, открыли «ящик Пандоры». Они легитимизировали уничтожение гражданской инфраструктуры, от которой зависит жизнь миллионов. Иран, получив дипломатические основания для ответа и обладая компактным, но мощным ракетным арсеналом, теперь может диктовать свои условия. Война за нефть, какой мы ее знали, рискует перерасти в войну за воду, где проигравших будет гораздо больше. И, как показывает практика, международные организации вряд ли смогут защитить мирное население ни в Иране, ни в Израиле, ни в странах Залива от последствий этой эскалации» (Ника Балакина). Короче говоря, властная элита современного Запада сошла с ума. А вот еше одно подтверждение этому — «Вопрос «зачем?» — делает «отсталые суеверия» документально подтвержденной правдой жизни» (Михаил Кунцев).
«Власти Израиля закрыли Храм Гроба Господня в Иерусалиме на неопределенный срок. Израиль принял решение закрыть доступ к святыне. Если власти Израиля не поклоняются сатане в буквальном, и уже открытом формате — ТОГДА ВОПРОС СКЕПТИКАМ: ЗАЧЕМ ЭТО НУЖНО?! ЗАЧЕМ ЭТО ДЕЛАТЬ?! Закрытие произошло перед Страстной неделей, когда в город съезжаются тысячи паломников. Религиозные лидеры называют это беспрецедентным событием, поскольку ранее службы в храме проводились всегда. О закрытии особенно остро отреагировали в Православном мире, так как храм играет центральную роль в традиции передачи Благодатного огня. Люди усмотрели в закрытии храма знак конца света. Допустим, нет. Допустим – «они темные и суеверные». Но тогда вопрос ЗАЧЕМ? остается совсем без ответа! В Откровении Иоанна Богослова утверждается, что в последние дни настанет период потрясений и гонений в том числе и в месте, «где и Господь наш распят». В той же 11-й главе Откровения описывается появление из бездны «зверя» — многие считают, что здесь речь идет об Антихристе» (Михаил Кунцев, команда ЭиМ). Каждый год накануне Пасхи тысячи людей собираются у Гроба Господня, чтобы стать свидетелями схождения Благодатного огня — одного из важнейших событий для христиан. Схождение Благодатного огня происходит ежегодно в храме Воскресения Христова в Иерусалиме (Храм Гроба Господня). По традиции от лампады, зажженной у места погребения Христа, люди зажигают пучки из 33 свечей — по количеству земных лет жизни Христа. Благодатный огонь ежегодно сходит накануне православной Пасхи, которая в 2026 году выпадает на 12 апреля. Чудо схождения Благодатного огня дает нам понять, что Господь нас никогда не оставляет. «Ежегодно огонь сходит как доказательство Его существования, хотя на самом деле верующему человеку, и доказывать-то ничего не надо. Во всяком случае, это действо дает возможность человеку укрепиться в вере и в благодатном действии промысла божьего на него» (протоиерей Димитрий Харцыз). Известна история, когда Благодатный огонь не сходил долгое время из-за того, что в Иерусалимский храм не пустили молодых арабов-христиан. Во время британского правления Палестиной, в 1922-1948 годах, английский губернатор запретил молодым людям входить в Иерусалимский храм из-за их шумного поведения: молодые православные арабы проявляют свою веру битьем в барабаны, хлопками в ладоши и громкими выкриками. Часто они заходят в храм, сидя у товарищей на плечах с возгласами «Наша вера правая! Наша вера православная!» В Великую субботу 1923 года, когда молодых людей не пустили в храм, паломники и патриарх усиленно молились о схождении Благодатного огня, однако его все не было. Молитва продолжалась около двух часов, но чуда так и не произошло. Тогда людей охватила тревога — верующие начали думать, что прогневили Бога. На исходе третьего часа Патриарх велел впустить арабов в храм. Когда они ворвались в него с криками, танцами и оглушительным боем в барабаны, огонь сразу же сошел».
К слову сказать, еще «Жириновский называл страшную дату: Вот чем закончится нападение на Иран» (Царьград). «Политик Владимир Жириновский не раз говорил о том, что рано или поздно американцы нападут на Иран и вслед за этим последуют «самые страшные события». Он прямо называл дату начала большой войны – возможно, даже Третьей Мировой, которая последует за разрушительными столкновениями на Ближнем Востоке. Это будет настолько масштабное переформатирование всего миропорядка, что оный больше никогда не будет прежним. Еще в 2006-м году Владимир Вольфович не только говорил о том, что Запад лелеет планы такой агрессии. Он показывал карту того, как Иран готовятся растерзать на куски. Жириновский отмечал: эту карту он составил исходя из того, что в Америке произносилось вслух. Хотя многие не обращали внимания на такие речи и вообще не верили, что нападение на иранцев действительно рассматривается в качестве сценария, уже тогда русский политик бил в набат. Об этой карте Жириновский вспомнил спустя 12 лет, когда Штаты разорвали ядерную сделку с Ираном. Напряжение между двумя странами начало резко расти. И Жириновский кричал с трибуны: «Тогда говорили — не будет этого! 12 лет прошло! Напрямую идет угроза!». Политик говорил: с Ираном попытаются сделать то, что в своё время Запад сумел провернуть с СССР. Добиться смены власти – а потом расчленить государство. Именно поэтому к северу от Ирана поддерживают курдов, мечтающих о создании собственной страны. Не против, оттяпать кусок у соседа, и Ирак, у которого всегда были непростые отношения с Ираном и который Штаты подмяли под себя. Именно поэтому Жириновский был уверен, что рано или поздно американцы нападут на Иран. Он даже предсказал, как именно это произойдет – и время показало, что этот прогноз сбылся с поразительной точностью. Политик утверждал: поводом для удара по Ирану станут его ядерные разработки. Предупреждал: не Штаты, а Израиль нанесет превентивный удар по ядерным объектам, а Тегеран ответит массированной атакой. После этих событий вмешаются США, а потом и НАТО. Жириновский был уверен, что Вашингтон добьется того, чтобы союзники по Альянсу включились в эту войну. Пока европейцы, надо отметить, сопротивляются втягиванию их в этот конфликт.
В одном из своих наиболее цитируемых выступлений от 2019-го года политик заявлял, что к 2024-му году на Ближнем Востоке развернутся такие события, что мир «забудет, что такое Украина». Как ни крути, именно в позапрошлом году ситуация в регионе начала обостряться невиданными темпами. А в 2012 году Жириновский объяснял студентам МГИМО, что целью дестабилизации Ирана со стороны Запада является ослабление России и Китая через контроль над энергетическими ресурсами региона. Он сказал: 2027-й год станет годом глобального конфликта. Временем, когда все накопившиеся противоречия должны будут «прорваться» наружу, а разные страны отчаянно будут пытаться реализовать свои амбиции. Штаты, стремительно теряющие влияния, и «беззубая» Европа готовы будут на самые крайние меры, чтобы удержать лидирующие позиции на мировой арене. При этом Китай, говорил Жириновский, не станет претендовать на место мирового гегемона. Мир должен подготовиться к неизбежному, — говорил Жириновский. Он предупреждал: дипломатия окончательно уступит место силовым методам насаждения своей воли. В южных регионах Европы вспыхнут конфликты. Эксперты считают, что этот прогноз Жириновского вполне может означать войны в Приднестровье и на Балканах» (Царьград). А вот как нынешнее положение дел в мире описывает Ростислав Ищенко – «Международное бесправье». «Министр иностранных дел России Сергей Лавров вынужденно констатировал то, о чем мы говорим и пишем последние годы: никакого международного права больше нет. Ни для Лаврова, ни для других руководителей России этот факт не стал откровением, они были прекрасно осведомлены об исчезновении международного права, более того имели возможность наблюдать процесс этого исчезновения. Путин на Мюнхенской конференции по безопасности в 2007 году даже предупреждал о негативных последствиях данного процесса (тогда его еще можно было остановить). Факт начала СВО также свидетельствовал об уверенности российского руководства в глубокой деградации международного права. Россия изначально делала ставку на соглашение, на урегулирование всех проблемных вопросов не только по Украине, но и по европейской и глобальной проблематике путем переговоров. Переход к силовому решению свидетельствовал о глубоком разочаровании России в эффективности переговорного процесса и качестве партнеров по переговорам.
Многие люди могут воскликнуть, что неадекватность «партнеров» была очевидна и что «мы предупреждали». Совершенно верно, все предупреждали, и всем неадекватность была очевидна. Путин, как сказано выше, вообще в 2007 году предупреждал, когда большая часть нынешних «пророков» была уверена в продуктивности сотрудничества России и Запада и в том, что недоразумения уйдут, а совместная работа останется. Конечно, сейчас найти таких будет так же сложно, как тех, кто позволил разрушить СССР (оно как-то само все получилось). Все были против разрушения СССР, но он развалился, все были против дружбы с Западом, но торговали с ним взахлеб, и даже современный ремонт назвали «евроремонтом», хотя делали его турки да корейцы. И правильно. России было незачем разрушать ни выгодную торговлю, ни международное право. И то и другое Россию устраивало, если бы только правила исполнялись всеми и были для всех одинаковы. Именно за сохранение права и правил Россия и боролась, так как альтернативой международному праву является война всех против всех, начальный этап развития которой мы наблюдаем. Именно начальный: если на Украине конец близок, то глобальное противостояние еще и до середины не добралось — все только начинается. Я в последние дни часто слышу от знакомых, что «скоро все решится». Они имеют в виду боевые действия на Украине. Я с ними согласен и в том, что скоро, и в том, что решится. Вопрос только, как именно решится и что после этого будет? В этом плане я даже не могу назвать заявление Лаврова тревожным сигналом. Скорее это жест отчаяния. Это жест мужика, пытавшегося удержать от падения в пропасть воз с поклажей, но осознавшего, что ничего не выйдет и никто ему не поможет. Он отпускает воз и коней, и в тот краткий момент, когда они еще не сорвались, хоть ничто их больше уже не удерживает на обрыве и на этом свете, срывает с головы шапку и бросает ее оземь, мол, «пропали оно все пропадом». Если международного права больше нет, а его нет, то договариваться больше не с кем и не о чем: нет самой базы для переговоров. Ибо отсутствие международного права означает торжество права сильного, а значит, надо вначале определить кто сильный, а уж затем соглашаться с его условиями или пытаться ему доказать, что они не соответствуют уровню его силы. Чтобы было понятнее, министр иностранных дел первой ядерной державы планеты, находящейся в состоянии необъявленной, но ведущейся с яростью и упорством войны с коллективным Западом — не желающей уходить натурой погрузившегося в системный кризис старого мира, заявил, что все надежды на мирное разрешение глобального конфликта исчерпаны. Так как наши оппоненты не желают следовать каким-либо правилам и соблюдать любые договоренности до тех пор, пока не убедятся в бесплодности всех вариантов силового давления на Россию и ее союзников.
В принципе, так мир жил практически всю историю цивилизации. Только после Первой мировой войны, ужаснувшей человечество своей тотальностью, возникла идея примата международного права над интересами отдельных государств. Но лишь после Второй мировой войны, принесшей еще больший шок от сопровождавших ее ужасов, эту идею смогли воплотить. И то не сразу, а лишь в тот момент, когда мир стал биполярным. Равновесие страха, обеспеченное ядерными арсеналами СССР и США, способными несколько раз уничтожить планетарную цивилизацию каждый в отдельности (без участия второй стороны), обеспечило готовность сверхдержав не только самим следовать определенным правилам, но и принуждать к этому страны, находящиеся в сфере исключительных интересов каждой из них (союзников, вассалов, протектораты). Последовавший за биполярным миром краткий миг американской гегемонии также отличался определенным порядком, который, хоть уже с меньшим успехом (ввиду своей ангажированности), диктовали США. Теперь у Вашингтона нет больше сил гегемонить дальше, и нет смелости признать фактическое возникновение многополярного мира. США пытаются сохранить правила однополярной системы в мире, значительная часть которого не хочет им добровольно подчиняться. Выхода из этой ситуации было ровно два. Первый долго продвигала Россия, предлагавшая договориться о правилах нового мира: определить региональные центры влияния, сферу исключительных интересов каждого из них, прописать правила взаимодействия и решения споров и таким образом плавно, без потрясений адаптировать действующее международное право к новой ситуации. По сути, США предлагалось вернуться к «концерту великих держав», базировавшемуся на теории европейского равновесия, которого они практически уже не застали, когда в конце XIX века выбрались из своего заморья на большую историческую арену. Эта система требовала более тонкой настройки, чем биполярность или односторонняя гегемония, но она была вполне рабочей. США отказались обсуждать подобные варианты. Второй предполагал выяснить, кто сильнее: сторонники нового многополярья или адепты старой гегемонии. До тех пор, пока речь шла о том, у кого больше и красивей ВВП, и кто — чью экономику может порвать в клочья, Россия, хоть и без восторга, была готова к своего рода продолжению соревнования с Западом. На предмет экономической эффективности, которое начал и проиграл СССР и в котором Россия вполне обоснованно надеялась на реванш. Но вскоре выяснилось, что Запад не собирается проигрывать: он на ходу меняет правила игры и, в конце концов, проигрывая в шахматы, без предупреждения переходит к боям без правил.
Москва и тут устояла от искушения отказаться от любого диалога и начать бить наотмашь всех, кто под руку попадется. Россия попыталась в рамках ограниченной военной конфронтации на третьих площадках убедить Запад в его неспособности, проиграв мирное соревнование, выиграть войну. Это была попытка остановить уже двинувшийся поезд, не дать ему набрать скорость и выехать на роковой обрыв к сгоревшему мосту. Но ведущим политикам Запада оказалось проще рисковать третьей мировой, чем признаться себе и своим народам в полном политико-экономическом банкротстве. Они не остановились, они решили, что рано или поздно, но Россия и ее союзники дрогнут перед необходимостью сделать последний выбор и отдадут Западу незаслуженную им победу в проигранном им соревновании. Российское руководство неоднократно говорило Западу, что рассматривает ядерное оружие как последний аргумент в международной дискуссии, но тем не менее не остановится перед необходимостью его применения, если интересы России того потребуют. На Западе эти заявления воспринимали достаточно серьезно, но желание сделать маленький шажок к обострению (явно недостаточный для слишком резкой реакции, но, сливаясь с другими, приводящий к изменению стратегической ситуации в пользу Запада) каждый раз побеждало. Заявление Лаврова уже не предупреждение — это констатация того непреложного факта, что никаких красных линий больше нет, удар по кому угодно, хоть по какому-нибудь союзнику США, хоть по самой Америке, может последовать в любой момент. И необязательно его нанесет Россия. Ведь раз международного права больше нет, то и договоры «О нераспространении ядерного оружия» и «О режиме контроля над нераспространением ракетных технологий» больше не действуют. Раз соответствующие технологии можно передавать Украине, то их можно передавать кому угодно (и оружие тоже: поди потом разберись, получили они его от кого-то или сами сделали). Никто больше не связан никакими правилами, только национальными интересами в том виде, в каком их понимает, реализует и защищает текущее руководство каждого отдельно взятого государства. Многие скажут: «Хорошо, что Россия наконец развязала себе руки». Другие заметят, что сказать мало, надо еще что-то сделать в развитие этих слов. И то и другое будет правильно. Но самое важное заключается в том, что мы теперь живем в мире, долгосрочное планирование в котором определяется подлетным временем межконтинентальных ракет (20–30 минут). Этот факт, к радости давно желающих «бахнуть», Россия вынуждена была констатировать, и это значит, что от «баха» нас теперь ничего не отделяет, кроме представлений политиков десятка ядерных стран о национальных интересах и способах их достижения.
Что же касается военной политики России, то к словосочетаниям «ликвидация Украины», «готовность прорывать блокаду на Балтике» и «сдерживание США в Иране» теперь смело и без ограничений мы не можем даже, а должны прибавлять «любой ценой», понимая, что цена действительно любая и платить ее придется всем» (Ростислав Ищенко). Именно в это время в Китае проходит массовая мобилизация: «Пекин готовится к войне и строит сеть подземных городов» (Андрей Ревнивцев). «Китай развернул беспрецедентную по масштабам мобилизационную кампанию. По системности она сопоставима с подготовкой СССР ко Второй мировой войне. Руководство Поднебесной ускоренно превращает страну в неприступную крепость: строит подземные бункеры, прячет заводы в горах, наращивает ядерный арсенал. Они готовятся пережить ядерный апокалипсис, а мы? Начнем с того, что ключевые промышленные объекты китайцы переводят вглубь страны, формируя там своего рода «стратегический тыл». Этот термин лично ввел Си Цзиньпин в ходе инспекционной поездки в провинцию Сычуань в июле 2023 года. Программа не ограничивается переводом мощностей государства подальше от предполагаемой ЛБС. Си ставит более амбициозную задачу: нужно, чтобы по щелчку пальцев все ключевые цепочки переходили из расслабленного режима мирного времени в режим тотальной мобилизации. По сути, на Сычуань и прилегающий к ней город центрального подчинения Чунцин возложены задачи по формированию национального стратегического резерва, где аккумулируются ресурсные и производственные мощности. Си Цзиньпин использовал этот термин также для обозначения Гуанси-Чжуанского автономного района во время инспекционной поездки в регион в декабре 2023 года, подчеркивая его роль в поддержке развития района Большого залива Гуандун – Гонконг – Макао, – пишет в своей научной статье политолог Василий Кашин. В рамках программы стратегического тыла также формируются грандиозные запасы всего на свете: от семян и тушёнки до угля и редкоземельных металлов. Только нефти на хранении находится около 1,8 млрд. баррелей. Сумасшедшими темпами пополняются и хранилища золота. В мире все прекрасно понимают, что в случае большой войны «его величество доллар» превратится в бессмысленный набор единиц и нулей на виртуальных счетах. После первых же ядерных ударов они исчезнут без возможности восстановления «из кеша». А вот физическое золото нельзя уничтожить простым нажатием клавиши Delete. Поэтому Народный банк Китая с начала прошлого года закупает рекордные объемы драгоценного металла. Он стабильно декларирует покупку слитков в районе 1-2 тонн в месяц. Однако финансовые эксперты, анализируя данные об импорте через Гонконг, Шанхай и Лондонский внебиржевой рынок, уверяют, что в реальности аппетиты Поднебесной в десять раз выше.
Еще одним признаком подготовки к армагеддону является грандиозная программа по улучшению гражданской обороны. Пекин внимательно изучает опыт СВО, поведение местных администраций и населения в ходе ракетных атак, а также нашу логистику и склады Незалежной. По сути, в Китае сейчас строится целая сеть подземных городов, где в случае ядерной войны укроется часть населения, правительство и ядерный арсенал КНР. Речь идет о сети сооружений общей протяженностью до пяти тысяч километров. Большая часть подземных сооружений уходит глубоко под гранитные скалы, как под панцирь, способный выдержать сразу несколько ударов американскими МБР. В прошлом году государственный телеканал Китая China Central Television приоткрыл завесу тайны и продемонстрировал подземную Великую Китайскую стену. В сочетании с комплексной подземной системой выживания это просто пятизвездочное роскошное убежище для ракетных войск. Это не просто лозунг – это основа стратегического сдерживания страны, – говорится в репортаже. По словам Василия Кашина, происходящее в Китае чем-то напоминает активную подготовку СССР ко Второй мировой войне. И здесь надо отметить, что наращивание военного потенциала в целом приносит выгоды даже во внутренней политике. Обществу нравится, когда, условно говоря, атомный ракетоносец спускают на воду или презентуют новую ракету. И совсем другое дело – мобилизационная подготовка. Она обычно вызывает тревогу, в некоторых случаях даже панику; полностью скрыть специальные мероприятия невозможно, и когда их реализация входит в активную фазу, люди начинают заметно нервничать. Вот и жители Поднебесной не могли не обратить внимания на то, что: — Все культурно-массовые учреждения строятся с учетом быстрого перепрофилирования в госпитали, пункты временного размещения и склады. — В стране принимают новые «мобилизационные» законы (об энергетике – 2025, о минеральных ресурсах – 2025). — В стране подводят законодательство под возможные массовые потери – новые редакции документов «Положение об увековечении памяти павших героев» и «Меры работы в отношении признания лиц павшими героями». Добавим к этому серьезные «чистки» в армии. Буквально недавно там, вероятно, был сорван заговор военных против Си, который готовил один из его сподвижников – «красный принц» Чжан Юся. Он и еще девять генералов были арестованы. Оппозиционные китайские СМИ (большинство из них связаны с Британией и Тайванем) уверяют, будто военачальники под руководством Чжан Юси хотели 18 января арестовать Си Цзиньпина, однако «охранка» Компартии это предотвратила.
Таким образом, мобилизационная политика является наиболее надежным индикатором стратегических планов и намерений государства. Следовательно, нужно быть слепым, чтобы не заметить, как бодро Китай готовится не просто к ограниченному конфликту, а к настоящей третьей мировой с обменом ядерными ударами и переходом страны в «подземный» режим функционирования. Эксперты связывают такую спешку с тем, что уже к концу 2020-х годов все будет готово для «главного события тысячелетия». А что у нас? К сожалению, пока ничто не говорит о том, что Россия готовится пережить апокалипсис. О системе гражданской обороны много «хорошего» могут рассказать жители приграничных районов, а также, как ни странно, судьи. Они периодически занимаются длинными, утомительными тяжбами между представителями власти и владельцами всевозможных шиномонтажек, автомоек, промышленных предприятий и так далее, чьи бизнесы находятся в помещениях бомбоубежищ. И далеко не всегда их оттуда удается выселить. По словам члена Комиссии Общественной палаты России по безопасности и взаимодействию с ОНК Владимира Винницкого, в уральской столице Екатеринбурге – одном из крупнейших промышленных центров страны – на 1 января 2025 года было 907 защитных сооружений, причем готовых к работе было менее сотни, еще около ста находилось в статусе «ограниченно готовых». В Санкт-Петербурге 4633 убежища. Из них готово всего 257 – это чуть больше пяти процентов, 849 готовы ограниченно, 3527 не готовы вообще, – перечисляет Винницкий. И это только один аспект в комплексе мер по подготовке к большой войне. Не будем гадать, случится она или нет, однако очевидно, что у потенциального противника такие планы есть, и сегодня Европа активно готовится повторить бесславный «поход на восток». Одно радует: судя по открытым данным, ситуация, сложившаяся с гражданской обороной в Европе, еще хуже» (Андрей Ревнивцев). Короче говоря, хотим мы того или нет, но весь современный мир ЖИВЕТ В ВОЕННЫХ УСЛОВИЯХ (или по законам военного времени) – в условиях идущей прямо сейчас мировой войны. Некоторые политологи называют ее «третьей мировой войной», но правильней называть ее просто «мировой войной», которая началась с началом двадцатого века (если не раньше), и с небольшими «передышками» продолжается до настоящего времени. Ну а сегодня накал этой войны резко возрос. Ибо, как очень верно написано в ветхом Завете, «сумасшедшие дьявольские силы», существующие в нашем мире, сумели-таки построить «Третий Храм» в нем (в виде Западного мира), и управляет этим Храмом – Сатана (Дональд Трамп под ликом «миротворца»). А стало быть, и Апокалипсис не за горами. В чем же главная разница между двумя противоборствующими сторонами – Западным и остальным не западным миром? Славу Богу, что большинство человечества (не западный мир) еще помнит, что жизнь невозможна не только без БОРЬБЫ, но и без ЛЮБВИ. Ну а меньшинство («сумасшедшие дьявольские силы») помнит только о БОРЬБЕ, и не о чем более. И идущая сегодня мировая война может закончиться только после того, как исчезнет это «сумасшедшее меньшинство».