Весь мир — театр
«Про театр, реальность и виртуальность» (Тарас Выхристюк). «Многих наверняка периодически посещало ощущение происходящего вокруг, как некоего цирка; в этой статье покажу, откуда это ощущение берется. Цирк — это по определению вид зрелищного искусства, который бла-бла-бла. В данный момент к черту подробности; если почитать определение театра, то там мы видим… вид зрелищного искусства, который бла-бла-бла. То есть форма у них разная, но суть одна. Смысл один — развлекать публику. Меня периодически обличают в радикализме; что я хочу и остальных призываю радикально что-то изменить. В целом таки да, но радикализм — он не про движение ради движения, а про коренные изменения (radix по-латински — корень). И радикал здорового человека — это тот, кто зрит в корень, в самые основы, в суть и смысл, отфильтровывая внешнюю шелуху. Вот и тут мы постоянно ковыряемся в корнях, а не в эмоциях и ощущениях, как это принято в этих ваших интернетах. Разумеется, не стоит приравнивать театр к цирку и наоборот; это разные жанры и уровни эмоций; цирк больше про низшие эмоции, театр больше про высшие (но это не точно). И то и другое имеет право на жизнь; и нет смысла сравнивать, что лучше, а что хуже. Пожалуй, главное тут в разрезе данной статьи — что в пределе одно может быть сведено к другому; например, жанр буффонады может использоваться и в театре и в цирке; а всеми любимый актер Никулин — цирковой клоун по профессии; и кто скажет, что он не умеет в психологический жанр?.. Но это все была присказка; речь сегодня не про цирк, а про театр, в широком смысле этого слова. Для многих будет неожиданностью, но театр — один из очевидных примеров виртуальности в реальном мире. Писал об этом более 10 лет назад; многие путают виртуальность и виртуальную реальность; так вот виртуальность — это то, что не существует, хотя может существовать; а VR — это полностью не-существующий мир. И тут нужен очередной отскок в сторону; у обывателя в голове зачастую сформирована черно-белая картина мира — вот это плохо, а это хорошо. Хотя при этом сформулировать, что такое Добро и Зло, он не может, и все обычно сводится к «нравится/не нравится»; а это так не работает. Без Добра и Зла нет и понятий «плохо-хорошо»; а ваши эмоции никого не интересуют; они, как дырка в заднице, есть у каждого; пардон за мой французский. Это я ворочаюсь к термину радикализм — давайте будем называть вещи своими именами. Взять ту же виртуальность; многие считают, что это — плохо. Но ведь и игра ребенка в песочнице — это виртуальность; да-да, он там себе придумывает машинки, драконов, единорогов и индейцев, играясь в песочнице с камнями и ветками. Читаем определение и думаем.
И ровно то же самое и с театром — это тоже чистой воды виртуальность; мы же там не реконструируем совет в Филях, например; нет, там какой-то выдуманный персонаж делает вид, что любит или ненавидит другого, еще более выдуманного персонажа; и в объективной реальности, если отбросить контекст, то все это выглядит, как тот самый упомянутый выше цЫрк, только без коней. Контекст в данном случае важен, поэтому не будем преждевременно обличать театр, а проведем другую аналогию; что роднит игру ребенка и театр, кроме того, что и то, и то — виртуальность?.. И то и другое — игра. Это, судя по определению, кроме разных бла-бла — способ получения и развития навыков. Вроде бы — сугубо положительный термин; хотя все мы знаем, до чего могут доводить игры. Как же так? А все это к тому, что все хорошо в меру; казалось бы, банальность, но смотрим выше — черно-белая картина мира не подразумевает никаких мер — наши всегда хорошие, а враги всегда плохие (все аналогии случайны). Если игры == хорошо, то тогда привет, игромания и ставки на спорт; а если игры == плохо, то детские игры == плохо; и здравствуй, тирания и загубленное детство. На самом деле, мы только-только подбираемся к сути статьи. Как писал Вильям наш Шекспир, весь мир — театр; и вот с этим тезисом будем сегодня разбираться. Если брать сферический театр в вакууме, то никаких проблем с этим нет; театр — своего рода виртуальная модель реального мира, в котором показываются различные примеры из жизни, служащие назиданием, и все такое. Так и работает культура здорового человека. Проблема тут в том, что этот сферический театр сейчас всячески натягивается на весь земной глобус, как та сова, и тут уже не все так однозначно. Как всегда, напоминаю про то, что культура не равно искусство; искусство (тот же театр) — это способ манипуляции культурой, а культура — это нормы и ограничения в обществе. Если сводить одно к другому, то получится тот самый цирк, упомянутый выше, причем в плохом смысле слова; вместо управления нормами — одно сплошное кривляние и самовыражение «творцов»; что мы и видим на табло. Откуда такие выводы космического масштаба?.. Да из происходящей еще с до-компуктерных времен виртуализации сознания граждан по всему миру. Искусство — это наиболее эмоционально окрашенная часть культуры, и тем самым оно, безусловно, притягивает к себе внимание обывателя; причем, чем более человек, извините, туп, тем больше его притягивают чужие эмоции. Потому что обыватель — это по определению ограниченный человек; и у него логика подменена эмоциями; да и мораль тоже, как упоминал выше — что мне нравится, то и хорошо.
Отсюда и постоянно нарастающая роль искусства (в широком смысле, от цирка и до филармоний с консерваториями) в современном «обществе». Конечно, всем хочется посмотреть на какого-нибудь фигуриста или там певичку, которые делают нашим эмоциям приятно. Поэтому всех интересует жизнь «звезд», а какие-нибудь геологи на краю Таймыра никому не нужны. И вы таки можете подумать, что так устроен мир и ничего не поделать; но тут мы снова ворочаемся к радикализму (а вы думали — в сказку попали?); и задаемся главным вопросом данного журнала — какого хрена зачем все это? Да-да, радикализм — он ведь про суть и смысл происходящего, а вовсе не про терроризм, трижды запрещенный на территории РФ. И как-то так получается, что все согласны (кроме радикалов, конечно), что театрализация окружающего мира — она ни зачем, ни почему; просто людям нравится. Весь мир театр, и люди в нем актеры; во времена Шекспира это была метафора, а теперь уже как-то даже и не смешно. Певички поют, фигуристы кружатся, клоуны кривляются; и это почему-то важнее реального мира. Да-да, в происходящей вокруг буффонаде наиболее пострадавшая сторона — это именно она, Истина, как соответствие мысли своему предмету, сиречь объективной реальности. Хотя погодите, объективная реальность как раз пострадать не может; она существует себе миллиарды лет, вне зависимости от наших с вами хотелок; это просто мы от нее все дальше и дальше. И тут у меня для вас плохие новости. Подмена жизни игрой в жизнь (то есть театрализация действительности) делает вам приятно, но удаляет вас от объективной реальности; как ребенок, играя в песке, не видит и не осознает окружающих опасностей. Получается подмена логики эмоциями, что в буквальном смысле делает нас тупее. И самое главное, что мы забываем про существование объективной реальности, находясь в театрализованном виртуальном пространстве. С каждым годом число граждан, погрязших в гаджетах, все больше и больше, и вопрос, пройдена ли точка невозврата, уже не праздный. Дело ведь не в том, что гаджеты == плохо; это инструмент, которым можно и дом построить, и старушку зарубить. Но театрализованный виртуальный мир, который уже давно перешел грань виртуальности и превратился в виртуальную реальность, в буквальном смысле подменяет людям реальный мир, который многие воспринимают как досадную помеху, мешающую безудержное потребление виртуального контента. Если бы это было просто игрой, вопросов бы не было — в ходе игры получаются новые навыки и бла-бла-бла. Но ведь это в буквальном смысле уход в VR, в котором нет никакого смысла в реальной реальности. Компуктерные игры — это ведь не всегда плохо; это игра, которая бла-бла-бла; но если с ней перебрать, то здравствуй, лудомания и все вот это. Так и потребление контента, бессмысленного и беспощадного, приводит к брейнроту, то есть, к не-иллюзорной деградации сознания.
Почему-то наркоманию и алкоголизм принято осуждать, а вот это все — нет; а в чем разница?.. Точно так же, выносим все из дома ради виртуальных удовольствий. И ведь мы все знаем, кто все это сделал… Об этом писал уже много раз; но не грех и повториться — именно те, кто делает нам приятно, как раз и заинтересованы в том, чтобы вы были как можно тупее. Может, не напрямую, но в пределе — совершенно точно. Работники всемирного виртуального театра, конечно, не являются заказчиками всего происходящего вокруг, но совершенно точно — причастны и виновны. И снова ворочаемся к радикализму — для чего и зачем все это. Если вы («творцы») можете честно ответить на этот вопрос самому себе, то вопросов нет; а вот если вы не задумывались, что вы несете в массы, то у меня для вас плохие новости. Тут все просто так, кроме денег; а небо все точно такое же, как если бы ты не продался… Это ведь только кажется, что все кругом поют и пляшут, и жить становится веселее. Уже скоро век, как и «тут» и «там» забили на инфраструктуру, и занимаются яркими прожектами, которые можно выгодно продать; а все эти ваши трубы в земле и геологи на Таймыре (да-да, я про них помню) — это все без понтов. И если вы думаете, что умнее объективной реальности, то подумайте еще раз. Со времен Шекспира известно, что «весь мир – театр»; но никогда ранее это не было так близко к истине, по целому ряду причин, главная из которых, состоит в том, что театр — это виртуальность. А погружаться в виртуальность во времена былинные можно было лишь ненадолго; до момента, когда прискачут татаро-монголы и надают тумаков. Все изменилось с наступлением «безопасного общества», о чем у меня есть большой цикл статей; когда в обществах по всему миру возобладали идеи о гарантиях выживания. Обращаю внимание, что это — культурная проблема; это важно. Для залетных в очередной раз напомню, что культура — это не про театр (хотя в данной теме это не точно), а про нормы и ограничения в обществе. Еще было далеко до Айфонов и даже IBM PC, а люди уже начали героизировать не воинов и покорителей целины, а звезд эстрады и кино. «И чё такого, у всех же так?» — спросит обыватель; что ж, посмотрим, что там так или не так. Обычно в этом месте начинается разборка «а вот у них, а вот у нас»; вопрос в данном случае десятый; накрыло всех, и до сих пор с места никак не сдвигается; вон, надысь Ким Чен Ын ручкался с Шаманом; куда уж дальше деградировать. Если вам кажется, что «это норм», то щаз будет обидно. Ещё раз напоминаю, что культура — это нормы и ограничения в обществе, то есть наши с вами ценности, то что мы сами считаем хорошим и плохим. Не то, что когда-то написал Саша Пушкин или там спел Федя Шаляпин, а именно наши внутренние цели и рамки приемлемого; просто по определению.
И мы все привыкли считать, что певцы и всякие актеры — это элита общества (пардон за отсутствие кавычек, но из песни слов не выкинешь), а почему?.. А вот это — вопрос практически неприличный в современном обществе; у всех же так. Ну-ну. Как уже писал в предыдущей статье, эти люди делают нам хорошо, дарят нам эмоции, и все такое. У меня сразу вопрос — у вас своих эмоций нет, чтобы вам кто-то их навязывал? Да-да, искусство — это средство манипуляции культурой, то есть вам навязывают чужие мысли и эмоции. Это так работает даже в традиционной культуре; но там хотя бы передается положительный опыт, а в современности никакой связи между «творцом» и его публикой нет. Давайте-ка попробуем разобраться, как работает механизм искусства в современном мире; по крайней мере, эпохи Безопасного общества. Напоминаю, что искусство — это средство манипуляции культурой; и, наверное, оно должно служить какой-то цели?.. А попробуйте-ка ее назвать. Если вынести за скобки теории заговора и козни рептилоидов, то у вас это сделать не получится — вот зачем кривляется условная Бритни Спирс или там певица Монеточка?.. Какой смысл в постановках Бродвея или МХАТа? Про Халивуд или Мосфильм, думаю, даже у самых заядлых оптимистов иллюзий не осталось. При этом, напоминаю, граждане по всему миру яростно следят за деятельностью всей этой бессмыслицы — просто потому, что они делают им приятно. Мне назвать этот процесс медицинским термином, или сами догадаетесь? Обыватель обычно далек от «культурных» вопросов, что я называю не-субъектностью в культуре; зачем мне про это думать, за меня партия думает. Из-за этого у него может возникнуть ощущение, что где-то все-таки есть смысл всего этого цЫрка; но, как это обычно у обывателя бывает, это мимо кассы. Если вы не можете сформулировать понятие (а также цель, смысл, и т.д.), то вы его не понимаете. И ведь цель своей деятельности не смогут сформулировать даже в министерстве нашем культуры; нет, налить воды про удои и надои — это легко, только все это будет морализаторством, а не ответом на вопрос «зачем все это?». Так, может быть, и нормально, что в культур-шмультур нет никакого смысла? Мы будем петь и танцевать, а работает пусть железный паровоз. Судя по тому, что происходит в около-«культурных» кругах, а также по не-ослабевающему вниманию обывателя к всей этой «искусственной» пене, это и есть — культура современности без кавычек; вспоминаем, что культура — это наши с вами нормы; раз мы так считаем, то наша культура — это как раз все вот это, про концерты, ролики про котов и прочий пир во время чумы.
Современник в буквальном смысле воспринимает всю эту театрализованную виртуальность за норму; у старших поколений еще какие-то смутные сомнения пробегают, из-за воспоминаний, что когда-то можно было и по-другому; но если брать молодежь, то у них просто нет никаких обратных примеров; для них — это безусловная норма. На технические специальности который год — недобор; тогда как на гуманитариев — конкурс от 5 человек даже в ПТУ. Все хотят петь и танцевать; даже в IT идти — сложнаа нипанятнаа. Вопрос только — зачем? Дело даже не в том, что некому будет работать на заводе; допустим, все заменим роботами; хотя, как недавно писал, это так не работает. Предположим, мы будем обменивать свой балет и представления в обмен на китайское все; хотя китайцам тоже хочется петь и танцевать, а не вот это все; но предположим, что таки да. И что? И как это решит проблему общей бессмысленности происходящего? Зачем мы кривляемся на сцене и постим контент в тиктоке? Искусство — это средство манипуляции культурой; у него может и должен быть какой-то смысл; даже не буду здесь его приводить, дабы не впадать в то самое морализаторство имени МинКульта. Если этого смысла нет, то оно все перерождается в тот самый цЫрк, о чем было в предыдущей статье; причем в самом худшем смысле этого слова. Цирк без кавычек хотя бы показывает возможности человека в разных сферах, и умение жЫвотных делать всякое, то есть в какой-то мере служит делу образования и воспитания. А это все чему служит? Проблема очевидна — при переходе к «безопасному обществу» у человеков пропала вековая и тысячелетняя цель «просто выжить». А новой цели подвезти не удалось; в СССР пытались придумать замены, и какое-то время это получалось; но потом и тут все накрыло обывательской моралью. И в итоге у нас самые гениальные артисты и режиссеры принялись снимать развлекательный контент, который на фоне роликов из тиктока выглядит как Останкинская башня посреди поля; но это не отменяет того, что это — развлекательный контент без какого-то дополнительного смысла. «Да ну тебя» — скажет обыватель – «задача культуры делать мне приятно». И будет не прав, ибо задача культуры (а, точнее — ее основная функция) — поддерживать общепринятые нормы и ограничения; если же говорить за искусство, то его задача — формировать эти самые нормы и ограничения. И где они, эти нормы и их формирование? Поднимите руку, кто правда считает, что весь происходящий цирк (от Большого Кремлевского дворца до роликов в ОК) целенаправленно формирует какие-то нормы и ограничения?
С большой натяжкой под это можно подтянуть «повесточку» у наших западенских вероятных партнеров, и прочую пропаганду запрещенного на территории РФ контента; но, как нетрудно догадаться, все это — скорее анти-культура, чем культура. Да, нормы определенные это все формирует, вот только эти нормы не во благо, а во Зло для общества; как минимум, они противоречат его выживанию. Опять же, вспоминаем «безопасное общество» — выживание уже не нужно, мы будем петь и танцевать. А поди-ка, попляши. В итоге основная задача культ-работников (хотя какие они «культ») — в конкуренции друг с другом. Не в том, чтобы донести до вас разумное-доброе-вечное, и желательно — что-то общее (см. культура), а в том, чтобы распихать окружающих и дорваться до кормушки. Здесь все просто так, кроме денег. И теперь самое время вернуться к определению театра — да, это зрелищный вид искусства. Искусства, правда, там уже не осталось (см. выше), остались только зрелища. Что позволяет говорить о нем, как о разновидности цирка (который — тоже зрелищный вид искусства), только без коней. Теперь шекспировская фраза «весь мир – театр» звучит уже не так возвышенно?.. А я предупреждал, что будет обидно» (Тарас Выхристюк, Новосибирский Академгородок). Что же заставляет людей играть различные роли, вместо того, чтобы просто жить? На взгляд автора все тот же ИНСТИНКТ ОДИНОЧЕСТВА, который присущ только людям. Этот инстинкт можно охарактеризовать следующим образом: «Человек не просто общественное животное, он – общественное животное самым ФАТАЛЬНЫМ ОБРАЗОМ, и подчиняется коллективному сознанию, даже в большей степени, чем своему собственному». А к себе любимому он относится, и как к режиссеру, и как к артисту, и как к зрителю, в зависимости от обстоятельств. К людям же вокруг себя – только, как к зрителям режиссированной им пьесы, зачастую забывая при этом, что все окружающие – такие же режиссеры и актеры, как и он сам. А между тем, в старину хоронить в России актеров, даже крещенных по православному обряду, в пределах кладбища не благословляла церковь. Объяснение было простое: лицедей на сцене живет чужой жизнью, примеряет ее на себя и прилюдно изображает (а то и прославляет) чужие грехи. А жизнь, на самом деле, у него одна – только та, которую ему даровал Всевышний. А, стало быть, актер подыгрывает антихристу. Правда, традиция эта соблюдалась далеко не всегда. Учитывая же то обстоятельство, что «весь мир – театр, а люди в нем – актеры», все люди, когда-то жившие на Земле, должны быть (по православному обряду) захоронены за оградой кладбища. Короче говоря, священники – такие же люди, как и все прочие, а «человеку свойственно ошибаться». И как раз коллективное сознание служит тем «ниппелем», который разрешает людям делать разрешенное им, и запрещает – запрещенное.
Вот что по этому поводу пишет Олег Боровских (автор этого сайта разделяет, конкретно, это его мнение) – «Краткое пояснение (блажь у меня такая)». «Обычно пишу о политике, социуме, истории, или философии; но в этот раз, в качестве особого исключения — немножко о себе (простите мне такую нескромность), отвечая на некоторые специфические претензии и вопросы, — кратко, сразу всем. Я не просто ВЕРЮ в существование Бога — я ЗНАЮ, что он есть. При этом я не выдаю и никогда не выдавал себя за святошу. Я грешник по самую макушку. И прошу, пожалуйста, никогда не путать, принципы, которые я исповедую (хоть религиозные, хоть политические, хоть философские) — с моей личностью. Вообще: не путайте Родину с чиновниками, а Бога с попами! С меня пример брать не надо — я никто и ничто, бомж и зэк, перекатиполе. На Бога ориентируйтесь. Однако… Надо понимать, что молитва с моей стороны — это всего лишь ПРОСЬБА к Всевышнему, а ни в коем случае НЕ требование. И только Всевышний может решить: отвечать ли на эту просьбу — или нет. А что касается возможного «заказа» на проклятие кого-либо, или чего-то связанного с магией (включая ворожбу, или какие-то наговоры) — исключено абсолютно. Нет, я не иноагент (таких претензий вообще не было ко мне никогда), не экстремист (такие претензии давно сняты), не записной оппозиционер — но и не верноподданный фанат-поклонник. Просто случайный прохожий на этой планете, непонятно каким ветром и нафига вообще сюда занесенный, летописец фиксирующий факты. Единственная прослойка социума которая меня реально напрягает и к которой я отношусь безусловно неприязненно — это дураки (любых оттенков). Я не националист, не расист, не антисемит, не религиозный фанатик. Наоборот — полный интернационалист, космополит и экуменист. В смысле — никого не люблю. Но и бессмысленной ненависти — ни к кому не испытываю. Любовь или ненависть — слишком сильные чувства. То или другое — еще заслужить надо. ВОТ ТАК…» (Олег Боровских). А вот, что по поводу «МИРОВОГО ТЕАТРА» пишет Дмитрий Бавырин – «Назван тайный враг мира с Россией в элите США. Несите нового». «Карлсон вернулся, чтобы раскрыть заговор, интриги и подлости сторонников войны с Россией в элите США. Самый популярный независимый журналист их супердержавы по имени Такер (тот самый, который в подробностях знает историю Древней Руси благодаря интервью с президентом Владимиром Путиным) даже называет конкретную фамилию: Мердоки. Вот кто, оказывается, гадит — не англичанка, а клан ассимилировавшегося в Америке австралийца. По информации Карлсона, издание The Wall Street Journal имеет в распоряжении материалы, изобличающие коррупцию Андрея Ермака — серого кардинала Украины и самого влиятельного человека в окружении Владимира Зеленского. Однако не публикует этот компромат вот уже несколько месяцев, потому что Ермак руководит усилиями Украины по срыву мирного плана Дональда Трампа.
«Семья Мердоков использует свою газету, чтобы продолжать войну с Россией. Это признак деятельности разведывательного агентства», — резюмирует Карлсон. Спасибо, как говорится, за сигнал, но американец в Такере Карлсоне все-таки чувствуется. Американскому сознанию нужен злодей. Без конкретного злодея оно сюжета не чувствует. Руперт Мердок — колоритный злодей, джеймс-бондовский. Чистопородный англосакс с активами на несколько десятков миллиардов долларов. Олигарх, влияющий на умы миллионов через глобальную медиаимперию. «Самый опасный человек в США», как титуловал его экс-президент Джо Байден. Кстати, не ошибся: именно империя Мердока раскрутила, а может быть, и породила скандал, который уничтожил репутацию Байдена столь же эффективно, как и деменция. Публикация компромата с ноутбука президентского сынка Хантера, пролившая свет на коррупцию байденовской семьи, — это тоже Мердок. И в то же время Мердок старше Байдена на 12 лет. Сейчас ему 94 года. В 93 он в очередной раз женился на молодухе — бывшей теще Романа Абрамовича, но к осмысленной деятельности в рамках мирового правительства, как поговаривают, неспособен и особо к ней не стремится. Более того, его дети-наследники играют в медийной империи третьи, четвертые роли или ушли в другой бизнес, потеснившись в пользу людей со стороны. Вырождается злодейское древо. Но ничто уже не изменит того, что Карлсон стал звездой на Fox News — бриллианте олигархической империи Мердока. Несколько лет назад Такера с этого телеканала убрали за нелояльность и своемыслие. То есть, с Мердоками у него вполне личный конфликт. Что же касается подозрений насчет коррупции Ермака, то стыдно подозревать, когда вполне уверен. Скрываемый ныне (якобы из-за милитаристов и «ястребов») компромат на главу офиса президента Украины — это секрет Полишинеля. Опубликованные «прослушки» НАБУ о воровстве в ближнем кругу Зеленского в общем и целом подтверждали более ранние «сливы». Центральную фигуру расследования — Тимура Миндича — называют «кошельком президента» в том числе за то, что ему принадлежит криптовалютный кошелек, куда переводят доли Ермака и Зеленского от сделок и распилов западной помощи. А жучок, записи с которого положены в основу антизеленского расследования, был установлен как раз в квартире Миндича, лучшего друга, доверенного лица и старого бизнес-партнера того, кто называет себя президентом Украины. Чтобы об этом знать, давно не нужна The Wall Street Journal. НАБУ (Национальное антикоррупционное бюро Украины) в значительной степени контролируется США через ФБР. Выведение в качестве фигуранта кума Зеленского по фамилии Чернышов стало для украинского режима минувшим летом «черной меткой».
Разоблачение Миндича сопровождало накат американцев на Киев с требованием заключить мир на жестких условиях. А компромат на Ермака и Зеленского, в свою очередь, похож на дамоклов меч, который повесили над головой дуэта, чтоб делали, как велено. Когда надо, тогда и рубанут. Но многим хочется поскорее. Зеленский сейчас пытается спасти не только себя, но и Ермака. Во-первых, без него он не сможет управлять страной, поскольку всю вертикаль власти Ермак выстроил под себя. А во-вторых, Ермак слишком много знает о грехах Зеленского и в страшный час может пойти на сделку со следствием, чтобы облегчить свою участь. Есть даже такая версия, согласно которой криворожец сделал Ермака главой делегации по переговорам с американцами как раз для того, чтобы защитить от разоблачения хотя бы на время и успеть нанести контрудар по НАБУ. Но все это — мертвому припарки: компромат на киевскую парочку теперь есть не только в бюро и не только в The Wall Street Journal, а принимать решение о его обнародовании будет отнюдь не старина Руперт. Мердок давно не так страшен, каким его привыкли малевать, но даже в прежние времена не был рабом идеологии, как Джордж Сорос, и с ним можно было договориться. Однажды у Такера Карлсона не получилось договориться — и обида до сих пор жива, тем более что терять такого колоритного злодея, каким был Мердок, огорчительно для тех, кто сочиняют сюжеты об американской политической жизни. Это, разумеется, не означает, что в ней нет настоящих законспирированных злодеев, и что они не давят сейчас на тайные пружины милитаризма. Публикация в Bloomberg того, что называют расшифровкой переговоров спецпредставителя Трампа Стивена Уиткоффа с российской стороной, — пример попытки удара как раз от них. Она предпринята с целью скомпрометировать дипломатический процесс, и выглядит достаточно угрожающе, так как показывает, будто в администрации Трампа «течет» из-за предателя. Фамилию этого предателя, в отличие от фамилии Мердока, и впрямь небезынтересно было бы знать. Но его усилия, как и усилия других агентов «вашингтонского болота» и «глубинного государства», на самом деле не нужны для того, чтобы загубить мирный план Трампа и продлить решение конфликта военными мерами. Зеленский и Ермак справятся без них. Они сделают все, чтобы провалить шанс на мир, чтобы принять свою судьбу. Поэтому, дорогой Карлсон, не изволь беспокоиться. Эти двое, как Филле и Рулле, сами себя погубят. И Украину заодно» (Дмитрий Бавырин). К слову сказать, очень многие беды нашего мира случились лишь потому, что отдельные властные представители человечества «играли совсем не свою роль», и сыграли ее бездарно. Причем, это замечание в равной степени относится и к Западному миру, и ко всему остальному человечеству, в том числе, и к России.
Да, в нашем мире можно найти актеров, которые одинаково хорошо играют, как трагические роли, так и комические. Однако значительно больше людей-актеров, которые одинаково плохо играют, как свои, так и чужие роли. И происходит это, прежде всего, потому, что особенности их подсознания никак не соответствуют разыгрываемой ими роли. А осознанно изменить свое подсознание в нужную сторону они просто не умеют. При этом каждый человек на Земле хочет быть здоровым, богатым и успешным, и никто не хочет быть бедным и больным. Однако, как ни крути, но существование здоровых людей возможно лишь при условии существования больных, равно, как и богатых не может быть без бедных. Ибо, и те, и другие являются разными сторонами дуализмов-антагонизмов, и не могут существовать по отдельности. Ведь «все познается в сравнении». Например, если мы хотим построить «социальное государство», то все посты «выборных сюзеренов» исполнительной власти (без единого исключения) должны занимать «автономы», у которых в первой пятерке доминирующих в их подсознании инстинктов присутствует «социальный инстинкт». Он располагается там вместо соревновательного «инстинкта одиночества», как у «свободных эксплуататоров». А что мы видим на практике? Прямо противоположную картину – большинство таких постов занимают именно «свободные эксплуататоры». Так стоит ли после этого удивляться результатам их управления? Как говорится, «как умею, так и управляю». А кто, прежде всего, «умеет или не умеет», в том числе, и управлять? Человеческий разум? Нет, подсознание, ибо 80% действий, совершаемых среднестатистическим человеком, являются автоматическими и подсознательными, и только 20% — осознанными и разумными. А потому, хорош или плох человек в глазах других людей, определяет не его и их разумы, а его и их подсознания. И хороший актер – это тот человек, который научился хорошо управлять не только своим подсознанием, но и подсознаниями своих зрителей. Короче говоря, он – недипломированный гипнотизер. А большинство людей на Земле не умеют управлять не только чужими, но и своим подсознанием, а стало быть, и актеры из них – никудышные. Ну а режиссер – это человек, который умеет управлять исключительно чужими подсознаниями (как своих актеров, так и своих зрителей), но не своим. Именно поэтому, режиссеры порой гипнотизируют и сами себя.