Пару слов о переходных временах
И начнем мы эту главу со статьи Ростислав Ищенко — «Война: время вышло». «Любая война начинается не только с постановки сторонами целей и задач, но и определения времени, в течение которого эти цели и задачи должны быть достигнуты. Если время, отведенное на развертывание «Барбаросса» вышло, то дальше возникают другие цели, другие задачи, под них пишутся новые планы. В конце концов, война превращается из попытки ликвидировать СССР в попытку сохранить остатки рейха до гипотетической ссоры союзников между собой. Это относится к любой войне. В том числе, и к идущей сегодня глобальной войне разрушающейся западной системы, с одной стороны. И, контурно обозначенной, но не имеющей пока законченной формы, российско-китайской системы, с другой стороны. Начиная в 2013 году войну стартом украинского майдана, завершившегося в феврале 2014 года государственным переворотом в Киеве, США и ЕС ставили задачу, использовав конфликт вокруг Украины как повод ввести санкции. Быстро разрушить российскую экономику, вызвать в России социальные потрясения и предельно ослабив ее подчинить себе политику Кремля. После чего приступить к подавлению Китая, отрезав его с суши и с моря, как от источников сырья, так и от рынков сбыта, вызвав в нем глубочайший социально-экономический кризис, тем самым добившись сохранения и даже частичного упрочения глобальной гегемонии Запада во главе с США без горячей войны с ядерными державами. Россия, которой был катастрофически не выгоден ранний разрыв экономических отношений с Западом, но которая после явно русофобского путча на Украине в 2014 году больше не могла не реагировать на открытое силовое давление, избрала стратегию маневренной дипломатической обороны. Стараясь максимально откладывать следующие ступени эскалации, для того чтобы успеть провести военную, политическую, финансовую, и экономическую подготовку к масштабному конфликту с Западом. Контуры этого конфликта уже были очерчены. Западу была нужна война на Украине как повод для развязывания против России полномасштабной финансово-экономической кампании, на которую, собственно, и делалась главная ставка. В интересах Запада было, как можно, дольше сохранять Китай в нейтральной позиции, не допуская его союза с Россией. Все остальные проблемные для себя страны (включая Белоруссию, Иран, Кубу и Венесуэлу) Запад собирался задушить после того, как расправится с Россией и Китаем. Они для него особой опасности не представляли, без российской и/или китайской поддержки являясь беззащитными перед его комплексным давлением. В интересах России был как можно более быстрый фактический запуск антизападного союза, даже без его юридического оформления.
Украина, неоправданно считавшая себя одним из главных субъектов этого кризиса, надеялась, что начатая ею война с Россией перерастет в общеевропейский «крестовый поход» против РФ. В Киеве были уверены, что дело быстро придет к российскому майдану, после чего Украина будет принята в ЕС и НАТО и примет полноправное участие в дележе Западом российских трофеев. И не надо меня спрашивать: «Как можно быть такими идиотами?» Практика последних десятилетий свидетельствует, что можно быть и не такими, а куда более крупными идиотами. На решение всех своих проблем, включая китайскую, и наведение после этого порядка в «распоясавшемся» третьем мире, Запад отводил примерно десять лет. Все должно было завершиться к 2025 году, так как к этому времени, по оценкам западных же экспертов, Китай должен был достичь военной неуязвимости в конвенционном конфликте за счет создания флота, более мощного чем американский и достаточно мощных (хоть более слабых, чем американские) ВВС. Соответственно, на политическую часть российского кризиса отводилось время примерно до 2020 года. Военная должна была завершиться не позже 2018 года (или раньше). Поражение России на украинском направлении должно было привести к политическому кризису и российскому майдану на выборах 2018 года. За последующие полтора-два года победивший майдан должен был зачистить в России политическую альтернативу, укрепить прозападный режим и создать необходимые и достаточные условия для конфронтации с Китаем. Из расставленного на нее в 2014 году капкана Россия выскочила довольно успешно, протянув время, за счет Минских соглашений. Но после прихода в 2019 году к власти неуправляемого Зеленского стало понятно, что горячая фаза войны неизбежно наступит в ближайшем будущем. Москва попыталась сделать ее в 2022 году максимально короткой и максимально щадящей, надеясь на наличие на Украине достаточного количества достаточно влиятельных адекватных политиков. Однако украинская политическая элита, давно сделав выбор в пользу Запада, уже не могла позволить себе отказаться от войны. Даже не желавшие войны украинские политики не осмелились об этом заявить, найдя для себя более выгодным войну поддержать. Но, как мы помним, это Украина считала, что война, раз начавшись, должна будет завершиться оккупацией Москвы западными союзниками, которые поручат украинцам управление этой новой колонией Запада. Сами западные элиты вовсе не желали полного уничтожения российского потенциала. Они лишь хотели поставить его под свой контроль и использовать против Китая. В их представлении Россию надо было достаточно ослабить, чтобы она не могла конкурировать с Западом, но оставить ее достаточно сильной, чтобы иметь в ее лице мощный таран против Китая.
Поэтому украинский военный кризис должен был быть достаточно коротким, а поражение России Запад собирался нанести не в военно-политической, а в социально-экономической сфере. Время играло для Запада важную роль еще и потому, что военный кризис начался значительно позже, чем рассчитывал Запад (в 2022 году, вместо 2014 года). Пора было браться за Китай, а тут еще не разобрались с Россией. Соответственно время на украинскую прокси-войну было максимально ужато. Скомпрометировать российское руководство в глазах населения и подорвать внутреннюю стабильность, надо было срочно. Следующей вехой для российского майдана, после пропуска 2018 года, становились президентские выборы средины марта 2024 года. Отсюда и харьковское «наступление Сырского» осени 2022 года, и давление в том же году на Херсонский плацдарм, вызвавшее в конце года отвод ВС РФ с правого берега Днепра, и широко анонсированное, но безрезультатно закончившееся «летнее наступление» ВСУ 2023 года. Как только стало понятно, что сложности на фронте вызвали в российском обществе не раскол, а консолидацию, вначале Байден начал намекать на желательность «заморозки» конфликта по линии соприкосновения войск сторон, а затем Трамп выступил с инициативой посредничества. Для США время украинской кампании исчерпалось, в борьбе за сохранение гегемонии необходимо было искать другие ходы, Вашингтону понадобилось перемирие, позволяющее ему сохранить лицо. Надо сказать, что Москва в свое время также не рассчитывала на затяжную кампанию на Украине. Россию не могло не беспокоить усиление военной активности части держав ЕС и Великобритании на ее северо-восточных рубежах, ее также устраивало прекращение украинского конфликта на приемлемых для нее условиях. Теоретически Москва и Вашингтон могли прийти к временному компромиссу по Украине. США считали, что частью украинских территорий все равно придется пожертвовать, а Россия желала получить все регионы, уже включенные в ее состав, включая те их части, которые не находились под контролем ВС РФ. Компромисс находился в плоскости согласия американцев на отвод ВСУ с конституционных территорий РФ в Запорожской, Донецкой и Херсонской областях. И в ответном согласии Москвы не настаивать на юридическом оформлении отказа Киева от этих территорий сразу. Формат соглашения, который можно было согласовать, выглядел следующим образом: 1. Отвод ВСУ с конституционных территорий России. 2. Прекращение огня. 3. Бессмысленные ввиду своей бесперспективности переговоры о юридическом оформлении перехода территорий, сокращении ВСУ и т.д. 4. Очередное обострение военного кризиса, которое случится тогда, когда одна из сторон решит, что оно ей выгодно.
Россию и США этот формат перемирия устраивал, так как позволял им вывести ресурсы с тупиковой площадки и более эффективно использовать их на других направлениях борьбы. Украину, которая не получала ничего из того, на что рассчитывала, начиная войну, а также ЕС, который потерпел от поддержки Украины огромный ущерб и ничего не получил взамен, такой формат не устраивал абсолютно. США попытались добиться перемирия, в качестве признанного лидера Запада, оказывая давление на своих европейских союзников и на Киев. Оказалось, что их изрядно сдувшегося авторитета уже недостаточно для принуждения Европы и Украины к миру, который США считают для себя невыгодным. Тем не менее, у Москвы и Вашингтона остался общий интерес – скорейшее завершение украинского военного кризиса, пока ЕС и Киев не успели спровоцировать масштабную российско-европейскую войну, в надежде, что она поспособствует смене власти в США, а у новой американской власти будут другие внешнеполитические приоритеты, более соответствующие политике ЕС. В принципе Европа постепенно становится главным американским антагонистом, отказываясь поддерживать США в антииранской кампании, не разделяя планы Трампа начать давление на Китай не победив Россию, а просто уйдя с российского направления и сделав вид, что ни в какой конфронтации США здесь не участвовали, резко критикуя главного союзника США на Ближнем Востоке – Израиль. В этих условиях Россия и США оказываются в ситуации совпадения интересов на украинско-европейском направлении настолько, что их действия, не будучи согласованы, тем не менее достаточно удачно коррелируют друг с другом. США, устами госсекретаря Рубио заявляют о том, что разочаровались в возможности добиться конструктива на переговорах по украинскому урегулированию, и намерены прекратить выполнять посреднические функции. Некоторые считают, что Вашингтон лукавит и никогда не бросит Украину. Но он ее уже бросил. Время, выделенное на украинскую войну, вышло. США теперь пишут другие планы по противостоянию России и Китаю. Украине же Вашингтон прекратил предоставление не только дипломатической, политической, финансовой и экономической поддержки, но и серьезно сократил военную помощь, даже за деньги ЕС. Если совсем недавно главную разведывательную функцию в интересах Украины у российских границ выполняли самолеты и беспилотники США, то теперь их все чаще заменяют европейские. Даже в Черном море летают шведские самолеты-разведчики.
Американцы, наверное, хотели бы и на украинском направлении остаться, и на других направлениях давить, но сил не хватает, а с точки зрения внутриполитических интересов Трампа и трампистов иранское и китайское направления сейчас важнее российского. В конце концов, пусть ЕС сам Россией занимается. Но и для России время украинской войны давно вышло. Москве также совсем не улыбается дождаться перерастания регулярных провокаций в большую европейскую войну. Поэтому Европе все более убедительно и близко показывают ядерный потенциал России во всех подробностях. Причем не просто показывают, а размещают его так, что в случае серьезного конфликта ядерный удар по Европе становится неизбежным. В Белоруссии, практически на лини фронта, разместили и предназначенный для Франции, Германии и Британии комплекс средней дальности «Орешник» и предназначенные для Польши и Прибалтики «Искандеры», на днях получившие из России специальные боевые части. Боле того, последний ответ России на украинскую провокацию, в результате которого по Киеву прилетело как никогда много ракет хороших и разных (по сути, все типы носителей, кроме межконтинентальных) является свидетельством перехода войны в новую фазу: От убеждения, что мир лучше, к уничтожению тех, кто ничего не понял. Именно к уничтожению, потому что вряд ли кто-то надеется но то, что Зеленский и его банда внемлют голосу разума и прекратят провокации. Нет, они их усилят. Они мечтают о разрушительных ударах России по Киеву с большим количеством жертв. Стерненко (который стал авторитетным нацистом, когда Зеленский еще считался на Украине клоуном сомнительной политической ориентации) прямо сейчас буквально выпрашивает у России ядерный удар по украинской столице. Может быть, и допросится. Но ядерный или не ядерный, а учитывая, что киевские власти будут и дальше идти по пути провокаций, новые удары последуют. А так как население быстро привыкает ко всему хорошему, и скоро граждане России будут спрашивать, почему по Киеву вновь ударили так же, как прошлый раз, а не в разы сильнее, то и сила ударов будет расти. А с ней будут расти и разрушения. Когда боевые действия начинались в 2022 году, ВС РФ старались в принципе не допускать разрушений в гражданском секторе. Сейчас стертые с лица земли в результате штурмов населенные пункты никого уже не удивляют. У войны свои законы и она умеет их продиктовать.
Почин положен. По Киеву прилетело все, что могло прилететь. Дальше будет лететь чаще и больше. Потому, что данный военный конфликт вышел за пределы отпущенного для него времени. Продлить его хотят только ЕС и Украина для того, чтобы расширить пространство войны, и, поставив человечество на грань ядерной катастрофы, добиться для себя лучших условий мира. Как свидетельствуют практика и опыт многочисленных войн (в том числе и мировых войн ХХ века) с таким подходом провокаторы могут добиться только своей ликвидации любой ценой» (Ростислав Ищенко). А вот, что по этому поводу думает Виктор Ханов – «ЕВРОПЕЙСКИЙ ТУПИК: «ЕСЛИ ВЫ БУДЕТЕ МЕШАТЬ ВАС УБИВАТЬ, ТО МЫ ВАС УБЬЕМ». А В ЧЕМ ВЫБОР-ТО?! «Ценность отказа от сопротивления прямо пропорциональная конструктивности враждебной стороны. Чем эта сторона конструктивнее – тем выше ценность прекращения борьбы с ней. Но бывает – как в случае с Европой – когда ценность мира стремится к нолю. Ибо никакой альтернативы истреблению славян (как североамериканских индейцев) Запад в принципе не имеет и не рассматривает… В те годы, когда Россия заблуждалась о целях Запада – она охотно шла на мирные соглашения с ним, причем предполагавшие огромные и односторонние для нее уступки. Но эта политика зашла в тупик: всякая уступка вызывала лишь вымогательство новой уступки, за каждым исполненным ультиматумом не следовало ничего, кроме нового ультиматума. Какой нам смысл не сопротивляться убийцам, если цель убийц – нас убить? Чего мы потеряем в ходе сопротивления? В худшем случае – жизнь, но мы ведь её и так гарантированно теряли, в случае дальнейшей уступчивости… Запад принципиально и решительно отвергает диалог об исконно-русских землях. Он настаивает, что у русских нет, и не может быть, никакой СВОЕЙ земли. Максимум, что у них может быть – это резервация, которую Запад предоставляет, Запад же и отменяет, когда захочет. «Тактика салями» заключается в том, что русские земли делятся на те, на которых русским жить запрещается, и те, на которых еще пока временно разрешено. Причем не только по аналогии с североамериканскими индейцами, но уже и по собственной судьбе русские поняли: «разрешенные резервации» временны, и для врага это дело принципа. Требования к русским Харькова и Одессы, Донецка и Крыма «перестать быть русскими» и «начать ненавидеть русских» не оставляют сомнений: ЗАВТРА такие же требования будут предъявлены жителям Пскова, Оренбурга, Омска и еще каких-нибудь русских городов. Ибо логика очевидна, неоспорима: берется колбаса, «салями», и от нее отрезают дольку за долькой. Часть колбасы съедают, часть кладут в холодильник, но только до следующего завтрака…
При этом я убежден, что Запад войны не хотел. Он хотел геноцида русских, а это и война – разные вещи. Война – это план «Б», а план «А», основной, на который делалась основная ставка – майдан и майдауны. Как все выглядело в идеальном для них сценарии? Как падение исторической России с лестницы, когда она последовательно, ступенька за ступенькой, получает травмы, несовместимые с жизнью. Дело в том, что в их сценарии «демократии» демократия не есть власть народа, права человека, правовое государство и т.п. В их сценарии вся «демократия» сводится к непротивлению государственного аппарата путчистам и пивным путчам. Госаппарат должен был превратиться в скопище толстовцев, которые смиренно выносят ключ от города всякому пьяному сброду, накаченному в ближайшей пивной на американские деньги. Формула тут такова: 1) Погром люмпен-дегенератами винных складов. 2) Толпа набухалась – и пошла к зданию правительства. 3) Толпа пришла – власть ушла. 4) Все (во всех смыслах). Они не просто так «представляют» себе демократию в рамках неоколониализма и господствующего сатанизма, они деятельно и последовательно ее такой строили. Они формировали предельно коррумпированные и безнадежно-компрадорские режимы, которые лают только на врагов хозяина, а по первой же команде хозяина «уходят», поджав хвост. Что происходит в ходе пивных путчей? Одно из двух: или власть испугалась, ушла, открыв двери иноземным ставленникам, как бы грубо и очевидно их не поставили. Или власть сопротивляется, отстреливается, и тогда признается проституированным «мировым сообществом» недемократической, тоталитарной, диктаторской. Говоря практически, это звучит так: — Власть в стране, с точки зрения Госдепа США, «законна» только в том случае, если ее… нет. — Если же она есть – то она «незаконна». В первом случае власть свергается, потому что и свергать нечего, смена караула у марионеток. Во втором случае с суверенной властью начинают подлую борьбу, в которой, как они считают – «все средства хороши». Народ, который отказался от самогеноцида – попадает под «санкции», а который избавлен от «санкций» — расплачивается за это самогеноцидом с похлопыванием по плечу: — Йа, Йа, зер гут, сам себя подожги в сарае, спички наши экономь! Все попытки переговоров с США, Европой, Израилем – упираются в одно и то же: — Мы им говорим, что не хотим умирать. — Они отвечают, что в таком случае им с нами разговаривать не о чем. Нормальный человек не будет обсуждать с другим человеком свою смерть. Но как быть, если этот другой (человек ли?) – отказывается рассматривать любые варианты его выживания?
Что мы должны сделать для «мира по их правилам»? Отдать свои территории? Но ведь это уже неоднократно делалось, и приводило лишь к одному: к новым территориальным претензиям. Это же как жадная старуха в сказке про «Золотую Рыбку»: стоит получить новое корыто, как тут же требует новую избу, а там дальше… Ну, сами помните… Наивный читатель подумает: вот какие они плохие и злые, эти люди Запада! Ни с того, ни с сего, цепляются к нам, как гопники к ботанику в подворотне! На самом деле – все сложнее и хуже. Главная проблема Запада в том, что его деньги поставлены не на экономической эквивалентности, а на терроре, насилии. Они имеют (в первую очередь доллар) не экономическую, эквивалентную, а вмененную природу. Это как если бы я, оторвав кусочек туалетной бумаги, заявил бы, что он равен цистерне нефти или масла. А как такое может быть?! А вот так: если вы не отдадите «предъявителю сего» цистерну нефти или масла – я вам очень больно по шее дам. И по другим местам. Поэтому осуществляйте обмены нефти на масло и обратно через посредничество этого клочка туалетной бумаги. До поры, до времени это даже работало. За отказ принимать пипифакс к оплате убивали, насиловали, вырезали целыми семьями, терроризировали так, что волосы дыбом встают. И потом, что ты теряешь? Ты же не просто отдал цистерну нефти в обмен на кусочек засранной бумажки! Ты же вместе с этим получил право обменять кусочек этой бумажки на цистерну масла! А тот, кто теряет масло – получает нефть. А ты – масло… Никто не внакладе, если система работает! Почему это потом сломалось? Потому что воцарение ничем не обеспеченной и бесконтрольно печатаемой бумажки на троне «самого ценного товара», «царицы всех благ» — внесло в экономическую жизнь планеты энтропию иррациональности. И чем дальше (чем больше печаталось необеспеченных бумажек) – тем больше становилось в мировом хозяйстве энтропии и сюрреализма. Вот уж воистину, ФРС США может сказать о себе: «мы рождены, чтобы Кафку сделать былью!». Давайте, чтобы вам было понятно – я объясню на простом примере. Иван растит помидоры, Степан делает мыло, а Сидор – обладает неограниченным доступом к их продукции. Вначале еще жить можно, потому что бумажки Сидора дают Степану помидоры, а Ивану мыло. Но и мыло, и помидоры – физически ограниченный ресурс. А число нолей на бумажке Сидора – в принципе ресурс неограниченный. Сидор не только очень быстро становится владельцем всех, в принципе, физически существующих помидоров и мыла. Он становится (методом кредитования) обладателем будущих, еще не существующих помидоров и мыла. Их только через два года (или пять) только произведут – а Сидор уже их хозяин, заранее. И получается, что за бумажки Сидора Иван не только отдал все помидоры, но еще и остался должен на много лет вперед. Урожай будущего года уже не принадлежит Ивану, он уже «куплен». И урожай третьего, четвертого года – все они уже куплены.
А у Степана то же самое происходит с мылом. У него в собственности не осталось не только ни одного натурального кусочка мыла, но даже и те, которые он когда-нибудь произведет – они уже не его. Они заранее отписаны Сидору, который все рисует и рисует нолики на своих бумажках… Надо ли объяснять, что при таком подходе придет хана и производству помидор, и производству мыла? Зачем Ивану и Степану производить чужое? У них нет никакого интереса ни в помидорах, ни в мыле. Производство и того, и другого сокращается до минимума, если нет возможности совсем закрыть. А если есть возможность закрыть – то закрывается совсем. Нет больше ни мыла, ни помидоров, а есть только игры шизофреников с бумажками и нолями на них. Один экономист описал это интересным образом: вообразите, что у жертв кораблекрушения на необитаемом острове нет ничего, кроме обломка самолетной двери и множества долларов в карманах. И вот они начинают играть: они начинают эту дверь друг другу перепродавать, с постоянно растущей ценой. Один купил у другого за 50 долларов. Второй не согласен продать дешевле 100. Третий вложил в покупку 100 – и хочет выручить с четвертого 200, и т.п. Формально мы имеем постоянно растущую капитализацию, а по сути – обломок самолетной двери и толпу шизиков, увлеченно ею по кругу торгующую… Но когда твои деньги опираются только на террор – не только, чтобы улучшить, но даже и просто чтобы сохранить уровень жизни необходимо то, чем занимается современный Запад. А именно: стратегия «муниципализации» планеты, дробление всех крупных государств и народов на множество крошечных, карликовых «Словений и Эстоний», которые не только не сопротивляются насилию США, но и в принципе, технически не могут этого сделать. Ибо так малы и слабы, так зависимы от импортных поставок, что будут удушены при малейшем желании их хозяина. Американская доктрина безопасности совершенно официально (и вот это удивительно!) провозглашает без тени стыда: наши враги – не только наши враги. Наши враги – все, кто может потенциально, пусть и через много лет, бросить нам вызов! Любое крупное государство, крупный народ – как бы лояльно ни вело себя сегодня – в перспективе может восстать. А потому лучший ход – раздробить его ЗАРАНЕЕ на множество концлагерей, желательно, враждующих друг с другом, ну, или, хотя бы «независимых». Но таких маленьких, чтобы вся их «независимость» длилась ровно до первого эмбарго! С точки зрения Запада не должно быть государств (даже сколь угодно рептильных, марионеточных) – должны быть крошечные муниципалитеты, вся роль властей в которых – уборка мусора и чистка канализации. На муниципальном уровне в принципе не может быть решения протеста глобальной повестке!
Что бы ни придумали глобалисты – крошечная Словения примет, ибо у нее другого выхода нет. А раз так – ее жителям можно навязывать любые форматы отношений, забрать у них всё, не компенсировав ничем, они и не пикнут, если жить хотят! Необходимость мирового капитализма поддерживать террористические денежные единицы и террористические «расчеты» (выстроенные на ультиматумах) – породило то, что у нас называют «русофобией». А в Китае – «чинофобией», а в Иране – «персофобией», и т.п. На самом деле, это ненависть мировой мафии ко всему крупному, без разницы, русское оно или китайское, персидское или африканское. Без разницы – объявило ли оно себя врагом или просится в союзники. Тому, кто строит свое богатство на терроре – не нужны союзники, ему нужны рабы. Современный Запад, паразит человечества, уже не строит иллюзий о росте своего уровня жизни. Он даже не строит иллюзий о сохранении потребительского спроса на уровне собственных 70-х годов. Он реалистично ставит задачу – замедлить падение уровня жизни, насколько это возможно. Факт, который уже невозможно скрывать: Запад ограбил и изнасиловал все человечество, но в итоге уровень жизни в его цитадели, в его метрополии – постоянно снижается. Это связано со многими факторами. И с безмерно выросшей энтропией в экономических цепочках поставок. И с невозможностью паразита сохранить прежний уровень знаний, технических умений и навыков (паразит не видит в них смысла). Раньше американскую мечту трактовали бодро: «каждое следующее поколение живет богаче, лучше своих отцов». Это была лестница потребительского восхождения. Современность дает нам другую американскую мечту, куда более скромную: «падать не слишком быстро, притормаживать падение». Даже самые завзятые оптимисты уже не заикаются, что современные американцы могут жить лучше самих себя в 80-е или 90-е годы! Это признано «миссией невыполнимой» и выброшено. Рассчитывать на рост экономики в условиях превращения «людей разумных» в «укропитеков», либеральных зомби, лишенных даже поверхностно представления о причинно-следственных связях – это даже для неисправимых оптимистов перебор. Укропитек, либеральный дебил, не понимающий связи между производством и потреблением (его научили, что нужно искать и клянчить доллары, а при чем тут производство?!) – обрекает экономику на деградацию во всех частях земного шара. Ибо побираться-то он побирается (на его языке это называется «завлекать инвесторов»), доллары канючит, иногда даже получает – но кормление обезьян туристами не может дать прибавочного продукта ни туристам, ни обезьянам. Вот почему замедление падения и стало реалистичным ориентиром для всех американских и европейских администраций, пребывающих герметично внутри паразитарной антицивилизации.
А коли так – то у них уже нет выбора, нападать или не нападать. Тут ведь, при таком раскладе: «или — или». Или мы сдохнем сегодня – тогда они завтра. Или мы не сдохнем – но тогда они сдохнут сегодня, прямо не отходя от кассы. То же самое касается Китая, Ирана, Африки, Латинской Америки, даже Западной Европы, которую неугомонные англоязычные каннибалы и Израиль уже начали с голодухи тоже обгладывать… Вся будущность Западной Антицивилизации, все сценарии ее футурологии – неизбежно сводятся к последовательности вымирания. Или они пропускают нас вперед – и тогда еще немного живут на пожирании нашей плоти. Или у них не получается – а тогда им жрать нечего и жить нечем станет… Их оптимистичный сценарий (его все чаще популяризирует Голливуд) – они вымирают последними. Но есть и худшие для них сценарии: человечество нашло в себе мозги и силы избавиться от паразита, и оно живет – а они ускоренно вымирают… Не желая такого для себя «апокалипсиса» — они тащат к нам хаос «хоть тушкой, хоть чучелком». Не получается «раскачать» изнутри – кидают ракеты по детям, чтобы расшатать снаружи. А когда их просят не кидаться ракетами, хотя бы в детские сады не метать бомбы – выставляют условие: «тогда дайте нам вас беспрепятственно изнутри шатать, дайте нам привести к власти нового Ельцина». Тогда мы ракеты кидать сверху не будем, мы вас по-другому замочим, ельцинскими методами… И самое страшное: для них никакой альтернативы такого подсовывания геноцида в разных упаковках – нет…» (Виктор Ханов, команда ЭиМ). Как видите, оба автора (и оба – патриоты) пришли к одному и тому же выводу, что современный мир, а вместе с ним и Россия, «катится куда-то не туда». И все, что ни делают нынешние мировые властные элиты, они делают «из рук вон плохо» и НАПЕРЕКОСЯК. И как ни удивительно, но их вывод ВЕРЕН, причем, на все сто процентов. При этом у читателей, в том числе, и у автора этого сайта, складывается впечатление, что «весь мир сошел с ума», и это психическое заболевание оказалось заразнее, чем COVID-19. Из чего автор делает заключение: «Большинство людей на Земле, в том числе, и внутри власти, просто не знают, что им делать в сложившейся ситуации», чтобы выйти из этого «косяка». Что свидетельствует только об одном – мы с Вами, уважаемый читатель, живем в «эпоху перемен», и эта эпоха (в китайских традициях) много хуже русского «конца света». Кстати, фраза «чтоб вам жить в эпоху перемен» не является широко известным устойчивым выражением или древним китайским проклятием. Ее происхождение не связано с Конфуцием, как часто ошибочно полагают. Эта фраза возникла в середине 1930-х годов в Англии (англ. May you live in interesting times — «да проживешь в интересные времена»). При этом в Китае существовала похожая по смыслу поговорка: «Лучше быть собакой в спокойное время, чем человеком во время хаоса» (она была записана в 1627 году китайским писателем Фэном Мэнлуном в книге «Слово бессмертное, мир пробуждающее»). И эта пословица лучше других описывает то обстоятельство, что любые «переходные времена» сказываются отрицательно, прежде всего, на людях. И связано это с тем, что старые привычные «способы решения проблем» в новой ситуации уже не работают. А стало быть, нужно искать НОВЫЕ СПОСОБЫ, чем мы с Вами здесь и занимаемся.