Поговорим о нынешнем переломном времени
И начнем эту главу со статьи Ироничного Будды — «Время жатвы». «Тот, кто боится остаться без внешнего источника питания, еще не знает, что он сам — электростанция». Представьте, что вы всю жизнь думали, что свет в вашем доме поступает от центральной подстанции. И вот однажды приходит электрик и говорит: «Знаете, мы тут проверяли провода… Оказывается, вы вообще ни к чему не подключены. Последние сорок лет вы светите сами, просто не замечаете этого». Примерно, то же самое сейчас происходит с человечеством. Только вместо электрика — космос, а вместо проводов — иллюзия внешней поддержки. Вы слышали о великом разделении? О том, что грядет жатва, отделение зерен от плевел, овец от козлищ? Забудьте об этом. Никто никого ни от кого не отделяет. Это масло само всплывает на поверхность воды — не потому, что вода его выталкивает, а потому, что у них разная плотность. Это магнит притягивает железо и равнодушен к дереву — не из любви к первому и презрения ко второму, а по закону соответствия. Планета меняет операционную систему. С Капитализм на что-то, у чего еще нет названия. И все программы, написанные для старой системы, просто перестанут запускаться. Не из вредности, а по техническим причинам. Несовместимость форматов. Различия в базовых протоколах. Расхождения в частотных характеристиках. На обновление дали сто пятьдесят лет. По космическим меркам — мгновение. По человеческим — вечность. Но для кого-то обновление уже завершено. Они уже работают в новой системе, хотя со стороны выглядят так же, как все. Просто свет у них теперь другого качества. Не ярче — другой. Как разница между свечой и лазером. Вроде и то, и другое светит, но попробуйте разрезать металл свечой. Вы боитесь остаться без поддержки? А вы проверяли, есть ли она вообще? Может, вы как тот герой анекдота, который всю жизнь носил с собой чемодан с кирпичами, думая, что там золото? Может, пора открыть этот чемодан и посмотреть, что там на самом деле? Ирония в том, что большинство уже давно живет за счет собственных ресурсов, просто приписывая заслуги внешним источникам. Молятся богам, которые существуют только в их воображении. Просят помощи у эгрегоров, которые сами питаются их энергией. Ищут учителей, которые знают не больше их самих. Круговорот иллюзий в природе. Но есть и те, кто действительно подключен к внешнему источнику. Присосался и сосет. Думает, что так и должно быть. Что он особенный, избранный, достойный. Для них отключение станет шоком. Представьте себе младенца, которого резко отлучают от груди. Примерно такие же вопли услышит космос. Только космосу все равно — у него нет ушей.
Враги? О, это отдельная песня. Те, кого вы считаете врагами, — ваши лучшие учителя. Они создают то самое давление, которое либо сломает вас, либо заставит найти в себе стержень. Они как тренажерный зал — без нагрузки мышцы не растут. Без сопротивления дух не крепнет. Без вызовов сознание спит. Хотите узнать, готовы ли вы к переходу? Пройдите простой тест. Закройте глаза и представьте, что завтра исчезнет все, за что вы цепляетесь (деньги, государства, религии, идеологии, социальные сети, любимые сериалы, привычная еда, родственники, друзья). Что останется? Если ответ «ничего» — у вас проблемы. Если ответ «я» — вы на правильном пути. Если ответ «все» — вы уже там. Многомерность, о которой так мечтают эзотерики, — это не подарок, а испытание. Представьте, что вы внезапно начали видеть все телеканалы одновременно. Слышать все радиостанции разом. Читать все мысли людей без фильтров. Воспринимать все измерения параллельно. Девяносто девять процентов сойдут с ума в первые же минуты. Один процент научится с этим жить. Но для этого нужен очень крепкий внутренний стержень. Близкие раздражают? Отлично! Они показывают, где у вас торчат крючки, за которые можно дергать. Уберите крючки — перестанут дергать. Не уберете — будут дергать до тех пор, пока либо крючки не отвалятся вместе с частью вашего эго, либо вы не научитесь на это не реагировать. Это не жестокость — это терапия. Между прочим, бесплатная. Души забирают? Да, бывает. Но не думайте, что это трагедия. Иногда душу забирают, как ребенка из плохой компании — пока он не натворил бед. Иногда — как студента с пересдачи, когда ясно, что он все равно не сдаст. Иногда — как актера со сцены, когда роль сыграна. У Абсолюта своя логика, и она не обязана совпадать с вашей. Будущее? Сценариев много. Как в компьютерной игре — множество вариантов прохождения. Какой из них реализуется? Зависит от коллективного выбора игроков. Не большинства в демократическом смысле, а тех, кто реально может выбирать. А реально выбирать может только тот, у кого есть собственная точка опоры. Остальные — просто статисты, массовка, декорации. Цифровое рабство? Возможно. Но только для тех, кто сам в него полезет. Никто не сможет затолкать вас в клетку, если вы не войдете туда добровольно. Да, клетку могут сделать очень привлекательной. Могут пообещать безопасность, комфорт, развлечения. Но дверь всегда открыта — для тех, кто помнит, что он не канарейка. Работа над собой — это не духовный фитнес для продвинутых. Это базовая гигиена сознания. Как чистка зубов. Не почистил — будут дырки. Не поработал над собой — будут дыры в сознании, через которые утекает энергия и проникает всякая дрянь. Методология проста до безобразия. Откуда идешь — осознай, где находишься. Куда идешь — пойми, чего хочешь на самом деле. Как идешь — выбери способ, который подходит тебе, а не интернет-гуру. Все. Никакой магии. Чистая механика сознания.
Двести душ, с которыми ты проходишь через воплощения? Они уже здесь. Просто вы друг друга не узнаете, потому что ищете не там и не то. Вы ищете внешнее сходство, общие интересы, социальную совместимость. А нужно искать резонанс. Созвучие. То самое чувство, когда встречаешь человека и понимаешь — свой, хотя вроде бы только что познакомились. Звездные балансы приняли решение? Да какая разница, что они там приняли. Это все равно, что спорить с законом гравитации — можете сколько угодно возмущаться, но падать будете вниз. Можете не верить в перемены, но они происходят. Можете игнорировать повышение частоты планеты, но от этого она не перестанет повышаться. Время сжимается. То, на что раньше уходили века, происходит за годы. События несутся лавиной. Но это не ускорение времени — это ваше замедление. Вы так долго спали, что теперь нормальная скорость кажется вам бешеной. Как если бы вы всю жизнь ехали на велосипеде, а потом вас посадили в болид «Формулы-1». Маски спадают? Естественно. При повышении частоты всё фальшивое отваливается. Как штукатурка со стен во время землетрясения. Люди показывают своё истинное лицо? А какое еще они должны показывать, если нет сил поддерживать маскарад? Страшно? Должно быть страшно. Страх — это нормальная реакция на неизвестность. Но у страха два лица. Первое парализует, заставляет съежиться, спрятаться, притвориться мертвым. Второе мобилизует, обостряет чувства, ускоряет реакцию. Выбирайте, на какое лицо страха смотреть. В конце концов, что такое жатва? Это просто момент истины. Когда становится ясно, кто чего стоит. Когда больше невозможно притворяться. Когда каждый получает то пространство реальности, которое соответствует его внутреннему состоянию. Представьте себе огромный космический сортировщик. Он не добрый и не злой. Он просто распределяет каждого по резонансу. Вибрируешь на частоте страха — попадаешь в реальность страха. Резонируешь с любовью — оказываешься в пространстве любви. Несешь в себе свет — попадаешь туда, где светло. Выбрал тьму — получи и распишись. И самое смешное: все думают, что их будет судить какой-то внешний судья. Боги, ангелы, карма, Вселенная — кто угодно, только не они сами. А судья-то внутри. Именно ваша собственная частота определяет, куда вы попадете. Ваш внутренний свет или его отсутствие. Ваша способность быть источником или вечная потребность присосаться к чужому. Провод перережут. Это не угроза и не обещание. Это техническая необходимость при замене оборудования. Старые кабели не подходят к новым разъемам. Аналоговый сигнал не проходит по цифровым каналам. Трехмерное сознание не работает в пятимерном пространстве. Но вот что интересно: большинству этот провод и не нужен. Они как те японские солдаты, которые десятилетиями воевали на островах, не зная, что война давно закончилась. Они до сих пор думают, что получают приказы от императора, хотя радиостанция сломалась ещё в сорок пятом.
Время жатвы — время возможностей. Но не для всех. Только для тех, кто понял правила игры. Кто осознал, что никто никого не спасает — каждый спасает себя сам. Что никто никому ничего не должен — каждый сам определяет свои долги и обязательства. Что никто никого никуда не ведет — каждый сам выбирает свой путь. И знаете что? Это прекрасно. Потому что впервые за тысячелетия у человечества появляется шанс повзрослеть. Перестать быть вечными детьми, ждущими, что придет папа-бог или мама-вселенная и все починит. Начать брать на себя ответственность. Не за мир, не за человечество — за себя. За свой свет. За свою частоту. За свой выбор. Танец продолжается. Музыка меняется. Те, кто умеет импровизировать, продолжат танцевать. Те, кто выучил только один набор движений, остановятся в растерянности. Но это не конец танца-— это начало нового такта. Для тех, кто слышит ритм. Для тех, кто чувствует мелодию. Для тех, кто сам стал музыкой. Напутствие: Перестаньте бояться, что у вас отберут костыли. Вспомните, что у вас есть ноги. И крылья, между прочим, тоже есть — просто вы забыли, как ими пользоваться, пока ползали по земле в поисках внешней опоры. Провод перережут? Прекрасно. Наконец-то узнаете, что вы и есть электростанция. Всегда ею были. Просто забыли включить рубильник» (Ироничный Будда). И как ни удивительно, но лучше всего эти слова «Ироничного Будды» подходят для русских людей. А меньше всего – западным жителям, которые не только «забыли включить рубильник», но у которых этого рубильника попросту нет. Вот что по этому поводу пишет Ростислав Ищенко — «О ненависти к России». Нам порою кажется, что евро-американцы нас ненавидят беспричинно, просто потому, что Россия, и потому, что хотят ограбить. Но они весь мир постоянно хотят ограбить и многих грабят. В том числе и друг друга, но к кому-то относятся с пониманием (заменяющим им любовь и/или уважение), к кому-то — с легкой ностальгией: «как жаль, что мы вынуждены были разрушить эту оригинальную цивилизацию», — кого-то даже боятся, но умеренно, не срываясь в ненависть, как боятся Китай. Даже евреев родившие государственный антисемитизм евро-американцы полюбили, как только выселили их на историческую родину — в Израиль (забавно, что полноправными европейцами европейцы признали евреев, только переселив их в Азию). И только Россию ненавидят из поколение в поколение, в том числе и в тех европейских странах, которые никогда не воевали с Россией, не входили в сферу влияния СССР и в принципе ничего плохого, кроме хорошего, от России веками не видели. Некоторые могут сказать, что я преувеличиваю, но проведите мысленный эксперимент: представьте себе, что Россия вступила в конфликт (не обязательно военный, например в торговый) с каким-нибудь третьим, неевропейским, государством. Кого в таком случае поддержат евро-американцы? В 99,9(9) проц. случаев поддержка будет коллективно оказана оппоненту России, даже если его неправота будет очевидна.
Веками Европа поддерживала против России тех, с кем воевала сама. Стоило обратиться против России Османской империи, и турки из потомственных врагов христианства превратились в гонимых несчастных братьев католического и протестантского миров. В XVI–XVII веках католическая Речь Посполитая вела практически постоянную войну с протестантской Швецией, вплоть до того, что шведы свергли своего короля Сигизмунда Ваза (который одновременно был королем Польши) за католицизм. Но против России они регулярно объединялись, даже если ради этого надо было прекратить принципиальную войну друг с другом. Союз Августа Сильного с Петром Великим в Польше рассматривали как нечто противоестественное, а союз Станислава Лещинского с Карлом XII, глубоко противоречивший национальным интересам Польши, считали вполне естественным. Лещинского противники России дважды (в 1704–1709 и 1733–1734 гг.) избирали королем Польши. Когда же он (в 1737 г.) потерял все окончательно, то Франция и Австрия, тоже, кстати, враждовавшие друг с другом, совместными усилиями выделили ему герцогство Лотарингия в пожизненное автономное владение под сюзеренитетом французской короны, а Людовик XV взял его дочь в жены. Аналогичным образом англичане, воевавшие в XIX веке с персами и афганскими племенами, всегда поддерживали их против России, хотя Россия — единственная из европейских держав — никогда не проявляла интереса к агрессии против Великобритании или ее колоний. Напротив, при возникновении разногласий всегда стремилась решить проблему мирно, на основе компромисса. В ходе Русско-японской войны 1904–1905 годов вся Европа прямо или косвенно поддержала Японию (экономически, финансово, дипломатически), Великобритания была в первых рядах японофилов. При этом российские амбиции на Дальнем Востоке никак не пересекались с европейскими. Россию интересовали Монголия, Восточный Туркестан, Корея и Маньчжурия как способ надежно прикрыть коммуникации центра с Владивостоком, обезопасить военно-морскую базу во Владивостоке от внезапного удара с суши, а также создать дополнительную базу в Порт-Артуре. Даже до германского Циндао, захваченного Японией в ходе Первой мировой войны, России не было дела, а уж до французского Индокитая, британских Гонконга и Сингапура тем более. Между тем Япония уже тогда официально продвигала лозунг «Азия для азиатов», развивала позаимствованную у китайцев теорию Великой азиатской сферы сопроцветания и, в конце концов, в ходе уже Второй мировой войны оказалась крайне опасным противником и для британцев, и для французов. Тем не менее, до сих пор Япония (чьи амбиции до поры спрятаны, но не утрачены) для них друг, а Россия враг.
Таких примеров в истории вагон и маленькая тележка, не хватит жизни перечислить все. Даже наполеоновское и гитлеровское вторжения в Россию (чтобы победить Великобританию!?), представляющиеся эталоном стратегической глупости, убедительно демонстрируют системность западной ненависти к России. Запад веками ведет себя по принципу «Если не знаешь, что делать — воюй с Россией». Запад знает, что Россия богатая, сильная, что она выигрывала все войны, даже те, в которых поначалу проигрывала, даже если от первых сокрушительных поражений до первой победы должно было пройти 150 лет, а до окончательной 250, все равно Россия побеждала, возрождаясь, как Феникс из пепла и оставаясь все той же Россией. Итак, знают о силе, знают о непобедимости, знают о богатстве, позволяющем пережить их всех в полнейшей изоляции, но все равно с упорством мотыльков, летящих на свечу, бьются об Россию, разбиваются и снова бьются. Какое-то рациональное зерно в этом должно быть. Посмотрите по сторонам. Как люди относятся к тем, кто их в чем-то превосходит? К известным спортсменам отношение смешанное. О них говорят гадости, подсчитывают их доходы, клянут «11 миллионеров, не способных попасть по одному мячу» и т. д., но смотрят, болеют, искренне радуются победам, переживают за поражение. Великих художников, скульпторов, писателей средний человек, как правило, не знает. В лучшем случае что-то слышал о Леонардо, о Ломоносове и о Толстом. О мыслителях, философах, ученых, государственных деятелях средний человек знает, что Маркс — самый умный, но Ленин его немного поправил и оба были «за народ». Он слышал, что Макиавелли — умный, но противный, так как учил власть управлять толпой, опираясь на ее же (толпы) инстинкты. Средний человек не любит, когда им управляют, подозревает, что его хотят обмануть, но не может понять, где и в чем, от этого злится только сильнее. Отсюда вера в злокозненных рептилоидов (а до них в евреев, масонов и других), создавших «тайное мировое правительство» ещё до появления человечества. И с тех пор бедное человечество обманывающих во всем: в истории, хронологии, в самом факте бытия, с некими очевидными, но непонятными целями, при этом настолько ловко скрывающих свое существование, что о них все знает каждый маргинал с ближайшей помойки. В общем, можно подытожить: человек не любит чужой успех. Он готов с ним мириться, если неравенство сил очевидно: не каждому дано стать великим спортсменом даже при помощи ежедневных тренировок, надо иметь еще и некие врожденные данные. Обидно, конечно, что, когда ты пинаешь мяч, тебе говорят, что мог бы и делом заняться, а когда он — ему миллионы платят, но приходится мириться, так как ты все равно хочешь смотреть по телевизору, как он пинает мяч, а как пинаешь ты, никому не интересно. Человек также мирится с мертвыми великими, которым поставлены памятники. Пусть Леонардо и платили бешеные деньги за его картины, но, во-первых, ты все равно рисовать не умеешь, а во-вторых, и это важнее, он давно умер и не мелькает у тебя перед глазами, раздражая своим успехом.
Гораздо труднее смириться с современниками, которые получили такой же диплом о высшем образовании, как ты, но ты работаешь в доставке, а они заказывают икру с шампанским в офис. Можно сколько угодно говорить человеку, что диплом и образование — разные вещи, к тому же, кроме образования, надо иметь еще и интеллект, иначе ты не станешь успешным мыслителем, государственным деятелем или хотя бы предпринимателем. Это как у спортсмена: тренировка плюс врожденные качества. Без последних, сколько ни тренируйся, в лучшем случае дорастешь до никому не известного мастера спорта, тренирующего подрастающее поколение, но ни великим чемпионом, ни даже тренером великого чемпиона не станешь. Но за многие десятилетия господства исторического материализма народу глубоко втемяшили в голову, что все люди равны, ум возникает от учения, а наличие аттестата или диплома удостоверяет, что ты не глупее других. Отсюда и постоянные требования сделать так, чтобы в школе были все равны, и чтобы даже полный имбецил усваивал знания с то же скоростью, что и талантливый, развитый ребенок. Отсюда же страдания получивших диплом (в том числе и кандидата и доктора наук), но по врожденной неспособности так и не ставших ни интеллектуалами, ни учеными, уверенных, что их не пускают к успеху завистники, неправильная система, рептилоиды, «тусовочка» или кто-то еще, а не отсутствие необходимых личных качеств и завышенные амбиции. Так возникает ощущение несправедливости этого мира и желание исправить его на такой, где «несправедливо обиженный» будет наверху наслаждаться заслуженным почетом. А его «гонители» будут низвергнуты к его стопам и станут просить о снисхождении за все неприятности, доставленные амбициозному ничтожеству с дипломом (а кто будет плохо просить, того надо расстрелять или повесить в назидание прочим). Из этого ощущения социальной неполноценности, помноженной на уверенность в своей гениальности (диплом-то есть), и возникают революции и майданы. Ведь если общество не видит твое величие, значит, притворяется, ибо его нельзя не заметить. Значит, это плохое общество, построившее плохое государство: их надо разнести до основания, чтобы затем на их месте построить что-нибудь простое и эффективное, что ты уже почти придумал, осталось совсем чуть-чуть. Да и вообще, что тут думать, отнять все, да и поделить, а кто шибко умный — пусть идет лес валить и болота осушать, «советовать-то все могут, а ты, поди, у станка постой». Кстати, последнее обычно говорят и пишут люди, никогда не стоявшие у станка и не знающие, чем отличается современный завод от предприятия конца XIX века, зато имеющие диплом, но работающие в пункте выдачи «Вайлдберриз» или развозящие заказы по квартирам и офисам. Именно они, страдающий от своей ненужности деклассированный элемент, и составляют ударную силу революций и майданов.
Поскольку же руководящих мест после переворота не становится больше, а новой власти тоже нужны профессионалы, маргиналы быстро обнаруживают свою невостребованность и заявляют, что «они не думали, что так будет» и что их «обманули вожди», но «следующий майдан обязательно все расставит по своим местам». Троцкий, заявлявший, что революция должна развиваться перманентно, не заканчиваясь никогда, хорошо знал материал, с которым работал, и пытался его навечно занять «революционной работой». Теория бы сработала, но революция есть разрушение, а для того, чтобы было что разрушать, иногда надо созидать, к чему ударная сила майдана органически не приспособлена. Таким образом, перманентная революция закончится катастрофой там и тогда, где и когда завершится накопленный предыдущим (свергнутым революцией режимом) ресурс. Собственно, в этом слабость всех майданно-революционных теорий. Они ориентированы на бесконечный ресурс, который можно жечь в топке революционного эксперимента, но ресурс заканчивается быстрее, чем революционеры успевают сообразить, что происходит, после чего их катастрофа — вопрос времени и количества пролитой крови, но не принципа. Вот по этой же причине Запад ненавидит Россию. Она не вписывается в западную теорию богоизбранности его (Запада) цивилизации. Китай, Индия вписываются — Запад выводил туда производство, накачивал их инвестициями и технологиями, в результате чего они и выросли в новую экономическую силу. Запад не без оснований уверен, что сможет задушить их экономически, организовав их торгово-экономическую блокаду, если у них за спиной не будет России. Но Россию Запад не накачивал технологиями, наоборот, по мере возможности стремился убить собственное российское высокотехнологичное производство, Запад не инвестировал в Россию, а выводил из нее получаемую прибыль задолго до всяких кризисов, Запад ограничивал политическое влияние и стремился подорвать внутреннюю стабильность и военную безопасность России. Когда Запад решил, что Россия готова к распаду, и организовал кризис, выяснилось, что Россия намного устойчивее в финансово-экономическом плане. Намного стабильнее внутренне, чем Запад, да еще и на поле боя у него выигрывает, так как банально производит намного больше оружия и боеприпасов, а ее промышленность более гибко и оперативно реагирует на потребности армии. И ведь это не первый раз. То же самое было и в Первую, и во Вторую мировую войну, и при Петре Великом, и при Александре Невском. Россия — единственная европейская страна, куда даже грозные викинги изначально приходили не грабить, а торговать (ибо воевать с ней было опасно), а некоторые ассимилировались, так как приходили к выводу, что лучше они нигде жить не будут.
Россия выпадает из западных представлений о мире, она их опровергает, как объективная реальность опровергает представления люмпена об организации человеческого общества. Поэтому люмпен ненавидит общество (любое общество), которое своей упорядоченностью опровергает царящий в его мозгу беспорядок. А Запад ненавидит Россию, самим своим существованием опровергающую западное представление о «правильной цивилизации». Поэтому Запад люмпенов любит и старается размножать, а нам — было, есть и будет тесно на одной планете, как с люмпенами, так и с Западом» (Ростислав Ищенко). Все верно, однако Ищенко не объяснил главного – откуда у Западных жителей появилось их представление о «правильной цивилизации»? И почему это «их представление» является «Константой на все времена». А главное, чем русские люди, которые тоже уверены, что «Бог с ними», так сильно отличаются от «Богоизбранных» Западных жителей? Кратко и понятно ответить на все эти вопросы можно только одним способом: «Западные жители – индивидуалисты, а русские – коллективисты». Вот и выходит, что «рубильником», о котором писал Ироничный Будда, как раз и является «коллективизм», присущий русскому народу. А «индивидуализм» означает его отсутствие. И это – действительно, так. Именно «коллективизм» позволяет людям вырабатывать больше энергии, чем сумма энергий, вырабатываемых каждым человеком по отдельности. Причем, автор сайта не видит никакого нарушения «законов сохранения» в данном обстоятельстве. Ведь «оптимальный коллективный труд» резко повышает эффективность труда каждого участника коллектива. Более того, отдельные виды труда и вовсе невозможно осуществить в одиночку. Автор, как бригадир «строительной шарашки», знает это наверняка. Например, для того, чтобы вырыть колодец, нужно три работника: Один — на веревке, один – на ведре, и один – в колодце. И это – оптимальный вариант. Справиться с таким делом меньшим количеством человек, конечно же, можно, но времени, в этом случае, потребуется — на порядок больше. Ну а большее количество людей будут только мешать друг другу. Откуда следует только один вывод – в роли «рубильника» (для включения ускорения эффективности труда) может выступать лишь «рациональный коллективизм», а «не абы какой». То есть, коллективизм оптимального количества участников. А вторым условием реализации «рационального коллективизма» является наличие СПОСОБНОСТИ людей к коллективному труду. Если такой способности нет, то, как ни собирай «бригаду», толку от нее все равно не будет. И у русских людей такая способность ЕСТЬ, в отличие от западных жителей, которые ее не имеют. А идущую сегодня Мировую войну между Западом и всем остальным не западным миром (во главе с Россией), можно (И НУЖНО) рассматривать, как отдельный фрагмент постоянно идущей БОРЬБЫ ИНДИВИДУАЛИЗМА с КОЛЛЕКТИВИЗМОМ.
А вот как это обстоятельство описывает Александр АФАНАСЬЕВ: «ОТ УМА ДО БЕЗУМИЯ – ВСЕГО ОДИН ШАГ». «В апреле 2025 года экс-министр иностранных дел Австрии Карин Кнайсль, выступая на передаче «Русский ковчег» в эфире телеканала «Спас», поделилась поразившими ее наблюдениями и открытиями о русской душе. «Русская душа – это загадка, – сказала она. – Я только начинаю ее разгадывать. Прежде всего, я ощущаю доброту, сердечность и потрясающую способность прощать. Это качество у вас превыше всего». Эти признания дорогого стоят как для нас, так и для самой Карины Кнайсль в связи с ее необычной судьбой. Симпатизируя Владимиру Путину, она, будучи главой дипломатического ведомства Австрии, в 2018 году пригласила его на свою свадьбу с австрийским бизнесменом Вольфгангом Майлингером. Наш президент принял приглашение, сказал тост на немецком языке и был в центре внимания не только на свадьбе, но и в западных политико-дипломатических кругах. И хотя это было задолго до начала СВО, австрийскому дипломату этого «проступка» не простили. Начались гонения, и она сначала лишилась высокого поста, а затем была вынуждена покинуть собственную страну. Приняв российское гражданство, австрийка поселилась в деревне Петрушово Рязанской области. В 2023 году она возглавила центр «Геополитическая обсерватория российских ключевых исследований» Санкт-Петербургского университета. Вовсе не считая себя «неприятным» человеком, она призналась в том, что «не обладает» русской душой, которая ей представляется удивительной и неповторимой. Эти слова, важные сами по себе, исключительно значимы, на мой взгляд, по своему контексту. Человек искренний, симпатизирующий России и считающий себя для Запада личностью вполне достойной по своим моральным качествам, тем не менее, считает, что в душевном плане, как бы, не дотягивает до простых русских людей, простивших немцев, несмотря на все причиненные нам беды. Здесь хотелось бы обратить внимание на два момента, которые представляются весьма существенными. Первый – это серьезные отличия двух культур и двух менталитетов: западноевропейских и русско-российских. Причем, эти отличия порой кажутся не просто значительными, но до антагонизма непреодолимыми. Второй момент – действительно ли все так хорошо и однозначно обстоит с русской душой, которая нам самим иногда кажется «потемками». Начну с отличий. Принято считать, что огромный евразийский континент состоит из двух половинок – Европы и Азии. Но исторически сложилось так, что Русь-Россия как бы вклинилась между ними, став зоной их географического средостения и постепенно превратившись в сложный самостоятельный межцивилизационный организм, существенно разнящийся с этими двумя половинками и одновременно имеющий схожие с ними черты.
При этом Россия представляется Западу азиатским началом, а Восток считает нашу страну неотъемлемой частью Европы. Восток мы пропустили через себя в процессе двухсотлетнего ордынского ига, неплохо знаем его и научились взаимоуважительным отношениям с ним, приняв его кодекс сложно-утонченной церемонности. С Западом все оказалось намного сложнее, несмотря на кажущуюся простоту его подхода к межличностным и межстрановым контактам. При этом Русь/Россия не только не чуралась Запада, но, наоборот, испытывала к нему какую-то магическую непреодолимую тягу, преклоняясь перед динамизмом его развития, свободомыслием и просвещенностью. Но все это было в прошлом, так как с некоторых пор европейский Запад стал стремительно меняться – для себя вполне естественно и предсказуемо, а для нас неожиданно и болезненно. Заемные культура (у Древней Греции) и цивилизация (у Древнего Рима), мощно подтолкнувшие развитие Западной Европы, постепенно стали проявлять заложенные в них рабовладельческие черты. В свою очередь легшее в духовную основу западноевропейской цивилизации христианство, надломленное изуверством средневековой инквизиции, начало распадаться под натиском французского скептицизма, немецкого протестантизма и англо-саксонского пуританства. На фоне этой стремительно убывающей духовности и усиливающейся ментальности в Европе в XIX веке стали нарастать негативистские черты: надменная гордыня, презрение к окружающему миру и цивилизаторская агрессивность. В отпочковавшейся от Европы колониально-имперской Америке к этому добавился деляческий цинизм и хищнический прагматизм расистского толка, прикрываемый гуманистическими категориями, заимствованными у европейских либеральных «прогрессистов». В XX веке все это вылилось в две мировые войны, тайно подстрекаемые юной лукавой Америкой и варварски развязанные «старыми» европейскими элитами, жаждавшими мирового господства и не способными разумно договориться о разделе сфер влияния. Эти войны серьезно подорвали ресурс развития ведущих европейских стран (Великобритания, Германия, Франция), вынудив их политически объединиться в Европейский союз и пойти на создание военного блока НАТО с главенствующей ролью Штатов. Самым примечательным в событиях на Украине явилось то, что европейские лидеры, в первую очередь Франция и Германия, попытались применить в отношении США их же метод разжигания военных очагов и использования их в своих интересах. Подключившись к урегулированию конфликта, провоцируемого Штатами, они, по признанию Ангелы Меркель, делали все, чтобы подготовить Украину к вооруженному столкновению с Россией. При этом они рассчитывали, что вся ответственность за ведение войны и ее итоги лягут на Америку». Продолжение статьи в следующей главе.