Технологии успеха
А начнем мы эту главу со статьи Александра Роджерса — «Падение неримской империи». «Все аналогии ложны, но… Как говорит Рэй Дэлио, «Если перед вами какая-то незнакомая ситуация, то нужно посмотреть в истории, скорее всего нечто подобное уже случалось ранее (просто до вашего рождения)». Проблема только в том, что оно целостно не получается, ибо детали намешаны из разных эпох. В целом, в рамках мысленного эксперимента, можно допустить, что США – это Рим эпохи упадка. Уже не Республика, уже Империя. Например, финансирование армии во время шатдауна с помощью пожертвований частного донора (как нам на днях сообщил Трамп) – это Марк Красс. Тот тоже на свои деньги снаряжал легионы для подавления восстания Спартака. А вот Трамп в манямирке, рассказывающий о своем величии и множестве виртуальных перемог – это уже Нерон (и где тот Гай Светоний Транквилл, который напишет о нем трагедию?). Орды варваров у южных границ Империи и судорожные попытки Айс-Легиона отбить у варваров захваченный ими Чикаго. «Деньги не пахнут» Веспасиана и крипто-скам Трампа. Расслоение, когда больше нет «общего дела» (res publica), а интересы государства подчинены интересам узких элитных группировок. Внутренний раскол, когда противостояние между популярами и оптиматами для большинства важнее, чем внешние угрозы. Коррумпированные сенаторы и олигархи, которые правят не в интересах страны, а исходя исключительно из своей персональной (или корпоративной) выгоды. Синекуры, непотизм и клиентела. Тот же Марк Красс, который развязал Парфянскую войну исключительно ради личного обогащения и личной же славы. Хотя с ними был легитимный мирный договор, и логика диктовала воевать на египетское наследство (там было завещание умершего диадоха Птолемея, возможно фальшивое, что Египет должен войти в состав Рима). Точно так же, как Мадлен Олбрайт лоббировала бомбардировки Югославии ради личной выгоды, и это обернулось радикальным изменением политики России. Когда Империя умирает, варвары захватывают обратно Оловянные острова. Моральное разложение, процветание извращений, декаданс, оргии и кровавые развлечения. «Хлеба и зрелищ» хочется, а работать ради достижения этого – нет. «Мне должны по праву рождения». Бесконечное самолюбие Коммода, самоназначившего себя в боги и потомки Юпитера (во Франции сейчас тоже есть один «Юпитер», которого жена бьет) – и самолюбование Трампа, требующего себе Нобелевку за свежевыдуманные перемоги. И все это под хор подпевал «Ах, Кощей, наш славный Кощей! Самый могучий, самый наилучший, ничего не скажешь – молодец!».
Конь Калигулы в качестве сенатора и, например, назначение трансгендера адмиралом флота США (хотя там и в Конгрессе полно кандидатов на звание коня). «Теперь ЭТО будет вашим адмиралом». Или «Теперь ЭТО будет возглавлять комиссию по ядерной энергетике США». Похож ли триумвират Гай-Красс-Помпей на триумвират Трамп-Маск-Вэнс? Зарежут ли Трампа в Конгрессе, и он падет со словами «И ты, Майк Джонсон!»? И Москва-Византия, издалека наблюдающая за римскими страстями со словами «Что ж вы так убиваетесь? Вы же так никогда не убьетесь!». Можно долго продолжать. При желании вы можете дополнить мой список своими примерами. Но и без этого понятны общая направленность, тенденции и вероятный результат… И, нужно учитывать, что сейчас события происходят гораздо быстрее (в силу развития телекоммуникаций, транспорта, оружия и других технологий)» (Александр Роджерс). А вот, как на современный мир смотрит «Французский историк Тодд, который перечислил признаки скорого краха и распада Запада» (Борис Тихонов). «В своей последней статье «Дезинтеграция Запада: чем нам это угрожает» французский историк Эммануэль Тодд продолжает анализ критической ситуации, сложившейся в США и Западной Европе. По мнению историка, конфликт на Украине резко ускорил негативную динамику в Европе, он буквально разоряет континент. Но, прежде всего, был допущен серьезный стратегический просчет, который лишает легитимности европейских лидеров, неспособных привести свои страны к победе. Мы наблюдаем мощный подъем консервативных народных движений, которые журналистская элита Европы обычно называет «популистскими», «крайне правыми» или «националистическими». Это партия Фаража в Великобритании, АдГ в Германии, «Национальное объединение» во Франции и т.д. По иронии судьбы, экономические санкции, которые, как надеялись в НАТО, должны были привести к «смене режима» в России, имели эффект бумеранга и вот-вот приведут к целой серии смен режимов в Западной Европе. Западные правящие классы лишаются легитимности на фоне поражения в украинском конфликте, в то время как российская «авторитарная демократия» вновь укрепляется. Или, вернее, продолжает укрепляться, поскольку возвращение России к стабильности при Путине изначально гарантировало российскому режиму неоспоримую легитимность. Таков наш мир на пороге 2026 года, пишет Эммануэль Тодд. Тем временем сужается сфера влияния Соединенных Штатов, они теряют рычаги давления на Россию и, как следствие, на Китай. Находясь под ответными китайскими санкциями, особенно в области редкоземельных металлов, необходимых для ВПК, США более не в состоянии позволить себе военное противостояние с Китаем.
Остальной мир — Индия, Бразилия, Ближний Восток, Африка — пользуются этим и ускользают из-под влияния Вашингтона. Чтобы избежать унижения и скрыть свою слабость от всего мира и от самих себя, США наказывают Европу. В результате западная империя начинает пожирать сама себя. Именно в этом смысл пошлин и принудительных инвестиций, навязанных Трампом европейцам, которые стали колониальными подданными уменьшающейся империи и уже не являются равноправными партнерами. Эпоха западных либеральных демократий закончилась. То, что происходит сегодня — это конец внутренней солидарности Запада. Ярость, вызванная поражением на Украине, заставляет каждого игрока нападать на тех, кто слабее, чтобы дать выход своему гневу и бессилию. Соединенные Штаты выступают против Европы и Японии, Франция возобновляет конфликт с Алжиром, своей бывшей колонией. Нет сомнений, что Германия, которая — от Шольца до Мерца — подчинялась Соединенным Штатам, обратит перенесенное унижение против своих более слабых европейских партнеров. Одной из основополагающих причин поражения Запада является духовное опустошение, или нигилизм. Эммануэль Тодд считает, что размывание протестантской этики в США объясняет не только крах американского образования и промышленности. Это «нулевое состояние» или утрата духовных скреп также означает метафизическую пустоту. Как историк Тодд отмечает, что исчезновение социальных ценностей религиозного происхождения ведет к моральному кризису, стремлению к уничтожению вещей и людей, к войне и, в конечном счете, к попытке упразднения реальности, о чем говорит растущая роль трансгендерной идеологии у американских демократов и упорное отрицание глобального потепления у республиканцев. Идеологический кризис, отмечает Эммануэль Тодд, существует во всех полностью секуляризированных странах, но он особенно сильно выражен там, где главными религиями были протестантизм или иудаизм, представляющие собой «абсолютистские» религии — в отличие от католицизма, более открытого красоте мира и земной жизни. Именно в Соединенных Штатах и Израиле мы наблюдаем развитие пародийных форм традиционных религий, которые, на взгляд историка, нигилистичны по своей сути. Именно это иррациональное измерение лежит в основе нынешнего поражения Запада. Это поражение означает не только «техническую» потерю власти, но и моральное истощение, отсутствие позитивной экзистенциальной цели, ведущее к нигилизму. Этот нигилизм лежит в основе стремления европейских лидеров, особенно на протестантских берегах Балтики, расширить войну против России посредством непрекращающихся провокаций. Этот нигилизм также лежит в основе американской дестабилизации Ближнего Востока, являющейся высшим проявлением гнева, вызванного поражением Америки в противостоянии с Россией. Не стоит поддаваться чрезмерно упрощенному выводу о том, что режим Нетаньяху в Израиле действует самостоятельно, осуществляя геноцид в Газе или атакуя Иран, за этим стоит Америка.
«Нулевой» протестантизм и «нулевой» иудаизм, безусловно, ответственны за эти нигилистические вспышки насилия. На Ближнем Востоке именно США, поставляя оружие и совершая прямые нападения, в конечном счете, несут ответственность за хаос. Они подталкивают Израиль к агрессивным действиям так же, как в свое время подталкивали к войне украинцев. Первое президентство Трампа открыло посольство США в Иерусалиме, и именно Трамп задумал превратить Газу в морской курорт. Как профессиональный историк, занимающийся геополитикой уже полвека, Тодд считает, что наряду с Европой и НАТО Израиль перестал быть независимым игроком. Проблема Запада действительно заключается в запрограммированной смерти национального государства. Западная империя огромна, и она разваливается среди «шума и ярости». Эта Империя уже полицентрична, раздроблена, шизофренична. Но ни одна из ее частей не является по-настоящему независимой. Трамп — ее нынешний «центр»; он также является ее лучшим идеологическим и практическим выражением, сочетая рациональное желание отступить в сферу своего непосредственного господства (Европу и Израиль) с нигилистическими импульсами, благоприятствующими войне. Эти тенденции — самоустранение и насилие — проявляются и в американском сердце Империи, где в обществе действует принцип иерархического дробления. В этой связи все больше англо-американских авторов предсказывают приближение гражданской войны в США. Американская плутократия сама по себе полицентрична. Существуют плутократии финансистов, нефтяников, олигархов Кремниевой долины и т.д. Плутократы-трамписты, техасские нефтяники и недавние новообращенные из Кремниевой долины презирают образованную демократическую элиту Восточного побережья, которая, со своей стороны, презирает белых трампистов из глубинки, которые, в свою очередь, презирают чернокожих демократов, и так далее. Одна из интересных особенностей современной Америки заключается в том, что ее лидерам становится все труднее различать внутренние и внешние проблемы, несмотря на попытки MAGA остановить иммиграцию с юга с помощью возведения стен и попыток высылки мигрантов. Армия обстреливает суда, отплывающие из Венесуэлы, бомбит Иран, вторгается в центры демократических городов США и даже поддерживает израильские ВВС в ходе атаки на Катар, где расположена крупная американская база. Любой читатель научной фантастики увидит в этом тревожном списке начало скатывания к антиутопии, то есть к негативному миру, где переплетаются власть, раздробленность, иерархия, насилие, нищета и извращенность. В заключение Эммануэль Тодд призывает всех здравомыслящих людей не поддаваться негативному влиянию Америки и западных элит. В нынешних условиях необходимо сохранить правильное восприятие внутреннего и внешнего мира, чувство меры, не разрывать связь с реальностью и историей. Нельзя позволить европейским лидерам, этим оторванным от реалий личностям, втянуть всех в безрассудную войну против России, которую со временем осудят собственные народы» (Борис Тихонов).
«Что привело Трампа в Будапешт?» (Дмитрий Новиков). «Если Вашингтон намерен следовать логике «пусть они разбираются сами», то готовящийся саммит в Будапеште следует рассматривать с точки зрения поддержания контактов и очень постепенного процесса притирания позиций. В известном фильме «День сурка» попавший во временную петлю персонаж Билла Мюррея вначале удивляется постоянному повторению одних и тех же событий. Однако со временем он смиряется со странными обстоятельствами, постепенно превращающимися в рутину. Наблюдения за маневрами американской дипломатии оставляют схожие чувства. Совершенный Дональдом Трампом зигзаг с выходом на российско-американский саммит в Будапеште повторяет маневр, простроивший путь к Анкориджу. В июле-августе, на фоне стагнации переговоров в Стамбуле, хозяин Белого дома так же допускал осторожно-негативные высказывания в адрес Москвы, угрожал поставками вооружений на Украину. Тогда речь шла о развертывании «Пэтриотов», однако американский лидер не преминул упомянуть и возможность поставок других вооружений. Упоминалась и возможность санкционной эскалации в виде массированного давления на покупателей российской нефти. Спустя недели этот «накат» оказался лишь актом демонстрации силы перед двусторонним саммитом в Анкоридже. Теперь роль силовой угрозы выполнили «Томагавки», а угрозы санкций сменились уверением в том, что Индия уже отказалась от покупки российской нефти. Таким образом, администрация Трампа пытается задать картину принуждения к переговорам Москвы, вроде как вынужденной реагировать на американское давление. Это и объяснение перед союзниками, и утверждение образа Трампа как «сильного президента» перед внутренней аудиторией. В конце концов – потеха для самомнения американского лидера. Реальность, однако, заключается в том, что фарватер возможностей и действий Вашингтона в нынешних обстоятельствах весьма ограничен. Американское руководство сохраняет линию на завершение украинского конфликта, как важного внешнеполитического раздражителя. Для этого Трамп считает необходимым сохранение рабочих отношений с Москвой, важных, тем более, что за завершением украинского конфликта он видит перспективу нормализации российско-американских отношений. Последнее – часть игры по «отрыву» России от Китая, на что Трамп и некоторые его советники уповали еще во времена первой администрации. Возврат даже к редуцированной версии политики Байдена в этом контексте просто закрывает путь для такой игры, не достигая при этом существенных стратегических целей.
Подчеркнутая безрезультатность американо-украинской встречи подтверждает желание Вашингтона действовать в русле этой логики. Американский лидер ведет сложную, хотя и не очень тонкую игру. Встреча с Зеленским – это и безупречная политическая корректность, ведь нельзя встречаться с российским президентом, не обсудив повестку и механизмы коммуникации с яро поддерживаемой союзниками второй воюющей стороной. И сигнал Москве – мол, в следующий раз результаты такой встречи могут стать для Киева гораздо более плодотворными. При этом контакты с российским лидером очевидно используются как фактор устрашения для украинского руководства и европейских союзников. Попеременная спекуляция вербальной поддержкой то одной, то другой стороны, должна, как, видимо, полагают в Вашингтоне, привести к определенному компромиссному решению. Вода камень точит. Однако на деле, реализуя эту тактику, Трамп сталкивается с обратным эффектом. В Москве, кажется, хорошо понимают суть затеянной и проводимой американским лидером игры и реагируют на его вербальные интервенции и акции подчеркнуто спокойно. Американо-украинские и американо-европейские контакты не волнуют российское руководство до тех пор, пока они не приносят конкретных, противоречащих российским интересам решений – а они, в общем, таковых не приносят. Ни одной красной линии за прошедшие недели и месяцы Трамп пока не пересек, чувствуя границы дозволенного, даже не рационально, а инстинктивно. Казалось бы, второй участник конфликта должен быть более податливым, но и тут американский лидер вынужден действовать достаточно осторожно. Памятная весенняя встреча Трампа и Зеленского, в ходе которой американский лидер постоянно говорил о том, что у него «нет козырей», отражала вполне рациональный подход – уступить должен тот, кто слабее. Однако вставшие на защиту Киева европейские союзники США добились постепенного смягчения позиции сюзерена, что мы наблюдали на протяжении последних месяцев. Проломить и продавить европейско-украинскую фронду Трамп не может, а в какой-то степени и не хочет. Отказ от политической поддержки Украины и союзников означал бы колоссальную девальвацию американских гарантий безопасности европейцам. Между тем сохранение значимого военно-политического присутствия в Европе является для Вашингтона источником конкретных экономических выгод. Добровольное превращение ЕС в экономический придаток США, выражаемое в заключении очевидно невыгодных торговых сделок, росте энергетической и технологической зависимости европейских стран от Америки, является не слишком скрываемой платой за сохранение и даже укрепление этого присутствия. При таких колоссальных экономических вложениях совсем игнорировать позицию союзников Трамп не может.
Эти обстоятельства определяют весьма узкий фарватер американских возможностей, что уже было продемонстрировано Анкориджем. В отличие от других «успешных» урегулирований, включая и недавнее ближневосточное, в украинском конфликте Трамп имеет дело с несоразмерно большими политическими игроками, где с одной стороны – отстаивающая свои жизненные интересы великая держава, а с другой – конгломерат средних и малых государств, консолидированно отстаивающих свой статус привилегированных вассалов-союзников. Украина оказалась точкой нахлеста, что автоматически делает любую «лобовую» тактику заведомо проигрышной. Вероятно, наиболее мудрым для самих США было бы не делать вообще ничего, предоставив решение украинского конфликта естественному ходу событий. По большому счету администрации Трампа и ему самому все равно, кончатся ли у России деньги (на что там публично рассчитывают и надеются) или у Украины – люди. Там не верят в возможность полного военного краха Украины, и как раз в случае приближения последнего готовы будут уже деятельно, а не на словах, оказать Киеву существенную поддержку. Однако вне катастрофических сценариев Трампа, по-видимому, удовлетворил бы любой вариант, который не предполагал бы радикального изменения баланса сил в Восточной Европе. Если Вашингтон действительно намерен следовать логике «пусть они разбираются сами», ожидая, когда условия для мира вызреют сами собой, готовящийся саммит в Будапеште следует рассматривать прежде всего с точки зрения поддержания политических контактов и очень постепенного процесса притирания позиций, который может тянуться достаточно долго, без серьезных прорывов. Озвученная украинской стороной «заранее» позиция, что условием мира должна стать остановка боевых действий на линии соприкосновения – то, что продвигалось Киевом и ранее – говорит как раз о таком размеренном сценарии развития политического процесса, так как едва ли своими позициями поступится и Москва. Хотя, безусловно, возможны локальные «сенсации» – поддерживать интерес публики к встречам необходимо. Фактором, который может привести к разбалансировке этой вполне устойчивой системы американских маневров в узком фарватере между европейскими союзниками и Россией, является личная импульсивность американского президента и его готовность к экспериментам. Вполне предсказуемый стратегически, Трамп тяготеет к тому, чтобы запутывать игру тактически, наводя туман на свои действия и создавая неопределенность. В какой-то момент эти шаги могут пересечь те или иные красные линии и привести к эскалации. Вероятность таких рисков тем выше, чем более американский президент уверен в своих силах – а он после ближневосточного успеха, очевидно, уверен» (Дмитрий Новиков). Почему же в нашем современном мире «все наперекосяк»? Вот как на этот вопрос отвечает Николай Выхин – «…ОНИ РАБОТАЮТ, ЧТОБЫ ВЫ НЕ ЖИЛИ!».
«ДТУ» — расшифровывается как «Деструктивные Технологии Успеха». Самое краткое их описание таково: использование всего низменного и животного, что есть в природе окружающих людей, чтобы по костям и головам прийти к личному успеху, карьере и богатству. Суть ДТУ в том, что стремящийся к успеху обманывает тех, кто склонен обманываться, растлевает тех, кто склонен к растлению, озлобляет тех, кто склонен к агрессии, ломает тех, кого можно сломать, и, как вишенка на торте – попросту физически устраняет тех, кто мешает всему этому. Трагедия человеческого рода в том, что именно ДТУ показали себя простейшим и кратчайшим путем к личному успеху, захвату денег и власти той или иной структурой заговора со степенями посвящения. Причина этой эффективности ДТУ лежит на поверхности: всякий понимает, что спуск легче подъема, что толкнуть вниз физически легче, чем поднимать наверх. Это касается всего – хоть камня, хоть общества. Воздействовать на низменные инстинкты человека неизмеримо проще, чем опираться на (все же имеющуюся в нем) склонность к возвышенным мечтаниям, стремлением восходить к высотам духа. Всякий родитель знает, сколько времени, сил, средств и нервов отнимает образование ребенка. Это годы, траты, ссоры, напряжение, что в школе, что в ВУЗе. А для того, чтобы ребенок вырос неграмотным – не нужно ни денег, ни усилий, ни времени. Самое худшее, что в процессе ребенок еще будет вам и благодарен за «свободу»! Может быть, он когда-нибудь после и упрекнет вас за то, что вы не заставляли его учиться, но скорее всего ему и после мозгов на это не хватит. А уж когда он маленький, и ему разрешили в школу не ходить – он будет в восторге от такого «воспитания»! Еще в народе говорят: «ломать – не строить». И ведь не поспоришь! Для того, чтобы построить умственно и нравственно развитую человеческую личность требуются колоссальные усилия. Цивилизация собирала «своего» человека, человека для Ноосферы веками по крупице. Зверь же для Биосферы рождается сразу с готовым набором инстинктов. Сегодня уже очевидно всем (раньше скептики сомневались), что, проигрывая России на смысловом поле, Запад применил для удержания и захвата власти именно ДТУ, причем великолепно, научно проработанные, очень тщательно отобранные и лабораторно-усиленные. Если лучшие люди цивилизации веками тащили человека наверх, к свету, то Запад (начиная с программы «рок-секс-наркотики» для молодежи, запущенной в 60-е) попросту столкнул его вниз, с обрыва. Для такого действия, если хорошо его просчитать, достаточно одного легкого толчка: дальше силы притяжения уже все сделают за вас. Человека трудно затащить в гору! Но столкнув его в пропасть, вы можете уже не беспокоиться: далее он набирает силу удара сам по себе, пока летит (ВНИЗ он летит безо всяких двигателей или крыльев).
Но при всей адской эффективности при захвате власти, у ДТУ есть своя диалектика (т.е. слабость, скрытая в самой силе). Деструктивные Технологии Успеха очень успешно разрушают социальную среду, позволяя потом легко захватить разрушенное и дезориентированное пространство. Но что с ними делать дальше, когда цель захвата достигнута? Наверное, профессиональный поджигатель подпалит дом более умело, чем профессиональный строитель; но отстроить сожженное под силу только строителю, поджигатели этого не умеют. Паразит в организме кайфует на вершине пищевой цепи (и сам себя считает суперхищником) – пока донор полон сил и жизни. Но если донор паразита иссяк, помер – то вместе с ним обречён и паразит. Он уже больше никакой не суперхищник, а жалкая присоска, потерявшая то, к чему присасывалась… Собственно, вся постсоветская история во всех странах XXI века – это яркая иллюстрация сперва триумфа, а затем банкротства ДТУ. Это касается как стран бывшего социализма, так и стран, на которых социализм влиял «дистанционно», заставляя буржуазные власти делать то, что им категорически не свойственно (делится доходами, заводить социальную сферу, создавать «средний класс» и т.п.). Умственный и нравственный дегенерат, который был сперва главным тараном мировой масонерии – превратился в ее главную проблему. Нетрудно увлечь воров и психопатов, циников и слабоумных идеей грабежа ЧУЖОГО дома. Но потом «предводитель дегенератов» оказывается с ними один на один… На протяжении многих десятилетий Запад упорно воспроизводил социальный тип «майдауна» — создав синтетический вирус (гибрид) цинизма, садизма и маразма. В «дикой природе» эти психические расстройства встречаются, как правило, порознь, исключая друг друга. Дикорастущие циники обычно сторонятся садизма, чтобы не «спалиться», а дикорастущие маразматики – обычно добродушны, при всем своем слабоумии. Но наука не ведает преград – и цинизм, садизм, маразм оказались синтезированы в один код заражения, породив чудовищное по своей антицивилизационной сути явление: «цветные революции». Что сделал Запад? Он сумел «всунуть лом» во всегда имевший место разлом между низшими, зоологическими инстинктами человека и его культивируемой социальной сущностью. Всунув туда лом, он методом рычага оторвал самые дикие инстинкты от Коллективного Разума, и предложил свою версию «Свободы»: чтобы быть целиком животным, скотом и хищником. Отбросив все высшие устремления человечества как «религиозные предрассудки» и «психологические комплексы».
Сломанная таким образом психика породила огромную массу необычайно эффективных в деле разрушения институтов цивилизации дегенератов. Любой институт, зараженный такими выродками, не просто теряет свою функцию, но и превращается в противоположность изначальному замыслу. Например, государство, которое захватили циники-садисты-маразматики вместо организации жизни людей, организует их массовое вымирание. Полиция, суды или прокуратура – из органов охраны правопорядка вырождаются в криминальные структуры, в институты оргпреступности. Академии из двигателей науки превращаются в очаги воровства и очковтирательства. Демократические институты, в которые влились дегенераты – из выразителей воли населения превращаются в инструменты подавления населения, и т.п. Ответ на вопрос «зачем так делать?!» мы дали выше: индивидуализм ищет личного успеха в карьере и финансах. Линия наименьшего сопротивления в достижении такого успеха – ДТУ. Грубо говоря – когда обогащаются не на пользе, приносимой обществу, а на вреде, ущербе, ему наносимом. При ДТУ чем больше ущерб обществу – тем больше личный успех пользователя «пакета технологий». Если просто ограбить – ограбленные могут и вернуться, а если ограбить и убить – некому возвращаться за возмездием, и т.д. Жестко идеологизированное общество, населенное фанатиками – может себе позволить выбор между промыслами. Оно может насаждать менее выгодный хозяйствующему субъекту промысел, и подавлять более выгодный. Оно имеет роскошь, опираясь на идеологию, сказать: — Не смей заниматься тем, что приносит рубль в час, это грех, а делать то, что приносит 3 копейки в час – твой священный долг! Но если в игру вступает «свободный рынок», то он лишает человека выбора. Механизмы свободного рынка таковы, что они неумолимо отсеивают, выбраковывают все менее эффективное, «не внемля увереньям бесполезным». Хозяйствующий субъект, может быть, и хотел бы заниматься тем, что приносит не рубль, а три копейки в час – но он обанкротится. От него уйдут работники, он станет неплатежеспособен, его поглотят, рейдерски захватят, и т.п. В этой несвободе выбора и заключается крайняя деструктивность свободного рынка для цивилизации. С чего бы он ни начал, какими бы розовыми надеждами себя не тешил в начале пути – он неумолимо сползает, соскальзывает под господство гнуснейших из гнусных. В частности, люди, применяющие ДТУ (Деструктивные Технологии Успеха) – оказываются технически эффективнее при захвате власти и рынка, чем люди, которые отказываются их применять. Тот, кто лжет – побеждает того, кто отказался лгать. Тот, кто насильничает – побеждает того, кто отрекся от насилия. Тот, кто зомбирует, промывая мозги – побеждает того, кто пытался говорить с людьми по-человечески. В итоге ДТУ приносят конкретный успех в конкретных делах конкретным лицам, что бесспорно видно (нынешние миллиардеры в СССР имели средний уровень достатка). Но цена успеха отдельных лиц – общее, социальное сгущение тьмы.
Успех нарастает только для избранных, хаос же нарастает для всех (кстати, и для «избранных» тоже, которые, несомненно, в итоге сгорят в том пожаре, который сами же и разожгли). Если человек это понял – то он начинает отгребать от ДТУ. Но при таком движении он вынужден грести к религии и социализму, то есть вводить нравственную, идеологическую компенсацию для «упущенной прибыли» индивида при отказе от ДТУ. Если мы говорим о современном человеке, растленном до копчика, с протухшими от потреблядства мозгами, то задача уговорить его «меньше зарабатывать» кажется нереальной, фантастической! Если человеку дают 100 долларов за поджог, то при отказе он получит 0 долларов. А кто-нибудь сомневается, что 0 долларов меньше 100 долларов?! И получается, что «выбор очевиден». Когда критический порог растления пройден – любой в массе отзывается на предложение поджечь что угодно, и не остается тех, кто отказался бы это сделать! Потому что, не будем лукавить, уговорить человека жить по совести – это уговорить его зарабатывать меньше. Тот, кто начнет такое задвигать в потребительском обществе – будет принят за умалишенного… Потому так важна для цивилизации, так незаменима задача НАСАЖДЕНИЯ ВЕРЫ, без решения которой задача ОТКАЗА ОТ ДТУ является не решаемой. Верующий рассуждает по формуле «дурак я, что ли, в аду гореть?!», а неверующий – «дурак я, что ли, свое упускать?!» Всякая цивилизация имеет в своей основе стержень той или иной религии, идеологический хребет, на котором все держится – чтобы не быть банально растащенным. ДТУ нельзя отвергнуть, как «неэффективные», по той причине, что они эффективные. И потому не получится ни у кого (ни у кого в истории и не получилось) лживыми заклятиями «они неэффективны» скрыть от хитрых их практическую эффективность. Всякая «фейербаховщина» (т.е. система, выводящая мораль из практических, прагматических потребностей общества, а не из сакрального завета) – заранее обречена. Заранее знайте: всякого, кто пытается выводить мораль без Бога – современники в итоге обрядят в шутовской колпак записного дурака. Скажут со смехом: «ты и выводи, а нам-то зачем?! Мы своей выгодой интересуемся!». ДТУ (мы упорно не называем их «сатанизмом», чтобы не травмировать чувств верующих в атеизм атеистов) – идеально подходят для разрушения преград в захвате чего-то, но совершенно беспомощны, если поставить перед ними задачу созидания. Человек вначале использует ДТУ как собственное орудие: пока он рвется к власти. Но, как дорвался – оказывается их заложником, уже не хозяином инструмента, а его слугой. Он сам все сделал для того, чтобы быть окруженным циниками, садистами и маразматиками, чаще всего, «три в одном». Что такому «горе-вождю» делать дальше – не знает никто, а уж тем более он сам не знает. Государство, которое убило в себе социализм, убило в себе зачатки государственного планирования экономики (а это сделали не только СССР или Польша, но и Англия, и Швеция, и США) – проломило лед, на котором стояло, и проваливается в пучину.
Деструктивные технологии успеха снова и снова выстреливают ЛИЧНЫЙ успех для «магов», питающихся хаосом и человечиной: у «магов» добавляется еще миллиард долларов на ЛИЧНОМ счету, они ЛИЧНО продвигаются в карьере за счет «повесточки», превращающей людей в трансгендеров и «украинцев». Но их ЛИЧНОЕ движение вверх противоположно ОБЩЕМУ движению вниз. И немудрено: ведь оно отталкивается от общего падения нравов, черпает из разложения, распада свою энергию рывка! Cнова и снова, фигурально выражаясь, носители ДТУ поджигают дом, чтобы легче было в хаосе пожара ограбить его. И действительно, пока все мечутся в огне – ЛИЧНО обогащаются от пожара к пожару. Но это не исключает очевидности: от пожара к пожару растет не только их ЛИЧНОЕ состояние! Вместе с ним, за счет него растут и пепелища вместо домов. То, что раньше было обустроено для жилья и культурного быта – становится гарью, на которой даже трава не растет, не то, что дети! В этом сегодня и живем…» (Николай Выхин, команда ЭиМ). Короче говоря, в современном мире все происходит в соответствие со словами песни:
«Весь Мир насилья мы разрушим
До основанья, а затем
Мы наш, мы новый Мир построим:
Кто был ничем, тот станет всем». И, соответственно, кто был всем, станет ничем. Однако «от перемены мест слагаемых сумма не изменяется». А вот мир вокруг нас становится все хуже и хуже, или словами Выхина: «становится гарью, на которой даже трава не растет, не то, что дети!». И чтобы избежать этого, надо отказаться от «эффективности развития» человечества и заменить ее «целесообразностью». А для этого, в свою очередь, нужна ЦЕЛЬ, очевидно полезная для большинства жителей Земли. И «государственный коммунизм» (социальный братский государственный капитализм), на взгляд автора, подходит для этой ЦЕЛИ лучше всего. И главным способом его построения является не революция, а эволюция. А разрушению (да и то, не полному, не «до основания», а лишь частичному) подлежат только те мировые силы, которые активно противодействуют достижению поставленной цели (а именно, либеральные глобалисты – сатанисты). И при исполнении процесса этого «частичного разрушения», не стоит забывать максиму: «Враг моего врага – союзник в борьбе». И в таком деле, можно пойти на союз даже с самим Сатаной – Трампом, но только «в рамках борьбы с противодействующими силами». А вот строить вместе с ним «светлое будущее» — категорически запрещено! Ибо союзника так и называют (союзником, а не другом), потому, что союз с ним является лишь временной мерой (сегодня – союзник, а завтра – противник, как батька Махно в гражданскую войну). Трамп же, в качестве такого союзника, особенно хорош тем, что он и один в состоянии справиться с общим врагом. Именно по этой причине, не стоит ему мешать в его борьбе за мировое лидерство, наоборот, лучше помогать, где можно. Чем, собственно, и занимается Путин со своей командой. Строить же «светлое будущее» в России суждено не ему, а его преемнику (после 2030 года, плюс – минус, два года). Ну а главной причиной всего происходящего в современном мире является цикличность истории, в которой мы с Вами, уважаемый читатель, живем в «переходную эпоху». На этом и закончим.