Про основные человеческие потребности
«Монополия vs. Хаос. Кто на самом деле тянет человечество за волосы?» (Михаил Кунцев). «В редакцию газеты «Экономика и мы» продолжают приходить комментарии от читателей, неравнодушных к судьбе экономической модели страны. Наш постоянный оппонент, выступающий под псевдонимом Plasmodius, прислал краткий, но насыщенный манифест, в котором лаконично пересказаны основные заблуждения противников социализма. Мы решили дать полноценный ответ не в формате короткой реплики, а в формате развернутого аналитического комментария. Давайте разберем тезисы Plasmodius по пунктам, чтобы понять, где он попал в точку, а где его критика бьет мимо цели, превращаясь в защиту того самого беспредела, который он же и презирает… Plasmodius: Коммунисты захватывают государственную власть и вводят МОНОПОЛИЮ на наем. До некоторой поры эту монополию нарушают нэпманы и кулаки, но это ненадолго. «Поскольку величина труда и заработка является ОЦЕНОЧНЫМ ПОНЯТИЕМ Упыря Кровососова, то возникают «чудеса» оплаты труда, знакомые нам и лично, в нашей судьбе, и по классической литературе». Вот именно – пишет Plasmodius — Величина оплаты труда является оценочным понятием, поскольку ее со стороны нанимателя оценивают не только Упырь Кровососов, но и Вампир Вурдалаков и Гиена Стервоедова, которые конкурируют между собой. И если Упырь Кровососов усилит эксплуатацию, НИЧТО не мешает работнику уйти к Гиене Стервоедовой. Для сравнения: уйти в СССР на другое предприятие возможно (Я пока не говорю о колхозе). Но, поскольку все они принадлежат одному работодателю — на любом предприятии он получит ровно столько же. Мы: ну, во-первых, не «ровно столько же» — могли быть варианты, но это мелочи, скажем так: «примерно столько же». Во-вторых, вы уверены, что это плохо?! Откуда эта слепая и безумная уверенность в том, что на новом месте непременно получишь больше? А если меньше? А если значительно меньше? А если совсем ничего?! Задумайтесь: насколько свободен человек, как вольно он дышит – что он может свалить с работы, и при этом НИЧЕГО НЕ ПОТЕРЯТЬ. Он уволился – а проблемы у его работодателя: ему там будут шить «разбазаривание кадров», «почему не удержал», «не смог заинтересовать» и т.п. А у тебя проблем нет: работодатель тебя обидел – ты на новое место перепрыгнул, «на любом предприятии он получит ровно столько же», так ведь, Plasmodius? Вот вы пишете, что «Упырь Кровососов, Вампир Вурдалаков и Гиена Стервоедова конкурируют между собой». Но они же конкурируют не за то, чтобы вас заполучить к себе, а за деньги! И победа в этой конкуренции не в том, чтобы чувакам с улицы платить больше, а в том, чтобы платить им меньше. И победит в конкуренции самый жадный, а не самый щедрый. Для вас это новости?!
Упырю, Вампиру и Гиене не нужно быть в каком-то специальном заговоре (хотя часто есть у них и такой заговор), чтобы не хотеть платить деньги людям. Это желание и без всякого сговора вырабатывается, у любого числа даже мелких предпринимателей (особенно у мелких). Их, может и много, и может, они даже не сговорились, но платить-то они хотят поменьше все как один. Среди них дураков нет – иначе бы в предприниматели, в работодатели не вышли бы! Очень важный момент, который не понимает, или не хочет понимать Plasmodius и его аудитория: мы говорим не о химере Маркса, описавшего капитализм как противостояние злобных рептилоидов-угнетателей и святых духом мучеников-угнетенных. Мы давно уже списали в утиль классовую теорию, как несостоятельную, и жизнью опровергнутую (да и изначально не слишком логичную). Капитализм мы понимаем по Гоббсу, как войну всех против всех. На этой войне главный антагонизм экономических интересов между человеком и человеком, а не между случайно и ненадолго формирующимися рыхлыми ассиметричными альянсами, которые Маркс принял за устойчивые «классы». Расскажу аллегорию: когда мой старший сынишка был совсем малыш, меньше годика, он, сидя в детском стульчике, схватил себя за волосы. И стал тянуть. И заплакал, потому что больно. То есть малыш не понимал связи между собственной рукой, которая тянет за волосы и болью в итоге. Так вот, у Маркса за волосы человека таскают «рептилоиды», и нужно избавить человека от этих нелюдей – тогда не будет больно. Но в объективной реальности человечество в капитализме тянет за волосы само себя – и само же рыдает от боли, не понимая связи причины и следствия. Что происходит? Нет твердых расценок, твердых цен, жесткого регулирования ценообразования со стороны государства. Из-за этого нельзя сказать, кто кого обманывает. Каждому кажется, что обманывают именно его. Косарь получил «косарь» и думает: эх, проклятый кулак, я ж на полтора косаря работал! Кулак же думает вслед косарю: дурак я, заплатил ему «косарь», а он и пол-косаря мне не отработал… И нет такой книжечки, волшебной («Закон» называется), чтобы открыть и посмотреть: кто кого в данном случае напарил? Потому что е*учее рыночное ценообразование – кто кого как надует. И люди стараются, кто во что горазд. Крутятся, вертятся, КАЖДЫЙ, чтобы в подходящий момент обобрать ближнего – «не дурак же я, прибыль свою упускать». Но ведь и тот, кого обобрали – думает точно так же, и в свой подходящий момент отыграется! Прозвучит пафосно, но из-за е*учего рыночного ценообразования из жизни уходит правда, и воцаряется ложь в каждом диалоге. Люди все время врут друг другу, пытаясь продать свое подороже, и это вранье, подпитываемое денежным стимулом, становится единственным содержанием общения людей.
Закон не устанавливает, кто, кому, за что и сколько должен. Люди сами, во лжи и шантаже, террором и мошенничеством, устанавливают эти свои отношения. При таком подходе преуспевают худшие, и рождается какократия, но это другой вопрос, не будем уходить из экономики. Если бы были специальные люди, которые одни хотят всех надуть, отдельный подвид капиталистов — то проблема бы решалась их устранением (как у Маркса). Но массовость капитализму придает вовсе не наличие сотни геморройных миллиардеров, а вполне демократическое, настоянное на идее свободы личности, массовое желание лично всех нае*ать у каждого живчика. На своем уровне — где на мильон, где на копейку, но у каждого. И это движение миллионов, которые никак не могут остановиться, остановить свою войну против всех, которая превращается в войну всех против тебя одного… Когда Plasmodius пугает нас тем, что советский народохозяйственный комплекс – супермонополия, он опирается на представление о монополии в мире свободных цен. Там монополия может и будет диктовать снижение цены труда до летального исхода – что, собственно, она везде в мире (откройте уже глаза!) и делает. Мы же говорим не о едином или множественном нанимателе, а об идее упорядочить экономические отношения людей, ввести на дороге правила дорожного движения (они же административные барьеры для бизнеса), потому что, когда все ездят без правил, а как им самим хочется – все время на дороге аварии и катастрофы. Потому мы и говорим, что цена труда не должна быть оценочным понятием одинокого или множественного работодателя. Разве у нас совсем нет науки? Разве мы не можем хотя бы попытаться собрать вместе ученых, профсоюзы, работодателей, и выработать хотя бы базовые объективные критерии оплаты труда? Но Plasmodius сводит дело к тому, что советский работодатель – монополист. И далее пишет: На языке антимонопольного законодательства такое поведение работодателей называется, если не ошибаюсь, «Картель» и карается в любой развитой капстране. И вот, дорогой друг, до чего они «докарались»: карали за картели, карали, да не выкарали: Ежегодный доклад организации Оксфам, который традиционно готовится для Всемирного экономического форума в швейцарском городе Давосе, уже в 2015 году бил в набат: 62 САМЫХ БОГАТЫХ ЧЕЛОВЕКА МИРА ЛИЧНО ВЛАДЕЮТ ПОЛОВИНОЙ ВСЕХ БОГАТСТВ, КОТОРЫЕ ВООБЩЕ ПРИНАДЛЕЖАТ ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ. Это так развитые капстраны покарали картели?! Еще раз просим: не слушайте, чего они вам ГОВОРЯТ, а смотрите на то, что они ДЕЛАЮТ! По сути, они приватизировали планету и превратили весь земной шар в свое частное поместье, частное владение!
Доходы этих 62 человек за 5 лет выросли на половину триллиона долларов, при этом 3,6 миллиардов человек за это период в общей сложности потеряли триллион долларов. Каждая группа людей, 62 человека и суммарно все остальные люди, имеет по 1,76 триллиона долларов. Но монополия карается, да? С ней успешно борются? Уже в 2011 году швейцарские ученые доказали, что планетой правит одна суперкорпорация. Ученые из Федерального технологического института в Цюрихе (Швейцария) проанализировали, кто владеет 43 тысячами транснациональных корпораций мира, и неожиданно для себя поняли: за всеми стоит один «кукловод». Руководитель научной группы Джеймс Глаттфельдер комментировал свое открытие так: «Экономисты в разных странах и раньше подозревали, что миром крутят несколько гигантских фирм. Но раньше не удавалось обработать огромный массив данных. Наш суперкомпьютер из этих миллионов вычислил управляющее ядро, в которое вошли лишь 1318 компаний, а затем оказалось, что все они подчинены 147 корпорациям. И хотя по бумагам за этим суперядром лишь 20% мировых доходов, на самом деле, если учесть всех партнеров и «дочек», получится, что около сотни человек физически держат в руках 60% мирового ВВП. Швейцарцы даже привели список первой десятки. В конечном счете, – говорит Глаттфельдер, – за всеми ними стоит кто-то один (или крайне узкий круг лиц, «олигархия»), но кто именно – тут уж суперкомпьютер бессилен». По данным Fairfax, «богачи» – а их по традиции насчитывается не более 5% населения – увеличили свою долю в доходах Америки с 20% до 50% практически. Более того, сам «средний класс», численность которого пытаются исчислять из формальных критериев дохода в тысячах долларов в год, стремительно беднеет – даже в абсолютных цифрах среднего дохода. (С 2001 по 2014 годы, к примеру, снижение доходов составило 4%, то есть около $2 тыс. в год, при значительном росте цен на все без исключения.) Но официальную цифру нижней границы принадлежности к среднему классу – что-то около $45 тыс. годового дохода – можно смело забывать. «Если в Вашингтоне вы обратитесь к человеку, который зарабатывает $100 тыс. в год, со словами: «Приятель, да ты богач», вы его точно приведете в бешенство, – предупреждает Рик Эдельман, финансовый консультант в корпорации Fairfax, автор книги «Обычные люди, необычные капиталы». – В столице такой доход не позволяет ни оплачивать обучение детей в колледже, ни даже откладывать на собственную старость». Plasmodius: Более того. В проклятом буржуинстве жилье можно снять, продать, купить. Смех в студии. Ох, не касался бы ты милок, темы жилья, ох, не та эта тема, чтобы капитализму похвалиться собой… Plasmodius: В СССР выехать на заработки в другой город означает бесплатно отдать жилье, а в другом городе жить в общежитии десятилетиями. Мы: Ну и как же так получилось, что все так плохо было с жильем в СССР, а в сухом остатке:
«… в научной литературе и статистике OECD и Европейского центробанка феномен превосходства стран бывшего соцлагеря по жилью хорошо задокументирован. Социализм создал уникальную структуру владения. Согласно исследованию ОЭСР (OECD), в странах Центральной и Восточной Европы более 70% домохозяйств владеют жильем полностью (без ипотеки). Это значительно (на 40-50%) превышает показатели не только развитых стран Запада, но и средние по ЕС. Исследование базируется на данных ОЭСР и Австрийского национального банка (OeNB)…». Еще раз просим: вы не ушами слушайте капиталистов, а смотрите и руками щупайте, по плодам их узнаете их! Вот лично в моей семье (а она – типичный случай) ВСЕ жилье, весь располагаемый жилфонд – советские. Дедам давали квартиры. Отцу дали квартиру на заводе. После – как отрезало. Я жизнь прожил в наследии предков, метра квадратного не прибавил, уже дети подросли, пошли на работу, и все то же самое… Если убрать советское наследие – то мы семейство потомственных бездомных, у которых бездомность переходит из поколения в поколение. И так – у большинства измордованных жизнью людей – а вы про капитализм сказки сказываете! Plasmodius: И наконец, это означает, что НИКАКОЙ товар, имеющий спрос у населения, но настолько мелкий, что о нем не позаботился Госплан, выпущен не будет. Мы: если совсем оторваться от жизни, то чисто теоретически – да, верно, вряд ли Госплан будет разводить блох по пятилетнему плану. Но если вернутся в жизнь, то очевидно: речь идет о неудовлетворении очень малозначимых капризов очень придирчивых людей. Которые так хорошо живут, что уже и не знают – чем бы себя потешить, ходят по шоппингам и «блох», в том числе подкованных, ищут… Но не нужен никакой суперкомпьютер (обычных счетов хватит), чтобы посчитать ОСНОВНЫЕ, ЖИЗНЕННО-НЕОБХОДИМЫЕ блага для людей в стране! Не какие-то вычурные капризы – мол, не тот запах у туалетной бумаги, хочу клубничный! – а самое необходимое, очевидно-потребное. Если у вас в стране 40 млн. семей – значит нужно 40 млн. отдельных квартир. Миллион семей добавится – значит, нужно миллион квартир добавить. Это что, бином Ньютона?! Разве обеспечение блохами и клубничным пипифаксом важнее, чем построить страну без голодных, бездомных, безработных, бесправных?! Для конченного эгоиста – да. Потому что, скажет он, бумага туалетная моя, и она не пахнет клубникой! А бездомные дети за окном – они чужие. Я их не знаю, и не люблю. Я им и в окно скажу: «Вы кто такие?! Я вас не звал! Идите нах…!» А вот своей жопе, которая изнывает без клубничного аромата – я такого не скажу. Она же моя! Но вот что, дружок: когда тебе в нее воткнут штык, то ты сообрази, что штык-то чужой… Он не заботится о твоей жопе точно так же, как ты — о чужих и нелюбимых тобою беспризорниках…» (Михаил Кунцев, дежурный по комментариям, команда ЭиМ).
К слову сказать, именно это обстоятельство и является ГЛАВНОЙ ПРИЧИНОЙ того, что любая власть нашего мира ВСЕГДА и ВЕЗДЕ думает не только о своем благе, но и о благе подвластного ей народа. И если бы у нее не было таких мыслей, то она была бы НЕ НУЖНА – НИКОМУ и НИКОГДА. Не стоит забывать и то, что управленческий труд – самый тяжелый труд на Земле из всех возможных (он, в чем-то, сродни ассенизаторскому труду), и если бы за него не приходили весьма неплохие доходы и другие бонусы, вряд ли кто-либо из здравомыслящих людей согласился бы на ее исполнение. И для выполнения такой работы (в отличие от ассенизаторской) требуется очень и очень немалая компетентность и вполне определенный «склад ума» (представители психологической категории «свободных эксплуататоров» для такой работы не подходят, хотя именно они больше всех других стремятся попасть во власть). И процитированный выше «Plasmodius» для такой работы тоже не подходит, как слишком внушаемый и самовлюбленный человек. К слову сказать, самовлюбленность очень характерна для творческих людей, а стало быть, и им нет места во власти. И все вышеперечисленные требования к представителям власти одинаковы для всех людей нашего мира. Почему же так происходит? Потому, что люди очень похожи друг на друга, вот как это обстоятельство описывает Николай Выхин – «ПОЧЕМУ СТРОИТЕЛЬСТВО СОЦИАЛИЗМА НЕВОЗМОЖНО БЕЗ ПОБЕДЫ НАД УКРАИНОЙ?». «Нас учат видеть пропасть между людьми: но за поверхностной разницей скрывается активно разрушаемая англоязычной наукой единая конструкция человеческой природы. Сегодня право называть всех одним словом — «люди», обобщая сходство и отделяя от животных, дает нам универсальность базовых потребностей человека, неплохо описанная у А. Маслоу. Потребности у всех в базе, в корневом каталоге – одинаковы! Почему же так получилось? Все люди, живущие сегодня на Земле, являются довольно близкими родственниками. И это не метафора о «всеобщем братстве», а строгий научный факт. Все 8 миллиардов человек на планете — это прямые потомки митохондриальной Евы по материнской линии. Точно так же существует «Y-хромосомный Адам» — общий предок всех мужчин по отцовской линии. Важно отметить, что два шимпанзе из соседних стад в одном национальном парке Габона имеют между собой больше генетических различий, чем алеут с Аляски и папуас из Новой Гвинеи. Мы все — потомки немногих выживших. Так что мы похожи – и потребности у нас похожи. С точки зрения социал-дарвинистов, это досадная случайность эволюции. Единство потребностей не дает рабам искренне желать быть рабами, второсортными к хозяевам. Не дает по той же причине, по которой хозяева не хотят быть рабами и второсортными людьми. Потребности хозяина сталкиваются с точно такими же потребностями у раба, что и ведет к уравнительному праву социализма.
Иначе говоря, никто (кроме украинских выродков) не хочет быть рабами и второсортными одноразовыми «говорящими орудиями» — что и питает в низах, массах угнетательского общества социалистические идеи. Именно единство полноценных представителей рода человеческого дает следствием неизбежность победы социализма (если мы не скатимся в каменный век). Если всем людям нужно одно и то же — они в итоге, так или иначе, договорятся, придут к тому, чтобы у всех в быту было одно и то же. Хотя бы приблизительно, в основных чертах! Но… Потребности были едины у всех — пока за их переделку не взялись лаборатории по воздействию на мозг, делающие из людей «украинцев» и «трансгендеров»… Почему так получилось, и чем страшна «украинская мутация» для вида «человек разумный»? Чтобы понять, чем украинский мутант отличается от вида человека разумного – рассмотрим подоплеку романа Олдоса Хаксли «Дивный новый мир». И сделаем мы это не случайно, потому что Хаксли был в самой гуще биоразработок «спасательной команды капитализма», он вырос в атмосфере научных дебатов о наследственности и эволюции, и это ключ к пониманию его романа. Его семья — это династия биологов, «бульдогов Дарвина», которые стояли у истоков всей современной западной эволюционной мысли. Таким образом, Олдос Хаксли был не просто сторонним критиком науки, а внутренним голосом этого научного мира, увидевшим его мрачную сторону. В романе он использует идеи евгеники и биологического детерминизма, которые обсуждались в его семье, в том виде, в каком «бульдоги Дарвина» (это не ругательство, а гордое звание семьи Гексли) собирались спасать капитализм. В «Дивном новом мире» генетическая стратификация общества становится инструментом тотального контроля, напрямую отменяя список потребностей по Маслоу или любому другому антропологу, исследовавшему человеческие потребности. Иерархия каст: — Альфы и Беты — высшие касты, умные и красивые, управляют обществом. — Гаммы, Дельты и Эпсилоны — низшие касты, созданные для рутинного труда. Эпсилоны — это, по сути, украинцы, биороботы, чье развитие намеренно заторможено на эмбриональном уровне. У них закрыты потребности. Эпислоны не понимают голода, болезней, старости, а их смерть, как и у украинских одноразовых зомби — лишь «утилизация». Умственное развитие эписилонов невозможно в силу повреждения их психики, врожденного слабоумия, а любая эмоциональная привязанность подавляется с детства как опасная. Цели и смысл человеческой жизни (у всех людей одинаковые, пока они люди) подменяются предопределенным геном-статусом и сома-наркотиком. Человек счастлив, потому что его приучили любить свою клетку.
Идея Хаксли радикальна: угнетательское общество, построенное на неравенстве, капиталистическое, западного типа может стать стабильным только в одном случае (это как раз и обсуждалось в семье Гексли десятилетиями): Если единый человеческий вид разделится на несколько видов: белые господа ставят цели, не являясь на поле боя, а украинские выродки своими и чужими трупами, захлебываясь от слюнявого счастья быть эпсилонами, мостят дорогу целям белых господ. Капитализм – усвоил Хаксли у своей семьи – только тогда сможет быть стабильным, когда каждый его член будет хотеть того места, которое ему уготовано, каким бы рабским, низким и унизительным оно ни было. Гексли рассказали Хаксли, как они будут делать украинских мутантов (и до мурашек точно): с помощью психотропной химии, генетического воздействия для торможения интеллекта и гипнопедии (внушения аудиовизуальным нейро-программированием). Сегодня мы можем сказать, что «Дивный новый мир» уже наступает в прямом и буквальном смысле слова, и – как бы не хотелось это оспорить – строго по писанине Хаксли, черпавшего, как мы уже убедились, из очень надежного источника информацию об уготованном человечеству будущем. Самое важное – и это должны знать все, и все понимать – в украинском мутанте-выродке УЖЕ НЕТ БАЗОВЫХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ПОТРЕБНОСТЕЙ. Начиная с инстинкта самосохранения, который есть не только у людей, но даже и у животных, но у дегенератов украинской химеры начисто выкорчеван. Могучие США побоялись нападать на КНДР из-за крошечного ядерного арсенала Кима – украинские дегенераты упорно домогаются своего «застекления» у самой мощной, в смысле ядерного оружия, державы планеты. Как писал другой фантаст, А. Азимов о поведении роботов: «что так делать нельзя – человек бы понял…». Чего лишен (методом ампутации) украинский дегенерат? Пробежимся кратко по классической схеме А. Маслоу «человеческие потребности»: Физиологические потребности — голод, жажда, сон и дыхание — едины для всех, от академика до крестьянина, стирая любые различия. Потребность в безопасности одинаково движет и олигархом, и бездомным, а стремление к любви и принадлежности заставляет даже отшельника искать связь с миром. В каждом заложена жажда уважения и признания, и каждый стремится к самоактуализации. Эти пять уровней присущи каждому человеку, и именно они позволяют нам понимать друг друга вопреки любым языковым барьерам. Но ровным счетом НИЧЕГО из перечисленного нет у украинских выродков!
В угоду западным хозяевам они полностью разрушили свою страну и свою экономику, у них нет даже на зверином уровне чувства опасности за свою жизнь и жизнь своей семьи, своих детей. Они пребывают в беспробудном садомаразме (всех убить, даже ценой собственной гибели – зачем?!), у них нет, и не может быть, «самоактуализации» — они вообще не понимают, и не хотят понимать, кто они такие (они русские, но ненавидят русских). Перед нами идеальный раб для неоколониализма: он не будет сопротивляться колонизаторам, он будет (как мазохист) просится под их плетку, он будет спорить, кому первым идти в трюм работоргового судна, он, как собака – легко умрет за хозяина, ничего не требуя от хозяина взамен, и получая от хозяина побои. Этот идеальный раб, по Хаксли «эпсилон» — уже не человек, он скорее служебное животное, пост-человек. Массовое внедрение психовируса «эпсилон», как видим, уже началось. Если это не остановить (а у нас последнее окно возможностей это сделать, сегодня или никогда) – то род человеческий будет сменен на слабоумных и недоразвитых биороботов, в которых встроен рефлекс наслаждения унижениями, побоями и угнетением. И тут что социализм, что род человеческий – в едином положении. Ни о каком социализме ни с кем говорить уже не придется, потому что исчезнет главный потребитель этой идеи – человек с человеческими потребностями. Иногда забитый, затравленный, запуганный, угнетенный, обобранный до нитки – но еще осознающий себя человеком, а потому мечтающий о человеческой жизни, о достойных условиях и человеческом достоинстве. При реализации плана Гексли мы будем иметь (уже имеем) дело с мазохистами и куколдами, которых чем больше бьют, душат и давят, чем больше унижают и третируют, чем больше о них вытирают ноги – тем больше они «кайфуют» и наслаждаются. Еще раз: В реальности все мы ПОКА ЕЩЕ — родственники, мы генетически ближе друг другу на разных континентах, чем шимпанзе друг к другу в одном африканском стаде. Но УЖЕ включен таймер уничтожения человеческого рода через дробление на господ и дегенератов, что и описал Хаксли как план-проект биологов Запада: в «Дивном новом мире» наша генетическая близость намеренно разрушается на стадии эмбриона. Альфу и Эпсилону меняют структуру человеческих потребностей, описанную Маслоу, ему меняют саму биологию, создавая искусственные виды внутри одного человеческого рода. А если Запад в этом преуспеет – то не бывать социализму, как, впрочем, уже и ничему человеческому. Нас – называющих себя люди – не станет. Ведь украинские выродки тоже когда-то были людьми, а теперь посмотрите, что с ними стало после обработки…
Сомнений больше нет: это уже не по заявлениям российской стороны а согласно появившимся в открытом доступе документам Тулси Габбард, директора Национальной разведки США. В июне 2026 года она рассекретила материалы, подтверждающие, что США финансировали плотную сеть биологических лабораторий на Украине. Речь идет более чем о 40 объектах, где, по данным разведки, проводились исследования опасных патогенов, но в первую очередь, разумеется, технологий зомбирования! В документах также утверждается, что предыдущие администрации США скрывали эту информацию от общественности. Хотя Виктория Нуланд, занимавшая пост заместителя госсекретаря, еще в 2022 году признавала в Сенате США факт наличия биологических исследовательских объектов на Украине и выражала обеспокоенность, что эти материалы могут попасть в руки российских войск. Голос Украины 2022 года, тогдашний спикер официальных новостей этого псевдогосударства, Алексей Арестович в интервью Марку Фейгину 11 июня 2022 года признал, что украинские солдаты – зомби и биороботы, которым безразлично, кому служить. И пытался пугать Европу тем, что доставшись Путину, вся эта армия зомби, как один, пойдет на Европу. С точки зрения человеческой жизни между романом-предупреждением Хаксли и практическим воплощением раскрытого Хаксли плана прошло много времени. Но с точки зрения истории – это как один миг! Хаксли показывает: если разделить человечество на биологические касты и сделать нижние касты счастливыми в своем рабстве, то инстинкт солидарности, который вытекает из нашего общего родства, будет уничтожен. В мире Хаксли Эпсилон не сможет договориться с Альфой, потому что у них разные миры, разный уровень сознания и, главное, разное представление о счастье. Таким образом, Хаксли в своем романе описывает идеальное угнетательское общество, которое решает проблему марксовой классовой борьбы не через подавление революций, а через биологическое упразднение всякого возможного, потенциального протеста. Низшие касты в его мире не тяготятся рабством — они его обожают, потому что их мозг устроен иначе. Это и есть украинский диагноз! Человек = универсальные потребности, описанные Маслоу — или человека нет. Хаксли создал мир, где человека в этом смысле почти нет. Есть Альфы, Беты, Эпсилоны — биологические конструкции, лишенные той самой «родовой сущности», которая, по Марксу, делает человека человеком, и того набора потребностей, который, по Маслоу, делает его предсказуемым и договороспособным. Почему мы можем жить в обществе? Потому что поведение нормального человека предсказуемо. Оно предсказуемо из его потребностей, список которых для каждого НОРМАЛЬНОГО человека дал Маслоу.
Мы знаем: если человек голоден, он будет искать еду. Если ему угрожает опасность, он убежит или будет защищаться. Если его унижают, он обидится. Это знание позволяет нам договариваться. Я знаю, что вы, как и я, не хотите умереть (Потребность №1) и не хотите потерять свою семью (Потребность №3). Значит, у нас с вами есть общая почва для переговоров. Вот где кроется критерий нормы. Если передо мной человек, который следует логике Маслоу — я могу с ним сесть за стол переговоров. Мы можем обсудить, как вместе бороться с угрозой (например, с людоедами). Почему? Потому что у нас единая мотивация: сохранить жизнь и защитить своих близких. Это делает возможным коллективные действия, строительство городов, создание законов и экономику. Если я хочу жить, и вы хотите жить — мы уже союзники. Нам есть о чем говорить. Наше общее дело — выживание и развитие — рождается прямо из списка Маслоу. Там, где кончается Маслоу, кончается человек. Но что, если этого списка нет? Что, если перед нами существо, у которого потребности «сбиты»? Представьте диалог. Я говорю: «Давай объединимся, чтобы никто не убил наших детей». А мне отвечают: «Я хочу убить твоих детей, а потом себя, и мне это доставит удовольствие» (типично украинская позиция, дословно). В этом месте коммуникация невозможна. Общее дело невозможно. Почему? Потому что у нас нет общей аксиомы. У меня есть инстинкт сохранения (по Маслоу), а у собеседника — деструдо в терминальной стадии, инстинкт смерти, инстинкт разрушения, который в пирамиде Маслоу отсутствует. Человек, у которого нет базовых потребностей в безопасности и любви, или чьи потребности деформированы в сторону патологического разрушения, выпадает из человеческого вида. Это не «плохой человек», это биологический сбой. Это психопат, маньяк, мутант. С ним нельзя договориться, потому что его «операционная система» несовместима с нашей. Ведь мы люди не из-за кожи или роста (они у всех нас разные), а из-за одинакового набора «хотелок» и «страхов». Но украинский выродок, проживая в сумраке зазеркалья своих патологических химер, не имеет ни одной человеческой «хотелки», и ни одного из видов человеческого страха! Если это не пресечь — завтра нас уже не будет, ни в каком смысле — ни как русского народа, ни как представителей вида «хомо сапиенс» (Николай Выхин, социопатолог, команда ЭиМ). На взгляд автора этого сайта, Выхин очень правильно обрисовал ситуацию, которую можно описать еще проще – «подобное тянется к подобному». Однако если это «подобное» напоминает человека, то оно не может существовать «в гордом одиночестве», как и человек. А стало быть, одна общая потребность у человека и «мутанта» все-таки есть – невозможность нормального существования без какой-то власти. Вот и получается, что у каждой «касты» обязательно появится своя собственная власть. Увы, но западные «бульдоги Дарвина» не учли этого обстоятельства, а зря. Ведь главное свойство любой власти заключается в ее стремлении к доминированию, а стало быть, рано или поздно, но власть «эпсилон»-общества наверняка начнет бороться с властями всех других обществ. Что мы и наблюдаем уже в сегодняшней картине мира – Украина начала бороться не только с русскими, но и со всем остальным миром, включая и породивших ее «бульдогов Дарвина». И ничем хорошим для них (и для «бульдогов», и для Украины) эта «борьба» не закончится. Короче говоря, как ни крути, но «Дивный новый мир» Хаксли – нежизнеспособен, ибо само устройство такого мира «постоянно тянет его в могилу». Причем, это происходит как раз потому, что такое «желание смерти» присутствует у представителей власти «эпсилон»-общества. И ей «глубоко по барабану» на пожелания власти «альфа»-общества.