Пару слов о путях развития капитализма
И начнем мы эту главу со статьи Вазгена Авагяна — «КАЛИЮГА»: ЗВЕРСКИЙ И БЕЗЫСХОДНЫЙ ТУПИК КАПИТАЛИЗМА». «Если Иван снимает дом у Петра, то для Петра это хорошо, а для Ивана плохо. — Петр ничего не делает – и получает деньги. — Иван тяжело работает, но тратит деньги не на себя, а на Петра. Больше, чем на любовницу, хотя Петра совсем не любит. И в гробу видал Петра, в белых тапочках… Если Ивану удалось бы снизить платеж, по той или иной причине – это было бы плохо для Петра. Если бы Петру удалось повысить платеж, тем или иным способом, то это было бы плохо для Ивана. Здесь простой закон сохранения вещества и энергии, логика сообщающихся сосудов, в которых переливается одно на двоих счастье: чем одному больше, тем другому меньше, и наоборот. Но дальше еще интереснее! Самый кошмарный сон для Петра – то, что Иван обзаведется собственным домом. Тогда Ивану не нужно будет отдавать зарплату Петру – он уйдет жить в собственный дом. А Петр, формально не потеряв ничего, останется не только без привычной получки, но и с привычкой к нетрудовым доходам! Для Петра это не просто ухудшение быта, падение уровня жизни – это катастрофа уровня геноцида (да, и с паразитами случаются геноциды). Нетрудно понять, что люди, помогающие Ивану снижать плату – в понимании Петра плохие, злые и вредные люди. Неважно, как они это делают – предлагая Ивану более дешевое жилье, создавая выбор, или законодательно протаскивая снижение платы лендлорду. Они – плохие люди, потому что они Петру портят жизнь и отнимают счастье, довольство, беззаботную и светлую помещичью радость, хорошо нам знакомую по «дворянской литературе» наших классиков. А тот, кто поможет Ивану обзавестись собственным домом, чтобы не платить на сторону, а тратить заработанное на себя – вообще в понимании Петра дьявол, чудовище, исчадие ада. Представление Петра о «вкусной и полезной жизни» — это вечная бездомность Ивана, при которой Иван вынужден отдавать большую часть своего заработка за аренду. Если Петр умен, то он понимает, что Ивану нужно немного оставить, чтобы не подох – а изымать у него только то, что сверх физиологического минимума выживания. Если же Петр глуп (а так бывает чаще, глупые люди вообще всегда большинство в любой страте) – то он совсем уморит Ивана, со словами из анекдота: «так, я не понял, а почему я должен кормить твою семью?!». Понятно, что «вкусная и здоровая жизнь» Петра для Ивана – бесконечный, тягостный кошмар, страшнее смерти. Тут букет или коктейль из всего плохого: — И постоянство, безысходность горькой нужды. — И унижение насмешками, осознание своей второсортности, психологический гнёт понимания, что «в этом мире всё не для тебя». — И финансовая катастрофа при любом непредвиденном расходе – например, если заболел и нужно оплатить лечение.
— И постоянное пребывание в безумии сверхлживой и дегенеративной антикультуры, которой Петр глушит его мозг, отстаивая свой мир и свои интересы. — И постоянный террор, которым Петр вынужден глушить своих жертв, если антикультура не справилась с враньем и их дебилизацией. Но самое хреновое, друзья мои, что поддержание нищеты Ивана в этой модели – делается искусственно, фабрикуется усилиями заинтересованных в его несчастье и обездоленности лиц. Традиционная нищета исходила из простой поговорки «на нет и суда нет». Физическая нехватка ресурсов, пищи, материи, строительных и транспортных мощностей – это печально, но как против этого возразишь?! — А где я тебе возьму пай-долю? – ругается начальник в традиционном обществе (может быть, очень хороший и порядочный человек) – Если нету?! Высру, что ли?! Ну, нет у меня для тебя жилья: бери да строй, построишь – будет у тебя жилье! Традиционная, «старинная» нищета базируется на физической недостаточности благ, их простом отсутствии, и крайней недостаточности знаний, технологий, на ненаучной организации труда (из-за чего благ физически и недостаточно). Что же касается нашего примера с Иваном и Петром – дело не в том, что дома для Ивана нет, или общество наглухо не знает, как Ивану построить (или дать ему самому построить) дом. Счастье Петра базируется на отчуждении Ивана. Для того, чтобы Петр мог идти с кайфом по жизни, легко и весело, не заморачиваясь с утра по будильнику на работу вскакивать – Иван должен оставаться вечно бездомным. Тогда Петр может вечно «делить» с Иваном его заработок, причем Петр норовит создать такие условия, чтобы Иван отдавал как можно больше заработка за аренду. Хорошо, если 50%, но лучше 80%. При наличии мозгов (что бывает не всегда) Петр не даст Ивану загнуться, оставит чуток на грани физиологического выживания. Иначе Иван помрет, перестанет работать, и перечислять свою зарплату Петру. Но дать Ивану «прикарманить» с его трудов больше, чем крайний физиологический минимум – для Петра уже «упущенная прибыль», ситуация, когда он зачем-то кормит чужую семью, вместо того, чтобы облагодетельствовать собственную. То, что мы рассмотрели на примере аренды жилья — касается всех прочих сфер человеческой жизни. Нетрудно догадаться, что другой Петр (или даже этот же самый) будет точно так же «ссужать» Ивану землю в аренду, медицину, образование, любую иную ценность. Может быть, арендодатель Петр позаботится, чтобы Иван физически не сдох (да и то не факт), но уж точно не будет такого, чтобы арендодатель Пётр начал баловать Ивана ростом ивановых доходов. И дело тут не в жадности Петра (хотя и в ней тоже, конечно, но не в первую очередь). Главное – в том, что давая Ивану поднять голову и встать с колен, Пётр подрывает собственное будущее и счастье, привилегии своей семьи.
Допустим, он из гуманизьму сделал квартплату для Ивана «по-божески». Следствие: Иван больше стал оставлять себе, и стал копить на собственный дом. А мы знаем, что покупка собственного дома Иваном станет для Петра и его семьи экономической катастрофой. Если арендаторы все станут домовладельцы, то на что же жить арендодателям?! Иван не имеет способа начать жить лучше в обход социализма. Не потому, что мы вредничаем, а потому что это объективно так. Если Ивану предпишет снизить грабительские платежи государство – то это будет государственный социализм. И, отметим, само собой, насилие над Петром со стороны государства, принуждение Петра к нежеланным действиям – за что Петр непременно отплатит проклятиями пролетарскому государству в мемуарах (как минимум). Если Иван сам начнет требовать, чтобы к нему перестали относиться, как к последней скотине, и выжимать его досуха, как последний лимон – это «классовая борьба» и опять-таки разновидность борьбы за социализм. Разумеется, Петр не хочет ни законов, защищающих Ивана даже в минимальной степени (они сделают Ивана менее чувствительным к шантажу и вымогательству), ни профсоюзов, которые выставляют Петру требования Ивана. Скажем больше: когда Петр совсем уж окрепнет – ему неприятна даже и церковь, которая не требует, а лишь умоляет, нудит, заводит в рекомендательном смысле разговоры в пользу бедных. Петр справедливо полагает, что когда таких разговоров (с виду пустой болтовни) слишком много, и им придается важное значение – рано или поздно кто-нибудь примет церковное учение о добре и милосердии за чистую монету и попытается реализовать на практике, «чему учили». Потому мы видим, что сегодня глобальный «Петр» демонтирует не только трудовые кодексы и профсоюзное движение, но даже и наименее (хотя это с какой стороны смотреть) опасную для него, с виду безобидную «болтушку о доброте» — церковь. Общую суть капитализма, которую мы объяснили на простом примере с арендатором дома и арендодателем, можно выразить одной фразой: — Это система, в которой счастье одних семей напрямую увязано с несчастьем других, соседних. Если тем, кому плохо, сделать лучше – тогда тем, кому было хорошо – станет хуже. Возьмем чистый пример без грубого «грабежа награбленного»: Прилетели марсиане в тарелке с борщом, и стали делать обездоленному лучше за счет своих ресурсов. С другой планеты! В этом случае речи и писку не идет о том, чтобы хоть как-то затронуть куркулей! От слова «ващще»! У куркулей марсиане не отобрали ни копейки… Однако положение куркулей все же станет катастрофическим, а почему? Марсиане из марсианских материалов построили обездоленному дом. Типа, имеем право, на свои гуляем, ваших денег не трогаем! Это означает, что у паразита, кормившегося с аренды жилья – экономическая катастрофа.
Марсиане, с помощью марсианских клизм, вылечили обездоленного даром. Чем они обидели платную клинику, они же ни копейки у нее не забрали? Но вы же понимаете, что бесплатные марсианские клизмы лишат врачей-упырей, наживающихся на больных, их клиентуры! Марсиане открыли рабочие места с оплатой в 10 раз выше, чем на земных заводах. Получается: фабриканты-земляне либо вынуждены в 10 раз повышать зарплату на своих заводах, либо остаться без рабочих. Ибо за прежние гроши к ним никто не захочет пойти. Катастрофа наступит даже в чисто моральном отношении. Раньше упырь был «Отцом города», ему все кланялись в три погибели, он привык к уважению от обездоленных, смертельно зависимых от его прихотей людей. А теперь эти люди (вот ведь проклятые марсиане!) оперились – и плевать хотят на Отца Города! Мало того, что уважения не выказывают – начали еще, пользуясь своей экономической независимостью, за прошлые обиды ему предъявлять… Итог: капитализм не может расселить бездомных не потому, что он не может расселить бездомных; а потому что, расселив бездомных, он перестанет быть капитализмом. Капитализм не может накормить голодных не потому, что не может накормить голодных, а потому что накормив голодных, он перестанет быть капитализмом. Это система, в которой счастье людей намертво связано с тем количеством несчастий, которые они произведут для других людей. Снижая уровень несчастий неимущих – частный собственник подрывает собственный базис, собственную основу. Потому, если цивилизация по самой сути своей борется за то, чтобы положение человека УЛУЧШИТЬ, то основанный на частной собственности и угнетении капитализм ведет борьбу обратную: чтобы, где будет возможно, положение человека УХУДШИТЬ. Чтобы платить поменьше, уволить побольше, «пережитки» социальных гарантий и прав срезать, пенсии ликвидировать, отпуска сократить до минимума, а рабочий день раздвинуть до максимума, и т.п. Потому что из производства несчастий капитализм делает счастье своим фаворитам, любимчикам и привилегированным особам. А кто же не хочет сделать счастливее и богаче своих родных и близких, друзей и однокашников?!» (Вазген Авагян, экономист, команда ЭиМ). Другими словами, Работодатели при капитализме так плохо относятся к своим наемным работникам не потому, что они – «плохие люди», а потому, что это обстоятельство вытекает из самого определения капитализма: «Капитализм — это социально-экономическая система производства и распределения товаров и услуг, основанная на принципах частной собственности, юридического равенства участников, свободного рынка и конкуренции, как главных механизмов распределения ресурсов и координации экономической деятельности. Главная цель участника рынка — получение прибыли, то есть увеличение капитала». И изменить эту цель не по силам ни одному коллективному сознанию внутри человечества. Можно лишь подкорректировать ее с помощью соответствующих государственных законов. И сделать это могут лишь «СОЦИАЛЬНЫЕ АВТОРИТАРНЫЕ ГОСУДАРСТВА» или СОЦИАЛЬНЫЕ ДИКТАТУРЫ. И на сегодняшний день, ближе всего подобралась к созданию такого государства именно Россия.
И немалую роль в этом сыграл как раз Советский социализм, который «высветил» для русских людей не только все плюсы подобного государственного образования, но и его очевидные минусы. Ну а самым ГЛАВНЫМ МИНУСОМ Советского социализма являлся КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ДОГМАТИЗМ (марксизм-ленинизм), который пронизывал СССР от самого верха и до самого низа. Последним Российским коммунистическим правителем, который еще пытался подкорректировать общепризнанные догмы, был Иосиф Сталин, после смерти которого, все попытки, сделать это, были полностью прекращены. И возобновились они лишь после прихода к власти Горбачева, который (по своей, то ли тупости, то ли гениальности) не столько занимался «улучшением социализма», сколько уничтожал его, «прямо на корню». И прекрасно справился с этой задачей. В любом случае, автор этого сайта является приверженцем известной всем теории: «Все что ни делается, делается к лучшему». А потому, он «ровно дышит», как по отношению к Советскому социализму, так и к нынешнему Российскому капитализму. Ибо общее направление развития России выбрано коллективным сознанием ее народа верно – к социальной диктатуре, а далее к «государственному коммунизму». Этого не понимают лишь наши «отечественные демократы — дегенераты». И вот, как об этом пишет Николай Выхин — «ПРОБЛЕМА КУРИЦЫ И ЯЙЦА»: БУРЖУАЗНАЯ ДЕМОКРАТИЯ И ФАШИЗМ». «Наши отечественные дегенераты, вкупе с зарубежными людоедами, пуская слюни, предвкушают «майдан в Москве». Утешает только одно: они этого чают много лет, но покамест не срослось у них. Глядишь, и дальше не срастется. Говорить с либеральными дегенератами связно и логически невозможно. Но, как отмечают некоторые наркологи – «психопаты – самые счастливые люди на Земле». Знаете, почему? У них, чего бы они не пожелали – тут же и возникает. Правда, только у них в голове – но они же об этом не знают… Между тем, все, кто не зомби, и умеет сложить дважды два – поняли, что украинский фашизм убил идею демократии, а западное отношение к украинскому проекту – произвело ей контрольный выстрел в голову. Если весь Запад безоговорочно называет фашистскую Украину «демократией» — значит, (включаем связное мышление), в понимании Запада демократия есть террор против любых несогласных и геноцид целых народов. Не Бог весть какое открытие или новость, но ведь об этом нужно говорить – чтобы дошло, если возможно, и до самых тупых! Украинский фашизм даже и на чужой территории физически устраняет системой терактов всех, кто не нравится главарям нацистской верхушки, включая философов, писателей, журналистов, общественных деятелей, учёных и т.п. Всякий, обладающий связным мышлением, понимает, что это прямой путь к альтернативной и многопартийной демократии, не так ли?!
Ведь именно так она и устроена, демократия-то: кто не понравился начальству речью или текстом – взяли и убили. Даже и в другой стране. Не говоря уж о собственной. В итоге и рождается «свобода на грани фантастики»! Ибо самые свободные люди – мертвецы. Они ни в чем не нуждаются, и их голосований можно не опасаться никакой власти… Согласно официальной легенде – жители Крыма или Донбасса находятся под оккупацией злобной тоталитарной «Рашки», и для Украины они – свои, они страдающие от оккупации сограждане, которых демократическая Украина пытается вырвать из-под ига оккупантов. Чтобы – что?! Дать им демократию! Право выбора! Эту официальную легенду Западу пришлось просто забыть, табуировать ее оглашение – потому что поддерживать ее больше нет никакой возможности даже в самом лживом СМИ. Каждый день украинский фашизм делает что-нибудь такое, чтобы повысить свою электоральную популярность среди населения Крыма или Донецка на грядущих (дегенераты верят!) свободных и многопартийных, честных выборах. То воду перекроет (что по документам ООН акт геноцида), то бомбу кинет в «своих страдающих соплеменников» — чтобы меньше страдали под «оккупацией», то логистику разрушит. Вы же понимаете, что это этапы будущей избирательной компании «светлоликой демократии»?! Нужно же каждый день делать что-нибудь хорошее для своих избирателей, чтобы, когда наступят условия для «свободных выборов» — они добровольно и осознанно проголосовали за тебя! Вон сколько ты для них сделал: и воду им перекрывал, и электричество отключал, и бомбил, и поджигал, и пути сообщения прерывал, и курортный сезон срывал… Ну как же не выбрать светлое будущее с таким любящим свой народ руководством?! Украинский фашизм полагает (а Запад в целом полностью одобряет и поддерживает) – что высшая форма демократии – это высшая стадия НЕНАВИСТИ к населению своей страны. Когда эта ненависть доходит до высшего накала, когда убили не только всех несогласных, но и множество случайных людей, «для профилактики», в рамках массового неразборчивого террора – тут-то и начинается «демократическая жизнь» в «счастливой и свободной стране европейского выбора»! Ведь ясно же, что этот тип власти, который убивает всех без разбору и сомнений, даже еще не закрепившись, когда окрепнет и стабилизируется – всех обеспечит и правом голоса, и свободой слова, и возможностью повлиять на события методом бросания бумажек в урны! Это же так свойственно для власти, выстроившей себя на системном терроре – бояться брошенных в урну бумажек! Она же немедленно сменится, и уйдет, даже чаю не выпив на дорожку – если разонравится своим избирателям! Вообразите, что против террористов, заляпанных кровью до макушки – вдруг проголосует большинство избирателей?! Все, карачун им, Церетелям! Они соберут свои манатки и покинут здания правительственного квартала…
Всякий нормальный человек, обладающий хотя бы минимальной логикой, связным мышлением, понимает, что ЭТО – приходит с расчетом навсегда. Оно, если закрепится, уже никакому удалению не подлежит, никакими преступлениями отставлено быть не может. И теперь, понимая, что Запад похоронил демократию, да еще и потоптал ее могилку, что майданы – путь к фашизму гнуснейших форм, и больше ни к чему – рассмотрим историософию процесса, те рамочные основы, в которых история фашизма и антифашизма делается… С точки зрения теории цивилизации, «фашизм» — это наиболее зоологическая, наиболее архаичная, пришедшая из животного мира и потому несовместимая с цивилизацией форма организации власти – уже не в обществе, а в зоологической стае. Фашизм – самое древнее, что знает человечество, потому что он пришел из каменного века, от каннибалов, в этой древности его могучая дремучесть. Суть очень проста: все претенденты на доминирование (слово «власть» тут неуместно, оно восходит к «ладу», «гармонии») дерутся между собой без правил и рефери. Драка выявляет наиболее сильного, жестокого, амбициозного и наиболее склонного к террору из всех претендентов. Он становится вождем (фюрером) и основанием его власти является голый террор. Вождь только до той поры вождь, когда он страшен. У системы есть дарвиновский механизм самоподдержания и автоматического обновления: если находится кто-то более страшный, более склонный к террору и более искусный в насилии, то он устраняет предыдущего вождя и сам становится вождем. До следующих «перевыборов» — пока не явится кто-то, кто убьет уже его самого. Это одна из самых известных идей этнографа и антрополога Джеймса Джорджа Фрэзера, который описывал наиболее архаические общества (в своей главной работе «Золотая ветвь»). Фрэзер начинает свой фундаментальный труд с описания древнего обычая, существовавшего в священной роще богини Дианы близ города Ариция (недалеко от Рима). Закон святилища: Жрецом этого святилища мог стать только тот, кто убил своего предшественника. Сам жрец, носивший титул «Царя леса», был обречен на постоянную бдительность, днем и ночью обходя дерево с обнаженным мечом и ожидая нападения более сильного соперника. Для самого Фрэзера этот мрачный обычай был не просто диковинным ритуалом, а ключом к пониманию целого пласта древних верований. Архаичное общество стремилось предотвратить дряхлость власти. Чтобы власть не ослабела вместе с физическим старением вождя, его необходимо было убить, пока он еще в силе, и передать эту силу новому, более мощному носителю. В более широком смысле идея Фрэзера используется для объяснения биологической природы доминирования: правитель получает власть через убийство предшественников, и удерживает до тех пор, пока его самого не постигнет та же участь.
Зоологической системе власти голой силы цивилизация противопоставляет уже свой, новый, сугубо-человеческий, вступающий в конфликт с биосферой, культ власти Разума. Чтобы это объяснить, посмотрим на котиков! Вот скажите, у какого кота больше шансов выжить в дикой природе, в лесу? Очевидно же, что у самого свирепого! Чем кот злее – тем больше у него шансов в диком лесу. А у какого кота больше шансов выжить в человеческом доме? У прямой противоположности злобного кота – у ласкового мурлыки! Все те качества, которые помогали дикому коту в лесу – в человеческом доме приведут к его устранению, удалению. Если кот все время нападает, кусает, царапается, представляет угрозу для детей своей агрессивностью – от него предпочтут избавится. Наоборот, чем ласковее и безобиднее кот, тем охотнее его держат в доме и кормят! Так вот, в цивилизации, во время «великого перелома» от зоологии к культуре, происходит примерно то же самое. Дикой природе нужно от особи только одно: максимальная сила и агрессивность, умение побеждать в кровавых схватках с себе подобными, в рамках борьбы за существование и жизненное пространство. Отсюда главный принцип фашизма: «кто кого убил – тот всем имуществом убитого и завладевает». Но цивилизации, в силу ее особенностей – нужны конструктора, знайки, может быть, физически слабые, очкарики, но умеющие вести расчеты, слагать слова красиво и т.п. Потому развитая цивилизация не только защищает слабых интеллектуалов от физически-сильных примитивных гоминид, но и ставит их выше таких гоминид. Парадоксальным для биосферы образом она ставит Сократа выше Гориллы. На что биосфера (без слов, а иногда даже и со словами, наблатыкалась в плену у цивилизации) объясняет: если свести Сократа и Гориллу в непосредственном состязании, в одной клетки, то знания Сократа ему не помогут, а Горилла точно его придушит. Имея же дубину – проломит ему череп, и нет никакого вашего Сократа, только мозги по полу разбрызганы! Потребность цивилизации в конструкторах выдвигает на первый план конструкторские качества человека – а его силу и агрессию отодвигает, как минимум, на второй план. Зверство в строительстве сложных конструкций не помощник, сами понимаете! Вот у вас есть свирепая тварь, которая всех убила, кто рядом находился: а сможет ли она возвести пирамиду или колоннаду? Даже если захочет – а она, как вы понимаете, не захочет, у свирепой твари другие интересы…
Допустим, мы с вами цивилизованные люди, и выбираем ВЛАСТЬ РАЗУМА. Нам не нравится жить в обществе, где все решается грубым террором. Кроме того, нам нужны администраторы-умники, умелые в конструктивных делах, чтобы они нам изготовили много молока, хлеба, жилищ, прочих благ по сложным технологиям. Итак, мы сделали выбор. Но тут встает другой вопрос: а кто нас спрашивает, чего мы хотим?! Власть Разума не может обойтись без террора, который, однако (и тут главная сложность!) – должен быть контролируем разумом, управляемым разумом. Почему это крайне сложно? Потому что «слабых никто не спрашивает, а сильных никто не контролирует». Если получается их контролировать, то они уже слабые (относительно контролеров) – и см. пункт первый, «их никто не спрашивает». Как показывает тот же украинский фашизм (ярчайшая иллюстрация чисто-зоологического доминирования) – его нисколько не интересует наше мнение ни по какому вопросу. Он не будет его спрашивать ни скопом (тезис о «нелегитимности референдумов»), ни поодиночке (теракт, убийство всякого инакомыслящего). Украинский фашизм практикует (и с садистским наслаждением, с оргазмом) как массовый террор, так и индивидуальный, по списку имен. Всякая попытка диалога (а они, как вы помните, предпринимались неоднократно) – упирается в полную глухоту фашистского режима. Он слышит и понимает только себя. Он абсолютно глух к любой системе аргументации, доказательного мышления, логике. И абсолютно (теперь уже абсолютно) не нуждается ни в какой системе формальной легитимации. То есть раньше он симулировал выборы, а теперь их просто отменил. Ибо «нехера»! Вообще позиция Запада с его майданами такова: или ты выполняешь ультиматум беспрекословно, или тебя уничтожают. Конечно, сложные созидательные компетенции, сложные профессиональные навыки, интеллектуальная среда – невозможны без культуры доказательного мышления, в обстановке, когда террор становится не только главным, но и единственным «аргументом правоты». Но в продвигаемом Западом зоологизме никакие сложные навыки и не нужны (или, скажем мягче, нужны рабам, которые работают в зиндане у хозяев). Тут главное и единственное дело – звериный захват и звериное удержание власти ГЛОБАЛИСТАМИ… Культ свободы – при всей очевидной зоологической лакомости свободы для любого биологического существа (и меня, и вас, не будем ломаться) – это могильщик цивилизации. Никто, разумеется, сидеть на цепи не любит, никто подчиняться не любит – но если мы прекратим искать единственное разумное решение проблемы, и примем за истину, что ЛЮБОЕ решение ОДИНАКОВО правильно (какое бы ни выбрали – свобода выбора) – то получим то, что… уже отчасти получили.
Разумные существа никогда не выберут клоуна президентом – а вот в рамках культа свободы это наиболее вероятный выбор. Культ Свободы заполняют такие прикольные «выборные», как подзабытый уже депутат Марычев, как кровавый кокаиновый клоун Зеленский, порноактриса Илона Шталлер, более известная как Чиччолина (Cicciolina) (она была избрана в итальянский парламент в 1987 году и оставалась ЗАКОНОДАТЕЛЕМ до 1992 года) и т.п. Культ Свободы – это цирковой балаган, в котором ум подменяется остроумием, формула – каламбуром, в котором властителями умов становятся эстрадные комики. Почему бы и нет, если все решения любой проблемы – признаны одинаково верными?! Но весь балаган культа Свободы – только переходный период к самым зоологическим формам фашизма. Потому что в ситуации, когда ВСЕМ МОЖНО ВСЕ – разумеется, выделяются самые сильные и свирепые, которые пользуются этой вседозволенностью. Они ломают об колено и забивают всех остальных. Майданные балаганы (первый был против де Голля, и лишил Францию суверенности) всегда приводят к фашизму – не потому, что это «дефект исполнителей», а потому, что иначе и быть не может: 1) Всем дали право на все. 2) Интересы пересеклись, оказались противоположными. 3) Далее уже силой решается, кто сможет воспользоваться своим правом на все, а кто нет. Тут нужно добавить, что у «демократии», в том виде, в каком Запад ее презентовал – очевидны свойства химеры, небывальщины. У нее нет экономического базиса (потому что частные собственники преследуют частные интересы, а интересы общества могут опираться только на общественную собственность). У нее нет никакого целеполагания (куда идти, что в итоге нужно получить). У ее процедур нет независимой контрольной инстанции – то есть выборы проводят и голоса считают те, кого на этих же выборах и выбирают. Это как если бы обвиняемого назначили бы и судьей, и прокурором на судебном процессе! Химера демократии не понимает непреодолимого в материальной сфере антагонизма экономических интересов между людьми. Марксизм (хоть и в извращенной, «классовой» форме) их понимал и выражал, за что ему респект и уважуха. Марксизм доказывал, что разные люди экономически заинтересованы в диаметрально-противоположных решениях, и если они сообща будут принимать решение, то или передерутся насмерть, или это будет чистой фикцией, пустым обрядом – как европейские выборы. Мы говорим о древности фашизма, имея в виду систему, в которой удар камнем по голове главный аргумент. Но не намного моложе такой системы и родоплеменная демократия, тусовки соплеменников у костра, где они орали, гомонили, выбирали, голосовали, и т.п. Так что фашизм и буржуазная демократия – как курица и яйцо. Что там раньше, что позже?! Неизвестно, да и не важно…» (Николай Выхин, команда ЭиМ).
Автор сайта разделяет взгляды Выхина, представленные в этой статье. Однако он не совсем согласен с используемой в ней терминологией. Так, например, Выхин использует термин «ВЛАСТЬ РАЗУМА» в качестве самой высшей власти в человеческом сознании. Но это не совсем так. Власть разума и власть подсознания в иерархическом порядке сознания стоят именно так, как это указал Выхин (разум может отменить приказ подсознания, но никак не наоборот), однако 80% всех действий человек совершает по приказу подсознания, а не разума. В соответствие же с авторской картиной мира высшей властью в сознании является Вера («матрицы Веры» разума и подсознания, в которых хранится «истинная» для данного конкретного человека информация, с которой он сравнивает любую новую, поступающую в сознание информацию). А высшей формой мышления является «синхронистическое мышление» (одновременное и синхронное мышление всеми составными частями сознания – Верой, разумом и подсознанием). Вот и выходит, что «ВЛАСТЬ одного только РАЗУМА» в авторской терминологии как раз и означает тот самый «сатанизм» и «фашизм», которые Выхин и осуждает в своей статье. Ибо разум оперирует лишь понятиями, а не целыми образами, причем, делает это в соответствие с законами логики. А логика однозначно выбирает лишь то, что выгодно для данного конкретного человека, и отбрасывает все, что ему не выгодно. Выбрать какой-то алогичный вариант действий может только подсознание человека (его эмоции), как раз потому, что оно оперирует целыми образами, и законы логики в подсознании не действуют. В любом случае, выводы из Выхинской статьи никак не пострадали от этого, и четко связали воедино «либеральную демократию» и фашизм, который, рано или поздно, но обязательно, становится «высшей формой» этой самой «либеральной демократии». А главной причиной такого превращения является именно первое слово данного словосочетание («либеральная», то есть, стремление любого человека к наивысшей степени свободы). Ведь любой фашизм как раз и является проявлением ПОЛНОЙ СВОБОДЫ для одних людей и полной несвободы – для других. Что четко прописано в диалектическом законе «единства и борьбы противоположностей». И изменить этот закон людям не по силам, зато они в состоянии чуть иначе расставить акценты в нем в СВОЕМ СОЗНАНИИ, жестко поставив на первое место «ЕДИНСТВО», а «БОРЬБУ» – на второе. Что, кстати, отражено и в самом законе, но, увы, не в человеческой психике. И постоянно поддерживать эти акценты с помощью соответствующих, обязательных для всех государственных законов. На этом и закончим.