Как России победить в мировой войне
И начнем мы эту главу с одноименной статьи Сергея Караганова — «Как России победить в новой мировой войне». «Ускоряющийся поток событий, накладывающихся одно на другое и отменяющих друг друга, сбивает с толку и не позволяет понять суть происходящего. Попробую дать трактовку хода истории, опираясь на свои опыт и знания, а также то, что за последние 35 лет я ни разу крупно не ошибся в оценках и прогнозах. Иногда запаздывал, но чаще опережал экспертное сообщество на несколько лет, а то и на пару десятилетий. По-полной мировая война началась еще в 1917 г., когда Советская Россия выломилась из капиталистической системы. На нас натравили сначала интервентов, затем фашистскую Германию и почти всю Европу, но последняя — проиграла. Второй раунд начался в 1950‑х, когда народы СССР ценой огромных лишений, стремясь обеспечить себе суверенитет и безопасность, создали ядерную бомбу, а потом добились паритета в ядерной сфере с США. Этим мы, сами того тогда не понимая, выбили фундамент из-под пятивекового господства Европы/Запада в идейной сфере, позволявшего грабить весь остальной мир, подавлять прежде самые передовые цивилизации. Этим фундаментом было военное превосходство, на котором и зиждилась система эксплуатации всего человечества. С середины 1950‑х Запад стал терпеть одно военное поражение за другим. Началось национальное освобождение человечества, национализация ресурсов, захваченных западными странами и их корпорациями. Мировое соотношение сил стало изменяться в сторону не-Запада. Первый раз взять реванш США попытались при Рейгане – стремительный рост военных расходов в расчете на восстановление превосходства, запуск мифа о «звездных войнах». Интервенция в микроскопическую беззащитную Гренаду, чтобы показать, что американцы все еще могут побеждать. И тут Западу повезло. Прежде всего, потому, что из‑за износа идеологического стержня и отказа от реформирования становившегося все менее эффективным народного хозяйства рухнул Советский Союз. Находившаяся в кризисе мировая капиталистическая система получила огромную инъекцию адреналина и глюкозы – множество голодных потребителей и дешевых рабочих рук. Показалось, что история повернула вспять. Началась эйфория, но продолжалась она недолго. Запад в головокружении от победы совершил несколько феерических геостратегических ошибок, а затем начала возрождаться Россия – прежде всего через военную мощь. Ближние истоки нынешней мировой войны вышли на поверхность в конце 2000-х. Уже при Обаме был провозглашен курс на America First – возрождение мощи США, начался рост военных расходов, вздыбился вал антироссийской пропаганды.
Москва постаралась, вернув Крым, остановить новую попытку реванша Запада, что вызвало у него уже просто истерику. Но мы не развили успех. Сохранялись надежды «договориться», болтались вокруг «минского процесса», не хотели видеть, как на украинской территории готовили армию и население для войны с Россией. Пошли новые волны санкций, еще во время первого срока Трампа началась экономическая война. Мы все чего-то ждали. Потом отвлек ковид, который, скорее всего, был одним из фронтов начавшейся войны, но обернулся против самого Запада. Мы затянули с ответом на попытки реванша. Когда, наконец, в 2022 г. начали, совершили несколько ошибок. Среди них – недооценка намерений Запада сокрушить Россию как причины его исторического провала, чтобы потом заняться Китаем и снова подавить освобожденное СССР – Россией Мировое большинство (Третий мир, Глобальный Юг). Недооценили готовность киевского режима к войне и степень оболваненности населения Украины. Надеялись, что там «наш народ», хотя к западу от Днепра его и было-то немного, а становилось все меньше. Еще ошибка – мы начали воевать с киевским режимом, не признавая, что главный противник и источник угрозы – коллективный Запад, особенно евроэлиты, стремившиеся отвлечь внимание от своих провалов, а в идеале – отыграться за исторические проигрыши ХХ века и главного из них – поражения подавляющего числа европейцев, пошедших против СССР под знаменами Гитлера. Главной же нашей ошибкой было недоиспользование важнейшего оружия в нашем арсенале, за которое мы заплатили недоеданием и даже голодом 1940–1950‑х, – ядерного устрашения. Мы втянулись в конфликт, названный «специальной военной операцией», по сути приняв навязываемые правила игры – войны на истощение, учитывая превосходящий экономический и демографический потенциал противника. Война приобрела окопный характер с поправкой на технологии XXI века. В 2023 и 2024 гг. мы все-таки активизировали ядерное устрашение-сдерживание, послав несколько военно-технических сигналов и модернизировав доктрину применения ядерного оружия (ЯО). Американцы, которые ни при каких обстоятельствах не собирались воевать за Европу, особенно когда речь могла пойти об эскалации на ядерный уровень (а значит, и перенос конфликта на территорию США), еще при Байдене стали выходить из прямого столкновения, продолжая жировать на войне и попутно грабя европейцев. Трамп под всхлипывания о миротворчестве продолжил линию, грея руки на войне, но избегая риска прямого столкновения с Россией. Мировая война имеет пока два главных сливающихся очага – европейский (вокруг Украины) и ближневосточный (попытка США и их младшего союзника Израиля дестабилизировать весь Ближний и Средний Восток). Затем пойдет Юг Азии. Уже подавили Венесуэлу, додавливают Кубу.
Нужна новая политика. Первое. Понять, что глубинные противоречия в существующей мировой системе хозяйствования, подрывающие саму суть человека, грозят гибелью человечества. А продолжение нашей нынешней полуполитики на Украине, грозящей истощением страны, может подорвать начавшиеся возрождаться — силу и дух России. Второе. В военно-политической области можно вести разговоры о перемирии и «духе Аляски». Но при этом понимать суть происходящего и то, что долгосрочный мир и развитие нашей страны, а также всего человечества невозможны без пресечения попытки военно-политического реванша Запада, острием которого вновь становится Европа. Чтобы не допустить этого реванша, необходимо уничтожить киевский режим, освободить нужные России с точки зрения безопасности южные и восточные земли квазигосударства «Украина». Нашим отважным бойцам и полевым командирам можно и нужно продолжать наступать. Но следует понять, что модернизированной окопной войной мировую не выиграть. Можно проиграть или, по крайней мере, загубить еще сотни тысяч наших лучших мужчин, необходимых для борьбы и побед в предстоящий, крайне опасный и трудный – даже без украинской схватки – период истории. Третье. Победоносно окончить и завершить нынешнюю схватку на Украине, а тем более не допустить ее разрастания до мировой войны на глобальный термоядерный уровень невозможно без качественного усиления политики опоры на ядерное устрашение-сдерживание. Для этого нужно прекратить болтать об «ограничении вооружений». Закрыть вопрос о новом СНВ. Хотя договоренности о совместном управлении политикой ядерного сдерживания и стратегической стабильности полезны и даже необходимы. Нужно интенсифицировать наращивание ракет и других носителей средней и стратегической дальности, чтобы удержать Запад от попыток вернуть себе превосходство. Противники должны знать, что превосходство и безнаказанность недостижимы. Ядерное оружие при оптимальном количестве и правильной доктрине применения делает неядерное превосходство невозможным, сберегает средства на вооруженные силы. Наши «Буревестники», «Орешники» и другие гиперзвуковые средства доставки должны противника в этом убедить. Нужно готовить новое поколение, чтобы американцы заранее знали о несбыточности грез о возвращении превосходства и способности навязывать свою волю силой. Ускоренное увеличение гибкости ядерных потенциалов призвано напомнить всем, что великую ядерную державу победить через гонку неядерных вооружений или конвенциональную войну невозможно. Разумеется, если мы избежим идиотизма массового наращивания ядерных вооружений, как это делали СССР и США в 1960-е.
Это было бессмысленно, дорого и опасно. Нужно просто дать знать потенциальным противникам, что гонка вооружений для них бесперспективна и даже самоубийственна. По этому поводу стоит вести диалог, по крайней мере, с американцами. В то же время, чтобы обуздать потерявший берега Вашингтон, стоит внести в доктрину применения ЯО и других видов вооружений – в случае продолжения США и Западом нынешнего курса на развязывание мировой войны – положение о реальной готовности бить по заморским активам американцев и европейцев. Даже и в дружественных странах. От этих активов им стоит избавляться. Для этого необходимо продолжать развивать гибкость нашего военного потенциала. США – Запад на порядок больше зависят от своих зарубежных активов, баз, узких мест в сфере логистики, связи, чем мы. Противник должен почувствовать свою уязвимость и знать, что мы о ней знаем. Стоит воспользоваться опытом обороны Ирана в ходе нынешней американо-израильской агрессии. Тегеран стал бить по уязвимостям противника – и тот это почувствовал и начал отступать. Изменения в доктрине и в конкретном военном строительстве в сторону готовности и способности наносить асимметричные удары усилят эффект сдерживания и будут иметь цивилизующий эффект для противника, бросающегося или готового броситься в безумные авантюры, просто потерявшего разум. Стоит изменить приоритеты целей для нанесения упреждающих ударов – сначала неядерных, потом ядерных (при крайней необходимости). Среди первых – не только центры коммуникаций, управления, но и, что важно, места скопления элит, особенно в Европе. Это лишит их чувства безнаказанности. Они должны знать, что если продолжат войну против России, или решатся на вертикальную или горизонтальную эскалацию конфликта, то по ним и по их близким, будут наноситься гибельные удары. Для усиления весомости этого фактора устрашения стоит интенсифицировать работу по созданию обычных и ядерных боеприпасов, способных проникать на большую глубину, испытать их. Очумевшая, особенно в Европе, верхушка должна знать, что ей не отсидеться в бункерах или на островах. Недавняя публикация нашим Министерством обороны списка европейских предприятий, на которых производится оружие для киевского режима, – маленький шажок в правильном направлении. Сейчас эта элита делает вид, что она нас боится. На самом деле не боится и постоянно твердит, что Россия никогда не накажет их ядерным оружием. Нужно, чтобы мы внушали им животный ужас. Может быть, тогда они попятятся, или их хозяева из «глубинных государств» выгонят их. Может быть, восстанут и общества. Усиление достоверности угрозы применения ЯО необходимо и для пробуждения этих обществ от «стратегического паразитизма» – уверенности, что войны не будет, что «все обойдется». Нужно вернуть народам, забывшим о войне и преступлениях своих стран в прошлые века, чувство самосохранения.
Понятно, что такая линия абсолютно необходима в отношении Германии. Страна, развязавшая две мировые войны, виновная в геноцидах, не имеет права на «самую сильную армию в Европе» и тем более на оружие массового уничтожения. Если она к ним потянется, немецкие бюргеры должны понимать, что их родина будет уничтожена, чтобы никогда больше с немецкой земли не исходила угроза миру. Четвертое. Чтобы сделать угрозу более достоверной, необходимо внести ряд изменений в доктрину применения ЯО. В ней нужно прописать, что в случае агрессии (или продолжения агрессии) со стороны страны или группы государств, обладающих большим, чем у нас, экономическим, демографическим и техническим потенциалом, российское военное командование не просто имеет право, а обязано применить ядерное оружие. Начав, естественно, с проведения серии ядерных испытаний (непонятно, почему мы ждем, когда их начнут американцы – опять хотим понравиться?). Затем должны последовать удары обычными боеприпасами по логистическим центрам, пунктам управления, символическим целям. Если не остановятся или начнут отвечать – должны последовать серии групповых ядерных ударов. Опора на ядерное устрашение необходима для перекрытия дороги к войне дронов. Ответ должен быть сокрушительным. Если, например, с территории Украины и соседних стран после возможных мирных договоренностей и даже капитуляции снова полетят ракеты или беспилотники, те, кто будет стоять за дроноводами, должны знать: возмездие – даже и ядерное – настигнет их. Тогда они сами начнут охотиться за вероятными провокаторами. Пятое. Помимо военно-технических мер, доктринальных изменений, для качественного увеличения достоверности нашей угрозы стоит предложить Верховному главнокомандующему незамедлительно назначить командующего на европейском театре военных действий. Этот пост должен занять боевой генерал с правом и обязанностью применить ЯО в случае необходимости. Этот человек (и его штаб, где должны превалировать воевавшие офицеры) должен быть готов к такому развитию событий. Шестое. Давно пора отказаться от идиотического, выгодного, прежде всего, американцам тезиса о том, что в ядерной войне не может быть победителей, а если ЯО будет применено, это приведет к неминуемой эскалации на мировой термоядерный уровень. Эти положения противоречат элементарной логике и конкретным военным планам. Повторюсь: не дай Бог, чтобы ядерное оружие было применено. Погибнут невинные, падет спасавший человечество миф о том, что любое применение этого оружия приведет ко всеобщему армагеддону. Но в ядерной войне, особенно в скученной и морально слабой Европе, победить можно. Даже легко. Но, опять же, не дай Бог. Еще раз: применение ядерного оружия – великий грех. Но де-факто отказ от его применения – тоже тяжкий грех, ибо он ведет к расширению и углублению начатой Западом мировой войны. Если ее не остановить, она в любом случае закончится гибелью человечества, а по дороге – к истощению и гибели нашей страны. А зачем нам мир, в котором не будет России? Этот вопрос, поставленный Владимиром Путиным, остается весьма актуальным.
Седьмое. Параллельно с перезревшей необходимостью модернизации ядерных сил, особенно доктрины их применения, необходимо срочно предпринять ряд параллельных шагов. Помочь вместе с Китаем Ирану выстоять и победить. Предложить странам Ближнего и Среднего Востока, включая даже подорвавший свою легитимность Израиль, ускорить движение к созданию региональной системы безопасности с гарантиями России, КНР, возможно, Индии. Эти великие державы, в отличие от США и их сатрапов, кровно заинтересованы в стабильности региона. Восьмое. Наконец, учитывая острую опасность предстоящей пары десятилетий войны, попытки Запада взять реванш, стоит рассмотреть вопрос о заключении временного (лет на десять с возможным продлением) оборонительного союза с КНР. Он полезен, чтобы остановить реваншистов, и для того, чтобы братский Китай не чувствовал необходимости достичь паритета в стратегической ядерной сфере с США и Россией. Равный с нашим ядерный потенциал при преимуществе Китая по другим видам совокупной мощи (экономике, демографии) может породить страхи и подозрения у будущих руководителей России. Это не нужно ни российскому, ни китайскому народу. Естественно, есть еще немало шагов, которые необходимо продумать и начать претворять в жизнь, чтобы предотвратить расползание новой мировой войны, ее эскалацию на уровень глобального термоядерного конфликта. Но перечисленные выше шаги, наверное, достаточны для того, чтобы остановить обескровливающую нашу страну войну и, главное, соскальзывание к глобальной катастрофе. Это настоятельная задача всемирного исторического уровня. Если мы ее не решим, потомки (если они останутся) и Всевышний нам не простят умственной лености и трусости. Препятствуя реваншизму Запада, перерастанию мировой войны во всеобщую катастрофу, нужно не забывать о решении коренных проблем, лежащих в основе нынешнего острейшего в истории человечества кризиса миросистемы. Это – исчерпанность современной модели капиталистического хозяйства, угроза, которую она представляет вкупе со всеобщей информатизацией и рядом других черт современной цивилизации для существования Homo sapiens. Но об этом – в других статьях» (Сергей Караганов).
Как ни крути, но многое, о чем пишет Караганов, является если и не «истиной в последней инстанции», то, по крайней мере, весьма близко к реальности. Что-то из мыслей Караганова нуждается в некоторой корректировке и уточнению, но, в целом, общий ход его мыслей ясен всем читателям – Россия в последние два – три года утратила инициативу в идущей войне с Западом. И ей необходимо перехватить ее, иначе победы нам не видать, даже с учетом огромного количества разнообразных ошибок, которые допускает властная элита Западного мира. Короче говоря, «нельзя победить, постоянно отступая» (отдав инициативу в руки врага). К сегодняшнему дню, СВО на Украине уже превратилась в «окопную войну», и если дальше следовать этим же курсом, то данная операция и вовсе грозит превратиться в «никогда нескончаемую». Если Великая Отечественная война длилась 1418 дней и ночей — с 22 июня 1941 года по 9 мая 1945 года, а первая мировая вона — 1570 дней (с 28.07. 1914 по 11.11. 1918 года), то нынешняя СВО длится уже 1536 дней (на 9 мая 2026 года). «Один из прогнозов об окончании СВО озвучивал подполковник Росгвардии писатель Захар Прилепин. В беседе с kp.ru он заявил, что до окончания конфликта еще весьма далеко. «Вы знаете, у меня часто спрашивают, сколько еще это продлится. Я думаю, что стоит рассчитывать, что все вместе это займет 12 лет», сказал он. По его мнению, чтобы держать в безопасности российские территории, нужно освободить Харьковскую и Сумскую области. Чтобы контролировать экономику Украины, нужны Николаев и Одесса. «И вот когда Украина будет в таком положении, нам будет уже неважно, демилитаризирована она или нет», — сказал он. (Кстати, автор этого сайта согласен с таким прогнозом). Также Прилепин отметил, что переговоры вряд ли повлияют на ситуацию. На них обсуждают одни и те же вопросы, но ни к чему не приходят. Диалоги не отличаются друг от друга. Российский математик и исследователь исторических циклов Григорий Кваша рассчитал, что спецоперация и другие вооруженные конфликты в мире закончатся в 2025 году. «Я за 25-й год просто уверен. Вижу огромное количество признаков, что этот прогноз сбывается: и переговоры начались, и много чего еще происходит», — подчеркнул он. При этом математик назвал ошибочным тезис «всегда воевали и всегда будем воевать». По его словам, человечество является прогрессирующей системой. Войны укрупняются для того, чтобы исчезнуть навсегда. По словам Кваши, методы его прогноза складываются из исторических циклов. Каждые 24 года в истории современной России наступает мирное время. Сначала политический период — передел власти, потом период для экономических реформ. Далее — 12 лет — так называемое время воевать.
Первый такой период пришелся на 1905–1917 годы, когда страна неожиданно вышла из войны, находясь на пороге победы. Ровно через 24 года начался новый этап — с 1941 по 1953 год, включавший Великую Отечественную и Корейскую войну, пояснил Кваша. Следующая 24-летняя веха — 1979–1989 годы — это афганский конфликт. Нынешний цикл, начавшийся в 2013 году, по этой логике должен завершиться в 2025-м, что означает скорое окончание военного периода, заключил эксперт» (Эмилия Малинина). И, как видите, уважаемый читатель, он ошибся в своих прогнозах. И эта ошибка обусловлена двумя главными причинами. Первая: математик Кваша не хотел понимать (и не понял), откуда возникает такая цикличность истории, и потому, он не стал указывать погрешность подобных прогнозов. И вторая: Он не учел постоянно действующий фактор, под названием «постоянно увеличивающаяся степень глобализации современного мира». Согласитесь, читатель, что Наполеоновские войны никто не называет «мировой войной» хотя все предпосылки для этого у них уже были. Первая «мировая война» была весьма условно «общемировой», вторая уже более соответствовала этому термину, и она не закончилась «окончательным миром» в 1945 году (наступило лишь временное перемирие), эта война продолжается вплоть до сегодняшнего дня. Именно по этой причине (а именно, «общемировая война» длится весь период существования современной Цивилизации), прогнозировать начало и окончание какой-либо отдельной войны внутри нее – совсем неблагодарное занятие. Хотя чисто математически Кваша, безусловно, прав – история человеческих обществ, действительно, циклична с периодом в 24 года. И главной причиной данного обстоятельства является тот факт, что каждое новое поколение людей частично отрицает дела и мысли предыдущего поколения, а смена поколений подчиняется понятной всем закономерности: один раз в 24 года, плюс – минус один год. Именно по этой причине, четверть века и считается людьми «основной вехой в жизни», а «Главными Заказчиками и строителями будущего» принято считать людей в возрасте от 24 до 48 лет. А вот как на нынешнюю мировую войну смотрит Ростислав Ищенко – «Фатальная перегрузка». «Король Фридрих-Вильгельм III был дедом русского императора Александра II по матери Шарлотте Прусской (в православии Александра Федоровна). Он также известен тем, что стал на колени перед городом Москвой в благодарность за победу над Наполеоном и освобождение Пруссии от французского владычества. Король был настолько потрясен разгромом прусской армии в кампаниях 1806–1807 годов, что согласился с доводами военного министра и начальника прусского генерального штаба генерал-лейтенанта Герхарда фон Шарнхорста, который задолго до этих печальных событий настаивал на необходимости военной реформы. И активно поддержал против генералов-консерваторов, настаивавших на незыблемости установлений Фридриха II Великого своего министра и его единомышленников (Леопольда фон Бойена, Карла фон Клаузевица, Карла фон Грольмана, Кристиана фон Массенбаха и графа Августа фон Гнейзенау).
Так появилась первая в Европе современная армия, активно внедрявшая инновации, в то время как остальные европейские армии застыли в своем развитии на стадии наполеоновских войн. Кстати, военная реформа русского внука прусского короля, проведенная военным министром Милютиным на полвека позже, во многом следовала прусским лекалам, естественно, с поправкой на страну и время. В 1862 году другой внук Фридриха-Вильгельма III, Вильгельм I (будущий первый император второго рейха), назначил Отто фон Бисмарка министром-президентом (премьер-министром) Пруссии, и созданная Шарнхорстом с единомышленниками армия, оказавшись в руках талантливого политика, начала быстро менять лицо Европы, создав к 1871 году Германскую империю. Но ничто не вечно. Внук Вильгельма I Вильгельм II, наследовавший престол после трехмесячного правления своего талантливого отца Фридриха III, оказался слишком амбициозным и недостаточно профессиональным правителем, чтобы понять политические принципы Бисмарка, и отправил старого канцлера в отставку. Результатом отказа от продуманной политики Бисмарка стали две мировые войны, в каждую из которых Германия ввязывалась, обладая на начало войны сильнейшей армией мира. И каждую с треском проигрывала. Каждый раз причиной проигрыша становилась переоценка своих возможностей, которая толкала германских политиков на одновременную конфронтацию с большинством сильнейших держав мира, обладавших значительно более крупными совокупными экономическими и человеческими ресурсами, чем Германия и ее сателлиты (именно сателлиты, так как на стороне Берлина выступали не равноправные партнеры, а зависимые от него государства). Тем не менее, и противникам Германии пришлось несладко. Первая мировая война закончилась для России февралем и октябрем, а в результате двух мировых войн Франция и Великобритания потеряли свои колониальные империи. В фактическом выигрыше оказались только США, большую часть мировых войн просидевшие «в засаде» и являвшиеся со свежими силами делить трофеи. В результате США по факту украли у Франции и Великобритании их колониальные империи, введя более эффективную, неоколониальную, форму эксплуатации. Затем они точно так же утащили бывшую советскую сферу влияния и начали активно посягать на постсоветское пространство. США никогда не обладали самой сильной армией мира: одной из самых технически оснащенных обладали, но у них всегда имелся конкурент, чья способность уничтожить США (пусть и ценой собственной гибели) не вызывала сомнений.
Самой сильной экономикой США обладали в течение относительно короткого периода. К тому же они никогда не контролировали экономически весь мир, в отличие от, например, Британии, 200 лет являвшейся «мастерской мира». Базой американского влияния всегда был финансовый капитал. Там, где проигрывали пушки и промышленники, выигрывал доллар. В результате родилась легенда о неуязвимости США, которые «могут напечатать столько долларов, сколько им надо, и все купить». Пока в эту легенду верили политики, эксперты и журналисты всего мира, она работала на США, но, когда в нее поверили сами американцы, включая политиков, экспертные сообщества и СМИ, разразилась катастрофа. Преемники Бисмарка во главе с Вильгельмом I, а затем с Гитлером не понимали, что у самой сильной армии есть предел возможностей. Когда соотношение сил было слишком неравным, то даже вооруженные мечами и копьями суданцы и зулусы громили регулярные английские войска, вооруженные магазинными винтовками, нарезной артиллерией и даже пулеметами. Регулярные же армии быстро учатся. Когда-то Наполеон утверждал, что, для того чтобы побеждать Суворова, надо воевать, как Суворов. История сыграла с императором французов злую шутку: его разгромили при Ватерлоо средние полководцы, за десятилетия войн научившиеся воевать с ним, и как Наполеон, перенявшие его тактические приемы. Регулярные армии учатся быстро, поэтому немцы начинали мировые войны с гигантских успехов, а завершали, будучи тотально разгромленными. Один из главных принципов военной стратегии говорит, что если врагов много и вместе они сильнее тебя, то их необходимо разъединить и бить поодиночке. В политике работает тот же принцип. Только если армии врага можно разделять уже после начала военных действий (как Наполеон разделил пьемонтскую и австрийскую армии в кампании 1796 года и как пытался разделить Блюхера и Веллингтона в 1815 году), то политики должны разделять враждебные государства до начала военных действий, чтобы бить их по очереди. В нынешних же условиях, когда прямые военные столкновения великих держав сменились прокси-войнами и финансово-экономическими войнами, необходимо разделять противников и в том случае, если военные действия как таковые не предусмотрены. Вместо этого США, обуреваемые амбициями, сделали все, чтобы сплотить против себя своих оппонентов. Если с 90-х годов ХХ века на каждом углу заявлять, что вы считаете Россию и Китай своими врагами номер один, и сделаете все, чтобы их подчинить. То нечего удивляться, что, когда вы в двадцатые годы следующего столетия начнете против них активную политическую и экономическую кампанию, развяжете прокси-войны на периферии зоны их жизненных интересов и напрямую атакуете их союзников, вы встретите консолидированный отпор.
Британия создавала свою мировую империю долго, откусывая по кусочку, искусно стравливая конкурентов. США же украли британские и французские колониальные владения практически моментально с исторической точки зрения. То, что досталось британцам тяжким трудом нескольких поколений колонизаторов, свалилось в американскую корзинку, как переспевший плод, создавая иллюзию легкости глобальных политических решений. Точно так же «легкие» победы Бисмарка, подготовленные годами напряженной дипломатической работы по изоляции очередной жертвы, создали у следующих поколений германских политиков иллюзию, что для достижения быстрой победы достаточно только мощной армии. Немцы заплатили за свои ошибки дорогую цену, но американцы так ничему и не научились на чужих ошибках. Ослепленные своими «успехами», они решили, что у немцев не получилось потому, что те не были «избранным народом», а у американцев получится, потому что они «град на холме». В политическом плане сегодняшний Вашингтон сделал то же, что кайзер в начале ХХ века и Гитлер в его середине. Американцы, как в свое время немцы, превратили своих сильных союзников в бесправных и беспомощных сателлитов, которые не столько оказывали помощь, сколько сами нуждались в поддержке и защите старшего партнера. Выступили же они против глобальной коалиции сильных держав, каждая из которых в отдельности способна за себя постоять, а вместе могут весь мир контролировать. Более того, так же как Антанта в начале ХХ века и Объединенные нации в его середине, российско-китайский альянс и его союзники выдвинули программу хоть и эклектичную, но значительно более приемлемую для большинства государств планеты, чем двигавшая немцами и движущая американцами идея глобального доминирования по праву сильного. Слабым государствам и народам всегда выгоднее поддержать того сильного, который обещает «полицентричный мир» (глобальный «концерт наций»), против того, который требует послушания без рассуждений, ссылаясь на свое «право сильного». И кайзер, и Гитлер, и нынешние США пришли к одному итогу: они с союзниками-сателлитами оказались как будто на борту сорвавшегося в неуправляемое пике самолета или быстро и неотвратимо тонущего корабля. Борьба за парашюты и спасательные круги приобретает все более открытый характер, сателлиты спешат оставить своего лидера и спасаются кто во что горазд. В 1918 году германский фронт оказался перед лицом катастрофы, так как рухнули второстепенные фронты, прекратили сражаться Турция, Болгария, Австро-Венгрия. В 1945 году до конца с Гитлером осталась только Венгрия и то только потому, что немцы ее оккупировали прежде, чем регент королевства вице-адмирал Миклош Хорти успел заключить сепаратный мир с Объединенными нациями.
С американцами до конца не остался даже Зеленский, отправившийся с Урсулой фон дер Ляйен и прочими евробюрократами в самостоятельное плавание в союзе с Великобританией, увидевшей в неотвратимом поражении США свой шанс вернуть хотя бы часть глобальной империи (разумеется, в новом виде). Опозорившийся Байден ушел, опозорившийся Трамп уйдет, но следующий президент США будет хуже предшественников, поскольку возможностей и ресурсов у него будет меньше, а требующих неотложного решения задач гораздо больше. Коренным образом реформировать американскую политику новый президент тоже не сможет, так как нынешние представления о «величии» США и способе его восстановления у всех американцев (всех групп элиты и у простого народа, независимо от его политической ориентации) одинаковы. Их самолет с ускорением несется к земле, а они радуются, что побили все рекорды скорости» (Ростислав Ищенко). Короче говоря, «каждый народ заслуживает того правителя, которого он имеет». Как ни крути, но каков народ, таков и его правитель. И если Вы, уважаемый читатель, постоянно критикуете свою «родную власть», это ничего не говорит об эффективности власти, зато многое говорит о Вас – Вы представляете меньшинство народа, а не большинство. То есть, и автор этого сайта, и многие другие авторы, и Вы, уважаемый читатель, входите в одно и то же меньшинство русского народа, а стало быть, все мы, увы, никак не определяем его коллективное сознание, хотя и влияем на него, по крайней мере, стараемся это сделать. А действующая власть представляет собой другое меньшинство русского народа, и у нее значительно больше возможностей, влиять на коллективное сознание, чем у нас с Вами. В любом случае, большинство русского народа не хочет войны, а Россия, тем не менее, ведет ее. А стало быть, на что-то способны и различные меньшинства внутри неоднородного большинства. Именно на этих позициях стоит автор этого сайта и другие авторы — читатели из нашего меньшинства. И наше Дело совсем не безнадежно.