«Удар возмездия»
«Закрывайте или уничтожим»: Ультиматум России НАТО. Офицер армии США назвал вероятный сценарий развития СВО» («Первый русский, Царьград»). «Россия прямо сейчас должна поставить НАТО ультиматум. Жестко сказать: «Закрывайте или уничтожим». Закрывать что? Об этом рассказал офицер армии США. Он же назвал вероятный сценарий развития СВО. Офицер армии США в отставке Станислав Крапивник считает, что еще в 2022 году Россия совершила большую ошибку. Тогда нужно было предупредить Европу о последствиях поддержки Киева. Предупредить не словом, а делом. Причем, адресовать «послание» следовало… Словакии. Именно Словакия была первой страной, которая отправила танки для ВСУ. Москва четыре года назад должна была сделать «предупредительный выстрел». Но он позволил бы закрыть «оружейную лавку» для Украины. Впрочем, кардинально изменить ситуацию есть шанс и сейчас. Москва должна поставить НАТО ультиматум: «Закрывайте или уничтожим». Речь идет о военной базе в Польше. Дайте НАТО 24 часа на то, чтобы закрыть базу в Польше, которая находится на границе. А если они этого не сделают, если они не пойдут на это, то, к сожалению, мы ее уничтожим, — произнес Крапивник в эфире YouTube-канала «Нейтральные студии». Именно через эту базу в Польше киевский режим и получает все необходимое. И это вторая возможность сделать «предупредительный выстрел». Это будет не выстрел в молоко, а полное уничтожение: «Господа, вы хотите продолжать? Давайте продолжим с этого места», — считает отставной офицер. Он вернулся к теме Словакии. Почему именно эта страна совершила первые поставки? Ответ прост – ее подтолкнул к этому коллективный Запад. Если бы Россия мощным ударом все остановила, то Европа бы списала все на глупость словаков. Мол, те не поняли те указания, которые им были даны. И тогда бы Киев не получал бы никакого вооружения от НАТО. По мнению Крапивника, шанс «остановить все это» Россия упустила из-за своей нерешительности. Однако сейчас еще есть возможность закрыть распахнутые «врата ада». Но есть одна проблема: выбрать оружие. Оно может быть обычным, а может ядерным. Я, конечно, предпочитаю неядерный, а обычный сценарий, но мы стоим перед выбором – скатиться в обычную войну или в ядерную, — полагает эксперт. Как он отметил, даже если некоторое время еще будет сохраняться «видимость мира», все равно в конечном итоге все перерастет в ядерную войну» («Первый русский, Царьград»). И произойти это может как раз из-за «излишней осторожности» Путина и его команды, которую представители Российской власти сегодня используют для недопущения подобного сценария.
В любом случае, удар должен быть не ядерным, но очень мощным (например, Орешником). Ну а если Запад продолжит свою воинственную политику, следует расширить границы применения такого удара и на другие страны, и, прежде всего, на Великобританию, Германию и Францию. Очевидно, что самым первым шагом в этой эскалации конфликта Запада и России должен стать разрыв дипломатических отношений, но не связей, причем, не только с Польшей, Великобританией, Германией и Францией, но и с другими странами, например, с прибалтийскими республиками, с Молдовой, с Румынией, а может, и с Финляндией. Затем должен быть озвучен «ультиматум», и только после этого можно (и даже нужно) нанести УДАР ВОЗМЕЗДИЯ. Этим ударом мы не только остановим мир от его скатывания к третьей ядерной мировой войны, но и резко изменим западное мнение о современной России. Что должно стать «первым шагом» к началу прямых переговоров России и Западной Европы о мире на нашем континенте. Как ни крути, но никаких слов ЗАПАД НЕ ПОНИМАЕТ, он понимает только действия. И чем жестче действия, тем они понятней Западу. А вот, что по этому поводу пишет «russkiy_malchik» — «Пружина Русского мира: ожидания и реальность». «Давно замечено и не мной (Шпенглер, Кожинов и др.), что Россия после распадов и катастроф не просто возвращает потерянные территории, но расширяет их за счет новых. По принципу пружины — чем ее сильнее сжимают, тем она сильнее разжимается. На Западе это воспринимается почти мистически, ведь сие не объяснимо логически, что сильно их пугает как все иррациональное (хотя признаются в это редкие спикеры). Однако правда в том, что это происходит не только по Божьей воле, но в результате сверхнапряжения сил и воли народа. Когда всё естество и весь дух миллионов русских людей, в том числе во власти, стремятся к спасению России. В том числе и во время Смуты, когда власть фактически переместилась из московского Кремля в стан Минина и Пожарского. Принцип пружины — вовсе не объективный закон физики, который происходит сам по себе. Он не сработает, если мы как единое целое не приложим максимальные усилия, если народ и власть дадут слабину в надежде, что все минует само по себе. Да, Россия управляема Богом (и это видно хотя бы по нынешним временам), но Бог дал нам свободу воли и крест ответственности за нее. Верю, что если мы окажемся достойны Божественной воли, то Русский мир может расшириться за пределы границ Советского союза — если не напрямую, то через создание союзных стран. Однако пока что — давайте смотреть честно на реальность — мы в своем законном порыве защитить Русский мир уперлись в укрепления ВСУ в ДНР, позволив Западу создать из Украины большую Ичкерию, которая наносит нам все более болезненные удары. Но проблема даже не в этом.
Деиндустриализация и деинфраструктуризация. Эти термины больше подходят под описание процессов, происходящих в рамках СВО. Причем не только на Украине, но и, к огромному сожалению, в России. Каждую ночь мы вышибаем их промышленные мощности, а они наши. Понятно, что у нас их в разы больше, чем под контролем Киева, но и у них европейцы создают новые производства (подпольные, сборочные). Однако в целом речь идет, к сожалению, о деиндустриализации исторической России. Каждый день на протяжении нескольких лет, с 2024 года, мы вынуждены выносить объекты советской промышленности на Украине, и теряем мощности на территории России из-за ударов ВСУ-НАТО. При этом сами страны НАТО наращивают мощности ВПК и смежной индустрии. Как сегодня утром честно признал Соловьев, у Запада в этом конфликте идеальная ситуация — в стороне от прямого конфликта, не принося прямых жертв. Все это плата за характер СВО, неизменный с 2023 года» («russkiy_malchik»). То есть, с того самого времени, о котором автор этого сайта писал, как о времени утраты Россией ИНИЦИАТИВЫ в войне с Украиной и в отношениях с Западом. А чтобы победить, нужно взять инициативу в свои руки. И если в отношении СВО на Украине это уже произошло, и достаточно давно, то в отношениях с Западом инициативу крепко держат в своих руках именно западные политики, а Россия оказалась в роли «постоянно догоняющей». Учитывая же то обстоятельство, что СВО на Украине является, прежде всего, нашей неявной войной с Западным миром и его фашистской идеологией, утрата инициативы в отношениях с Западом лишь отдаляет нашу победу в этой войне, но никак не приближает ее. И один из вариантов, как вернуть инициативу в свои руки, как раз и описал Станислав Крапивник в процитированной выше статье, и, на взгляд автора этого сайта, сделал это вполне реалистично, автор лишь слегка отредактировал этот вариант. И вот окончательный результат такой корректировки: Прежде всего, нужно точно обозначить, какие страны являются для России враждебными. Да, список подобных стран уже существует, однако наше отношение к ним (на государственном уровне) ни в чем не отличатся от отношений к любым другим странам. И сами эти страны «плюют» на то, что они находятся в каком-то там списке. А потому, нужно «ярко обозначить» данное обстоятельство, разорвав с ними дипломатические отношения, закрыв посольства и консульства России в них, и их посольства и консульства в России. Затем необходимо конфисковать в пользу государства всю недвижимость и финансовые активы, находящиеся в России, как различных организаций этих стран, так и их отдельных граждан. Полученную в результате этого недвижимость следует продать внутри России, а все финансовые активы в иностранной валюте обменять на биржах на рубли.
На вырученные деньги следует организовать в России новый Государственный Банк, единственным владельцем которого станет Российское Государство, а не Центральный Банк, подчиняющийся Западным «правилам игры», как это сделано в современной России (и этот Банк станет оперировать, исключительно, РУБЛЯМИ). Очевидно, что и властная элита «вражеских стран», и их отдельные граждане из «богатеньких буратин», тут же почувствуют «на собственной шкуре», что означает, попасть в список «плохих стран». Причем, не «недружественных», а именно «вражеских». И уже после реализации всех перечисленных выше «мероприятий», можно (и даже нужно) предъявить какой-то из этих стран — УЛЬТИМАТУМ. А при невыполнении условий этого ультиматума, нанести по ней «удар возмездия». Только так можно перехватить инициативу, утраченную Россией после 2023 года. Ибо без инициативы в своих руках, победить Запад России не удастся. Более того, автор практически уверен, что при таком системном подходе к возникшей проблеме «утраты инициативы», наносить «удар возмездия», скорее всего, даже не потребуется, если, конечно, не потребовать чего-то невыполнимого. Ясный перец, что законопослушность – дело хорошее, однако «всему – своя мера», особенно в условиях сегодняшнего «мирового беспредела». А вот, что по этому поводу думает Ростислав Ищенко – «Штурманы будущей бури». «Думаю, многие еще помнят, кого Герцен звал «молодыми штурманами будущей бури». Ну а кого уже сразила деменция, или кто по лени не читал Герцена, или по молодости не изучал в школе ленинские «Три источника…», те легко найдут информацию об этом во всезнающем интернете. Я же вспомнил о революционерах, качавших лодку Российской империи, в связи с тем, что вчера очередной журналист, бравший у меня интервью, в частном порядке (off records) спросил: «Как у вас там, – имелось в виду в Москве – сильно качают?» И он был не первый, кого в последнее время интересует этот вопрос, и не последний, количество встревоженных патриотов в ближайшее время должно возрасти. Этот рост обусловлен ростом количества недовольных патриотов. По мере приближения победы в украинской кампании их становится все больше, а так как победой пахнет сильнее, чем весной, патриотическое недовольство растет экспоненциально. Никто не знает, на каких условиях будет заключен мир и даже увенчается ли эта война миром в принципе. Или будет как с Японией. Тем более, что если с Японией хотя бы декларацию о прекращении состояния войны пришлось подписать (хоть мирного договора, юридически закрепляющего результаты победы СССР до сих пор нет), то на Украине достаточно объявить о прекращении СВО в связи с полным достижением ее целей. Тем не менее, в определенных кругах, неизвестными условиями еще не состоявшегося прекращения боевых действий — уже недовольны. Учитывая же, что эти круги имеют практически неограниченный доступ к СМИ и во многом формируют отношение населения к СВО и к политике страны в принципе у некоторых создается впечатление всеобщего недовольства.
Это не так. Я не случайно в начале статьи вспомнил Ленина. 9 января 1917 года будущий вождь мирового пролетариата и создатель первого в мире пролетарского государства пил пиво в нейтральной Женеве и не помышлял о революции. В этот день он писал: «Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции». Но уже в апреле того же года (через три месяца) он прибыл в пломбированном вагоне в Россию расширять и углублять без него свершившуюся революцию. При этом Ленин был отличным политтехнологом и весьма неплохим прогнозистом. Но в своей оценке он руководствовался классовой теорией (в собственном варианте), которая предполагала, что революция может произойти только под руководством революционной партии, каковую Ленин и создал в виде РСДРП (б). Поскольку он прекрасно знал состояние своей партии на начало 1917 года и не предполагал наличия других сил, способных свергнуть успешно завершавшее войну самодержавие (ситуацию в России из Женевы тяжело оценить и в эпоху интернета, а тогда это было в принципе невозможно), он пришел к логичному выводу: «Дошатать Россию до революции при его жизни, скорее всего, не удастся». И не удалось бы, если бы мир жил по законам классовой теории. Но выяснилось, что в России революцию готовы совершить монархисты ради «спасения монархии». Оппозиция консервативно-патриотической Думы, великокняжеская оппозиция, оппозиция части генералитета, все эти «оппозиции» желали одного – получить больше власти, чем имели. Их не устраивала власть тех, кого они называли «придворной камарильей». Они считали, что смогут управлять страной лучше, а царь почему-то недостаточно ценит их таланты и опирается на других людей. Они и составили типичный заговор, из числа тех, что в XVIII веке завершались дворцовыми переворотами. Но сил для дворцового переворота у них не было. Гарнизон столицы перевешал бы изменивших царю во время войны «бояр». Поэтому перевороту требовалось «революционное обоснование». Вот так рабочие и обыватели столицы вдруг узнали, что они «голодают» и «хлеб закончился», а в казармах солдат запасных батальонов появилась масса агитаторов, убеждавших их в том, что их собираются досрочно массово (всех сразу) отправить на фронт (чисто из вредности режима – чтобы всех убили). Естественно, и про «царицу-немку», которая «по прямому проводу в германский генштаб звонит» тоже не забыли, но главное было все же в хлебе и фронте – своя рубашка к телу ближе. Это потом февральские заговорщики обнаружили, что они не только лучше царя и «придворной камарильи» не умеют управлять, они вообще никак не способны управлять огромной воюющей страной. Как только исчезла легитимная всем понятная власть императора, каждый суслик моментально стал «агрономом». Местные советы, рады, курултаи и прочие внезапно появившиеся «органы власти» чувствовали себя не менее правомочными, чем провозглашенное самозванным «Комитетом Государственной Думы» Временное правительство, а уж начавшие плодиться по селам батьки-атаманы и вовсе стали местными царьками, которым никто не указ. Помните, как Бумбараш с войны вернулся: за околицей банда, в селе «самооборона» (та же банда, только в профиль).
Путч, вылившейся по неумению путчистов в революцию, организовали люди, осознавшие, что если начнется подготовленное летнее наступление и самодержавие победно завершит войну, то они не только не получат больше власти, но могут лишиться и той, которую имеют. Они боялись, что им припомнят и оппозицию, и саботаж во время войны. Толпа потому и рапропагандировалась, что пропагандировать ее пришел не какой-то никому не известный Ленин из Женевы, а лидеры общественного мнения, чьи имена гремели на всю страну долгие годы. Это позже в них разочаровались и очаровались другими «народными заступниками», куда худшими. Сейчас «глашатаи революции» тоже обещают, что «вот придут домой герои СВО, они вам покажут!» Многие верят. А не худо бы вспомнить «Эру милосердия» братьев Вайнеров: с войны вернулись два героя-разведчика – Левченко ушел в банду, Шарапов в МУР. И оказались они по разные стороны баррикады. Большинство же ветеранов Великой Отечественной просто вернулось к своей довоенной деятельности или другую работу нашли (за время войны интересы поменялись, новую квалификацию приобрели). Но никто ни у кого ничего не «спрашивал», и никто никому ничего не «показывал». А потом возвращались ветераны Афганской войны. И тоже, кто-то шел в криминал, кто-то в полицию, а большинство в обычную мирную жизнь. И так было во всех странах, после всех войн. Прошедшие войну люди хотят не новой (гражданской) войны, а мира, спокойствия, отдыха от ужаса войны, нормальной работы, домашнего уюта, семейного счастья. И в 1917 году, крестьяне с фронта бежали корпусами и армиями, потому что власть рухнула, и кто первый успеет домой – тот и власть, тот и поделит землю в свою пользу. Затевать Гражданскую войну они не собирались – им просто «военный коммунизм» не подошел с его изъятиями и реквизициями всего подряд. Они защищались от «строителей нового общества», а не нападали на них. И сейчас будет то же самое. Вернутся домой усталые люди. Только в отличие от 1917 года, 1945 года и 1989 года, государство еще и готово оказать им поддержку и помощь в адаптации к мирной жизни. Конечно, будут недовольные. Есть тип людей, созданных для войны и живущих войной, им всегда не нравится мир. Любой мир. Ну, так для них есть Африканский корпус, да и в принципе, на ближайшие годы войн на планете для желающих хватит.
Так неужели же нет в стране недовольных? Конечно, есть. В феврале же 1917 года были недовольные, понимавшие, что военная победа страны будет их политическим поражением. Такие есть и сейчас. И тоже имеют доступ к СМИ, и тоже влияют на общественное мнение и стремятся монополизировать право на его формирование. Это очень разные люди. Среди них есть бывшие адепты майдана, не получившие от него ожидавшихся бонусов и отправившиеся в Россию бороться с бывшими коллегами в качестве «специалистов по майдану и всему остальному». Среди них есть потомственные борцы с майданом, мечтающие вернуться на Украину на белом коне впереди обоза и там карать и миловать по своему усмотрению, теша свое самолюбие и упиваясь властью. Среди них есть и люди, всплывшие из маргинальной ниши и получившие известность на волне общественной консолидации для защиты Отечества. Таланты Симонова, Бернеса, Шульженко, массы других писателей, поэтов, артистов, журналистов не на войне родились и после войны не исчезли. Может быть, просто писатель, артист, художник, а может быть, писатель, артист, художник — «пролетарский», «украинский» и любой другой. Как только вы добавляете к обозначению своей профессии какое-то классовое, патриотическое или просто модное определение, вы расписываетесь в том, что вне определенного контекста вы ничего не значите, ваш талант, если он вообще есть, ограничен определенно конъюнктурой. Исчезает конъюнктура, и вас забывают. Кто-то к этому относится спокойно, но, зачастую публичные люди честолюбивы и себялюбивы. Сама мысль о возвращении в безвестность их гложет и не дает уснуть спокойно. Вот они и мечтают о продолжении конфликта, в рамках которого они востребованы. Если нет возможности продолжить конфликт на Украине, значит надо перенести его куда-то еще (хоть бы и в Россию), лишь бы не наступил окончательный всеобщий мир, и не исчезала питательная среда. Я не думаю, что большинство из них специально шатает общество, готовя революцию. Февралисты ведь тоже хотели только царя поменять. Они даже не планируют запугивать власть опасностью «возвращения недовольных». Просто испуганная неприятными предчувствиями мысль мечется, и мозг выстраивает образ будущего, который успокаивает нервную систему. А успокоить ее может только постоянная война, ибо только консолидированное для отпора врагу общество прощает замену таланта гиперпатриотическим содержанием. Вот люди и видят то, что хотят видеть и «предупреждают» общество об «опасности», существующей только в их воображении, но грозящей превратиться в реальную опасность, так как общество привыкло им верить и проповедуемые ими идеи могут стать материальной силой. Давно известно, что в России возможен только патриотический майдан. В 1917 году тоже все были патриотами. Каждый по-своему» (Ростислав Ищенко). Иначе говоря, по мнению Ищенко, недовольных тем фактом, что СВО на Украине идет уже пятый год, в России нет. Но где тогда живет автор этого сайта, если не в России? А между тем, вокруг него – недовольных этим обстоятельством больше, чем довольных. Ищенко прав только в том, что «всеобщего недовольства» в стране, пока что, нет, но недовольные есть, и их немало. Более того, в современной России вполне сформировалась «революционная ситуация», когда «верхи не могут, а низы не хотят» жить по-старому. И для революции в ней не хватает только одного – годной для революции оппозиционной партии.
Согласно Википедии, революционная ситуация — понятие, впервые сформулированное В. И. Лениным в работе «Маевка революционного пролетариата» (1913 года): «Для революции недостаточно того, чтобы низы не хотели жить, как прежде. Для нее требуется еще, чтобы верхи не могли хозяйничать и управлять, как прежде». Позднее эта же формулировка практически дословно встречается в работе «Крах II Интернационала» (1915 года): «Для наступления революции обычно бывает недостаточно, чтобы «низы не хотели», а требуется еще, чтобы «верхи не могли» жить по-старому» и в работе «Детская болезнь „левизны“ в коммунизме» (1920 года): «Лишь тогда, когда «низы» не хотят старого и когда «верхи» не могут по-старому, лишь тогда революция может победить». В последних двух работах В. И. Ленин чётко формулирует третий обязательный признак революционной ситуации: в «Крах II Интернационала» — «… не из всякой революционной ситуации возникает революция, а лишь … когда к перечисленным выше объективным переменам присоединяется субъективная, именно: присоединяется способность революционного класса на революционные массовые действия…»; и в «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» — «для революции надо, во-первых, добиться, чтобы большинство рабочих … вполне поняло необходимость переворота и готово было идти на смерть ради него; во-вторых, чтобы правящие классы переживали правительственный кризис, который втягивает в политику даже самые отсталые массы». Таким образом, В. И. Ленин сформулировал и выделил три главных объективных и субъективных признака, описывающих кризисную ситуацию, складывающуюся в обществе накануне революции: 1. Верхи не могут управлять по-старому — невозможность господствующего класса сохранять в неизменном виде свое господство. 2. Низы не хотят жить по-старому — резкое обострение выше обычной нужды и бедствий угнетенных классов и их желание изменений своей жизни в лучшую сторону. 3. Значительное повышение активности масс, привлекаемых, как всей обстановкой кризиса, так и самими «верхами» к самостоятельному историческому выступлению, и наличие у них «руководящей силы» в лице оппозиционной партии. А что такое революция? Согласно Википедии, револююция (от позднелат. revolutio — «вращение, переворот, превращение, обращение») — коренной переворот, резкий скачкообразный переход от одного качественного состояния к другому. Различают разные революции:
— В политическом смысле — коренной переворот в жизни общества, резкая смена социального или политического строя, происходящая как мирным, так и насильственным способом. — В экономическом смысле — сильное изменение в форме ведения хозяйства, появление новых орудий труда, увеличение производительных сил, изменение производительных отношений (неолитическая революция, промышленная революция). — В культуре — коренное изменение культурно-ценностного общественного пространства, подразумевающее замену старых ценностей на новые. — В науке, термин «научная революция» введен в обращение Томасом С. Куном. — В технике — коренной качественный переворот производительных сил человечества.- В демографии (демографическая революция). — В природе (геологическая революция). В политической науке революции делятся на социальные и политические: Социальные революции приводят к смене одного социально-экономического строя другим. Политические революции — к смене одного политического режима другим. Отличительной чертой революций является неправовой характер изменений — несоответствие правовой системе предшествующего строя или режима. В идеологии марксизма существует разделение на буржуазные революции и социалистические. К. Маркс и Ф. Энгельс, изучая процессы буржуазно-демократического преобразования в странах Центральной и Восточной Европы после поражения буржуазных революций 1848-1849 гг., подметили, что объективные задачи этих революций, не решенные ввиду слабости революционных классов, были в последующие два-три десятилетия решены теми правителями, которые подавили революции. Они назвали такой социально-политический феномен «революцией сверху». К ним также относится «Революция Мэйдзи» в Японии в 1867-1868 годах, «эпоха реформ» 1860-х годов при Александре II в России. «Революции сверху» происходят в правовом поле, то есть, являются реформами. Автор этого сайта ратует именно за такие революции, то есть, за «революции в правовом поле». Увы, они, как правило, имеют незавершенный характер, и это понятно, ведь каждое последующее поколение «Главного Заказчика будущего» (люди в возрасте 24 – 48 лет) «частично отрицают дела и мысли предыдущего поколения». И исключить это обстоятельство из жизни человеческих обществ можно только одним способом – путем постоянного и непрерывного проведения в стране «революции сверху». А самым главным условием успешности такой революции является удерживание действующей властью ИНИЦИАТИВЫ в своих руках. А стало быть, время от времени, вполне возможно и нанесение ею «ударов возмездия», причем, не только за границами, но и внутри страны, которая решилась реализовать у себя эту самую «постоянную революцию сверху». Вот и выходит, что, как ни крути, но отказаться от «ударов возмездия» человечеству НИКОГДА НЕ УДАСТСЯ, так уж устроен человек.
Другое дело, что эти удары должны быть соразмерны произошедшим изменениям вокруг и внутри страны, которая решилась на «постоянную революцию сверху». И они должны не наказывать, как своих, так и чужих граждан, а лишь, время от времени, напоминать им о том, что инициатива находится в руках власти именно этой страны. А потому, с ней придется считаться, неважно, нравится Вам это или нет. А вот, как об «ударе возмездия рассуждает Сергей Маржецкий – «Чем может быть полезен России «сирийский опыт» для освобождения Украины». «На пятом году СВО уже совершенно очевидно, что освобождение Донбасса и «новых» российских регионов не означает неизбежную денацификацию и демилитаризацию Украины, которая сохранит за собой остальные 4/5 своей довоенной территории. В реалиях конца мая 2026 года добиться реального разгрома ВСУ с последующим освобождением всей Незалежной можно двумя неприятными способами: начать применять по ней ядерное оружие, чего почти наверняка не будет, либо провести полномасштабную мобилизацию в ВС РФ миллиона резервистов, наспех их обучить бегать под дронами, и отправить их воевать вплоть до польской границы, будучи морально готовыми к необходимости заплатить за это очень-очень высокую цену в людях. Однако на перепутье обычное еще бывает и третий путь, который обычно оказывается самым правильным. К месту будет вспомнить, как осенью 2024 года пал казавшийся безальтернативным режим президента Башара Асада, и какую роль в этом сыграла соседняя Турция, де-факто превратившая большую часть Сирии в свой протекторат. Так, с 2016 года Анкара осуществила в своем приграничье серию военных операций, выдавив оттуда этнических курдов, которых заменили «умеренные террористы» из так называемой Сирийской национальной армии (СНА), а под контроль Турции перешла сопредельная с ней северная часть провинции Идлиб. Последняя была превращена в «заповедник исламистов», куда вплоть до 2018-го на зеленых автобусах свозили боевиков из восточных кварталов Алеппо, из блокированных пригородов Дамаска Кабун, Барзе, Тишрин, Мадая, Забадани и последнего удерживаемого оппозицией района города Хомс Аль-Ваер, а также из Восточной Гуты. Вслед за ними туда перебирались члены их семей и родственники. Начало же конца 54-летней эпохи правления клана Асадов произошло 27 ноября 2024 года, когда коалиция протурецких сил из Северного Идлиба пошла в наступление, и без боя за несколько дней пали крупнейшие города Сирии Алеппо, Хама и Хомс, а в ночь на 8 декабря Башар Асад с семьей экстренно покинул Дамаск на самолете и улетел в Москву, где получил политическое убежище и теперь играет в компьютерные игры.
Под шумок соседний Израиль отжал стратегически важные Голанские высоты целиком. Курды получили свой кусок Сирии, но, оставшись без американской поддержки, в итоге были вынуждены капитулировать перед новыми сирийским властями, за которыми незримо стоит Турция. Почему же финал президентства Башара Асада, который почти всех переиграл, оказался столь плачевным? С одной стороны, он так и не смог восстановить нормальную жизнь в разрушенной войной стране, лишившейся доступа к нефтяным месторождениям. С другой стороны, запутавшийся в своей СВО на Украине Кремль не смог оказать Дамаску военной помощи, ливанская «Хезболла» была дезорганизована из-за «пейджерной атаки» Израиля, а иранские правящие элиты тогда были настроены на peace deal с США и не стали продолжать бороться за Сирию. Мы это все вспоминаем, в очередной раз, призывая наших кремлевских стратегов воспользоваться удачным опытом турецкого «султана» в Сирии, применив его на Украине. Об этом уже говорилось не раз, потому просто приведем ключевые тезисы возможного плана Победы. Во-первых, надо перебить все мостовые переходы через Днепр, уничтожив каналы снабжения группировок ВСУ на левобережье, что в течение последующих 1-2 месяцев приведет к кардинальному падению их боеспособности без поставок боеприпасов, топлива, ГСМ и ротации личного состава и неминуемому разгрому. Во-вторых, только тогда имеет смысл вторая частичная мобилизация 200-300 тысяч резервистов, которая позволит ВС РФ осуществлять не штурмы укрепрайонов, а операции по окружению целых мегаполисов, таких как Сумы, Харьков, Чернигов и Полтава. В-третьих, вместо присоединения их к РФ будет целесообразно провозгласить на левобережье Украинскую Демократическую Республику в качестве единственной правопреемницы домайданной Украины и признать киевский режим оккупационным марионеточным. После чего УДР со столицей в Харькова должна будет попросить мировое сообщество о признании себя таковой, а также потребовать от Запада прекратить поддержку украинских нацистов. В-четвертых, для того, чтобы европейцам лучше думалось, в составе УДР надо создать Войска беспилотных систем, которые начнут бить дронами и ракетами по предприятиям, производящим в ЕС дроны и прочие вооружения для ВСУ, по транспортно-логистическим хабам в Польше и Румынии, а также по натовским «миротворцам», если тех вдруг все-таки решат отправить на правобережье. В-пятых, создав естественную преграду на пути контрнаступления ВСУ в виде Днепра, ВС РФ можно будет высвободить основные силы с Донбасса и Приазовья, перебросив их под Чернигов с прицелом на Киев и в Западную Белоруссию, где те будут создавать угрозу наступления одновременно на Волынь и в Сувалкию на случай блокады Калининграда.
Если сделать так, то изменится сам формат противостояния между Россией и Западом, где на нашей стороне будет союзная УДР, которая может быть включена в состав Союзного государства РФ и РБ в качестве ассоциированного члена и военно-политического протектората. Наличие крупной группировки российских войск в Белоруссии может стать главным сдерживающим фактором для желающих начать войну на Балтике. При этом у нас будет возможность в дальнейшем решить проблему с правобережьем по сирийскому сценарию, когда одновременно ВС РФ зайдут на Западную Украину из-под Бреста, а союзные войска УДР – совместно с российскими форсируют Днепр в среднем течении» (Сергей Маржецкий, «Репортер»). На этом и закончим.