Как научиться «синхронистическому мышлению» — 2
Продолжение работы Ироничного Будды» — «Встреча с Тенью». «Цивилизации, находящиеся на стыке различных влияний, создают особенно сложные отражения. На одних соседей они направляют отвергнутую рациональность — отсюда обвинения в «бездушии» и «механистичности». На других — подавленную созерцательность и терпение, что выражается в критике «отсталости» и «пассивности». Внутри таких обществ различные группы отражают друг на друге свои неинтегрированные аспекты: образованные слои — отвергнутую простоту народа, традиционные круги — собственные тайные сомнения и стремление к переменам прогрессистов. Эти отражения не случайны — они священны, ибо указывают на то, что нация отвергает в себе. Если народ особенно остро реагирует на какое-то качество у соседей, можно быть уверенным: это качество томится в его коллективной тени. Чем яростнее осуждение, тем сильнее подавленный аспект природы. Войны часто становятся коллективными ритуалами выплеска теневых энергий. Мирные, «цивилизованные» народы внезапно демонстрируют чудовищную жестокость, которая шокирует их самих. Откуда берется эта дикость? Из коллективной тени, где веками накапливались отвергнутые агрессивные импульсы — те самые энергии архетипического Воина, которые при правильном использовании служат защите справедливости и границ священного пространства. Массовые гонения и этнические чистки — крайние проявления коллективного отражения, когда одна группа объявляет другую воплощением абсолютного зла и пытается физически уничтожить «проблему». В каждом случае геноцид был попыткой избавиться от коллективной тени путем ее материального уничтожения в «других» — столь же безумной, как попытка избавиться от собственного отражения, разбив зеркало. Современные информационные технологии создали новые формы коллективной тени. Анонимность цифрового пространства позволяет людям выражать отвергаемые аспекты без ущерба для своего публичного образа. Интернет-агрессия, травля в сети, волны ненависти в социальных сетях — все это проявления коллективной тени, которая нашла новые каналы для своего извержения. Особенно показательны виртуальные войны, в которых мирные граждане превращаются в яростных цифровых берсерков, сражающихся за идеи, которые завтра могут показаться им смешными. Корпоративная культура тоже создает свои групповые тени. Организации, культивирующие образ «большой семьи» и «команды единомышленников», часто загоняют в тень здоровую конкуренцию между сотрудниками, личные амбиции, критику руководства. Эта энергия никуда не исчезает — она проявляется в офисных интригах, саботаже, эмоциональном выгорании, текучке кадров.
Научные сообщества, провозглашающие объективность и рациональность высшими ценностями, отправляют в коллективную тень субъективность, интуицию и духовные измерения реальности. В результате мы получаем материалистическую науку, которая изучает мертвую материю, но не может понять природу сознания, создающего саму науку. Теневые аспекты прорываются сквозь научные войны, плагиат, подделку данных — проявления той самой «иррациональности», которую наука так усердно изгоняла. Но у коллективной тени есть и священная функция — она служит хранилищем качеств, которые понадобятся на следующих витках эволюции. Когда культура заходит в эволюционный тупик из-за одностороннего развития, именно теневые качества становятся источником обновления и возрождения. Рационалистические общества начинают открывать для себя мистические традиции. Коллективистские культуры осознают ценность индивидуальности. Патриархальные цивилизации призывают обратно изгнанную Великую Мать. Процесс интеграции коллективной тени происходит через священные кризисы — те самые испытания, которые заставляют группы встретиться лицом к лицу с отвергнутыми аспектами. Когда цена поддержания коллективных иллюзий становится невыносимой, общество вынуждено призвать изгнанных архетипов обратно. Экологические катастрофы возвращают технократические цивилизации к мудрости природы. Эпидемии одиночества в индивидуалистических обществах возрождают понимание ценности общности. Духовные кризисы материалистических культур открывают врата для возвращения сакрального. Пионеры интеграции часто становятся козлами отпущения. Тех, кто первым начинает говорить о необходимости принять отвергаемые аспекты, объявляют предателями, еретиками, безумцами. Они принимают на себя отражение коллективной тени и становятся живыми символами тех качеств, которые группа не готова признать в себе. Но именно благодаря их жертвенному служению коллективная душа получает возможность исцелиться. Искусство часто становится священным каналом для выражения коллективной тени. Художники, поэты, музыканты интуитивно настраиваются на частоты коллективного подсознания и придают форму тому, что общество отвергает в себе. Темное искусство выражает подавленные аспекты коллективной психики. Революционные музыкальные движения становятся голосом теневых энергий. Современное искусство отражает фрагментацию постмодернистского сознания, утратившего связь с центрирующими мифами. Коллективная тень проявляется и в социальных движениях — тех самых «возмущениях в силе», которые возникают, когда определенные качества слишком долго подавляются. Контркультурные движения — это бунт коллективной тени против односторонности доминирующей культуры. Каждое такое движение несет в себе частицу коллективной души, которая требует признания и интеграции.
Интеграция коллективной тени требует коллективной же алхимической работы. Это не может быть делом отдельных героев — необходимы изменения в образовательных системах, культурных ритуалах, социальных институтах. Нужны новые формы коллективного диалога, в которых группы могут безопасно исследовать свои теневые аспекты без взаимных обвинений. В некоторых традиционных культурах существовали мудрые механизмы для работы с коллективной тенью. Карнавалы и праздники священного безумия позволяли временно высвободить подавленные энергии. Ритуальные поединки давали выход воинственным импульсам без серьезных разрушений. Обрядовые практики помогали сообществу интегрировать темные аспекты через символические действия и коллективные видения. Современному миру нужны новые формы такой священной работы. Глубокие диалоги между представителями разных культур, в которых каждая сторона помогает другой увидеть её тень. Международные проекты по интеграции коллективных отражений. Образовательные программы, которые учат распознавать в «врагах» отражения собственных отвергаемых качеств. Особенно важна работа с исторической тенью — принятие ответственности за темные страницы коллективного прошлого. Некоторые народы прошли через болезненный, но священный процесс признания собственной исторической тени. Это позволило им справиться с коллективными травмами и стать более целостными обществами. Другие нации пока избегают этой алхимической работы, отрицая темные стороны своей истории — массовые гонения, завоевания, угнетение других народов. Каждое такое отрицание поддерживает коллективную тень и создает предпосылки для повторения разрушительных сценариев на новых витках исторической спирали. Глобализация создает планетарную коллективную тень — общечеловеческое теневое поле, в котором накапливаются отвергнутые качества всего человечества как единого организма. Но в планетарном масштабе негде отразить тень — все мы пассажиры одного космического корабля. Поэтому интеграция коллективной тени становится вопросом не просто духовного развития, а физического выживания цивилизации. Экологический кризис — проявление планетарной тени человечества, которое отвергло свою животную природу и связь с Землёй. Социальное неравенство — результат отказа от коллективной ответственности за судьбу каждого члена человеческой семьи. Угроза самоуничтожения — накопленная агрессивность, которая не нашла конструктивных каналов для священного выражения. Работа с коллективной тенью требует системного подхода и глубокого понимания духовных законов. Необходимо преобразовать систему образования, чтобы новые поколения учились принимать человеческую природу во всей ее полноте. Нужны новые формы искусства и ритуалов, которые помогут коллективам интегрировать отвергаемые аспекты. Нужны лидеры, способные говорить о тени своих народов, не теряя доверия и поддержки.
Самое важное — это понимание того, что коллективная тень не является врагом, которого нужно победить. Это отчужденная часть коллективной души, которая ждет возвращения в отчий дом сознания. Каждый отвергнутый аспект содержит в себе дары, необходимые для следующего витка эволюции человечества. Интеграция коллективной тени — это не моральная обязанность, а практическая необходимость для создания жизнеспособного будущего нашей цивилизации. В конечном счете, коллективная тень — это коллективный учитель, жестокий, но любящий наставник. Она показывает человечеству, где оно неискренне по отношению к самому себе, где прячется за масками праведности и самообмана. Каждый социальный кризис, каждый межгрупповой конфликт, каждая волна коллективной ненависти — это урок от тени, призыв к большей честности и целостности. Когда человечество научится принимать эти уроки с благодарностью, коллективная тень перестанет быть источником разрушения и станет источником творческого обновления. Отвергнутые энергии найдут священное применение в служении эволюции. Межкультурные различия перестанут быть причиной войн и станут поводом для взаимного обогащения. И тогда на Земле сможет расцвести подлинно интегральная цивилизация — цивилизация, которая научилась видеть священное даже в том, что кажется его отрицанием. «В тени человека скрыто не только то, чего он стыдится, но и то, чем он мог бы стать. Каждое отвергнутое качество — это семя нереализованной возможности, которое ждёт своего часа, чтобы прорасти. Величайшая ирония человеческого пути: мы ищем сокровища в далёких землях, не подозревая, что самые ценные дары спрятаны в подвалах нашей собственной души. Одна из самых поразительных тайн человеческой природы заключается в том, что тень содержит в себе не только отвергнутые «пороки», но и погребенные сокровища — те самые качества, которые были принесены в жертву на алтаре социальной приемлемости. Это как если бы, убираясь в доме перед приходом важных гостей, мы в спешке спрятали в подвал не только старый хлам, но и фамильные драгоценности, а потом годами жаловались на бедность, начисто забыв о спрятанных богатствах. Природа тени поистине парадоксальна: в ее подземных чертогах соседствуют изгнанные разрушители и непризнанные творцы, подавленные деструктивные импульсы и нереализованные созидательные возможности. Часто то, что кажется темным и неприемлемым, при внимательном рассмотрении оказывается золотом, покрытым ржавчиной непонимания. Агрессивность может скрывать способность защищать справедливость. Гордость — это здоровое чувство собственного достоинства. Эгоизм — это мудрость, позволяющая заботиться о своих границах. Процесс формирования тени поразительно неразборчив в том, что он изгоняет. Семья, превозносящая скромность, может загнать в тень не только хвастовство, но и естественную уверенность в себе, лидерские качества, творческую дерзость. Культура, возводящая рациональность в культ, изгоняет не только хаос, но и драгоценную интуицию, художественное чутье, способность к мистическому познанию.
Детское сознание не способно к тонким различиям. Когда ребенку говорят «не выделяйся», он прячет не только демонстративное поведение, но и свою уникальность. Когда внушают «не злись», в тень уходит не только деструктивная ярость, но и способность защищать свои границы. Когда учат «не думай о себе», подавляется не только эгоцентризм, но и здоровая любовь к себе. Представьте себе девочку с природной харизмой и лидерскими качествами, которая растет в семье, где «хорошие девочки послушны и незаметны». Она учится самоуничижению, играет роль тихони, подавляет в себе стремление вести за собой других. Ее лидерские качества уходят в тень, где могут проявляться в виде манипуляций или скрытой агрессии. А могли бы расцвести как дар вдохновляющего служения. Или мальчика с высокой чувствительностью, который в «мужском» окружении учится ее скрывать. Его драгоценная чуткость уходит в тень, проявляясь в виде ранимости или показной грубости. А могла бы развиться в дар целительства или художественного творчества. Творческие способности часто становятся жертвами теневого изгнания. В обществах, где ценится практичность, художественные таланты объявляются «баловством». Дети усваивают, что их творения не имеют ценности, и перестают творить. Но творческая энергия не исчезает — она уходит в подполье, где может проявляться в фантазиях или даже деструктивном поведении. Ведь созидание и разрушение — две стороны одной медали. В антиинтеллектуальной среде интеллектуальные способности уходят на второй план. Умный ребенок становится «белой вороной» и начинает притворяться дурачком. Подавленный интеллект находит обходные пути — через язвительность, высокомерие или ложное ощущение глупости. Духовные дарования страдают от крайностей — фанатизма или материализма. Дети с мистическими способностями, напуганные реакцией взрослых, загоняют эти дары в глубины тени. Оттуда они вырываются в виде расстройств, зависимостей или поверхностного увлечения эзотерикой. Особенно трагична участь «положительных» качеств, извращенных принуждением. Навязанная доброта превращается в самоотречение. Требуемая любовь становится формальностью. Насаждаемая духовность уходит в подполье вместе с подлинным стремлением к священному. Золото тени включает в себя архетипические аспекты мужественности и женственности. Мужчины загоняют в тень свою внутреннюю женщину — способность сопереживать, интуицию, заботливость, восприимчивость к красоте. Женщины изгоняют своего внутреннего мужчину — волю, логику, структурированность, здоровую агрессивность. В результате все живут лишь наполовину. Мужчины становятся эмоционально ограниченными, женщины — интеллектуально ущербными. А золото противоположного принципа ржавеет в тени, проявляясь в виде невротических симптомов или навязчивых поисков «второй половинки».
Культурные тени тоже хранят сокровища. Рациональные народы изгоняют мистическую мудрость. Коллективистские культуры прячут индивидуальную гениальность. Прогрессивные цивилизации отправляют в подполье традиционную мудрость, которая могла бы предотвратить современные кризисы. Духовные традиции хранят золото в коллективных тенях. Одни изгнали священную эротику, другие — страстную любовь к жизни, третьи — мистическую мудрость женского начала. Каждое изгнание обедняет традицию, лишая ее важных аспектов целостности. Чтобы найти золото в тени, нужно изменить отношение к ней. Вместо того чтобы воспринимать тень как врага, нужно увидеть в ней утраченную часть природы, которая ждет возвращения домой. Первый признак скрытого потенциала — сильная эмоциональная реакция на качества других людей. Если что-то особенно привлекает или вызывает восхищение, это отражение неосознанных возможностей. Человек, восхищающийся чужим творчеством, скрывает собственный дар. Тот, кого привлекает отвага, хранит в себе внутреннего воина. Второй признак — повторяющиеся сны и фантазии. Подсознание использует символы, чтобы показать скрытые возможности. Сны о выступлениях указывают на потребность в самовыражении. Фантазии о руководстве — на дремлющие лидерские качества. Третий признак — то, что вы отрицаете в себе, но видят другие. Если близкие говорят: «Ты творческий человек», а вы возражаете, — стоит присмотреться. Возможно, ваши способности были подавлены настолько рано, что вы разучились их замечать. Извлечение золота требует деликатности и терпения. Нельзя волевым решением начать проявлять все свои таланты сразу. Скрытые качества нуждаются в постепенной реабилитации, как и неиспользованные мышцы. Лучше начинать с безопасных экспериментов. Если вы скрываете свои творческие способности, рисуйте для себя. Если вы стремитесь к лидерству, возьмите на себя небольшую ответственность. Если вы чувствительны, ведите дневник эмоций. Важно помнить: качества, находящиеся в тени, поначалу часто проявляются в примитивной форме. Подавленная агрессивность может выглядеть как грубость, а не как способность защищать. Скрытая гордость — как высокомерие, а не как достоинство. Поэтому необходима алхимическая работа по облагораживанию найденных сокровищ. Эта работа напоминает реставрацию древних произведений искусства. Сначала осторожно снимают слои грязи, затем восстанавливают фрагменты, и наконец, все складывается в гармоничную композицию личности. Главная трудность — преодоление внутреннего сопротивления. Эти качества подавлялись не случайно — за их проявление когда-то следовало наказание. Внутренний ребенок помнит травмы и боится повторения. Поэтому извлечение «золота» сопровождается страхом, стыдом и чувством вины.
Необходимо создать атмосферу внутренней безопасности и принятия. Как любящий родитель принимает ребенка целиком, так и вы должны принять все свои стороны. Это не означает бесконтрольного выражения своих импульсов, но предполагает внутреннее согласие со всеми своими частями. Интересно, что интеграция золота часто сопровождается внешними синхронностями. Когда человек принимает отвергаемое качество, жизнь предоставляет ему возможности для его проявления. Тот, кто признал свои лидерские способности, получает предложения о руководящих должностях. Тот, кто принял свою творческую натуру, встречает возможности для самовыражения. Это не мистика, а проявление законов сознания. Перестав сопротивляться аспекту реальности, мы начинаем замечать связанные с ним возможности. Меняется энергетика — мы излучаем частоты, привлекающие соответствующие обстоятельства. Работа с золотыми тенями оказывает целебное воздействие. Многие проблемы возникают не из-за наличия негативных качеств, а из-за их подавления. Депрессия часто является результатом подавленной агрессивности. Тревожность — подавленной интуиции. Пустота — отрешенности от желаний. Когда отвергаемые аспекты возвращаются и находят здоровое выражение, симптомы часто исчезают сами по себе. Тот, кто принял свою агрессивность, избавляется от депрессии. Тот, кто доверился интуиции, перестает тревожиться. Тот, кто принял свои желания, обретает смысл жизни. Особенно важна интеграция золотого начала противоположного пола в тень. Это ключ к зрелости и гармоничным отношениям. Мужчина, принявший свою внутреннюю женственность, строит отношения на равных. Женщина, интегрировавшая в себя мужественность, выбирает партнера по любви, а не из нужды. Коллективная работа с золотой тенью тоже обладает огромным потенциалом. Организации, объединяющие отвергнутые качества, переживают возрождение. В наше время глобальных кризисов человечество нуждается во всех ресурсах. Наука нуждается в мистической мудрости, прогресс — в экологическом сознании, свобода — в ответственности. Золото в тени — это не метафора, а указание на реальные возможности. Каждый человек приходит в этот мир с уникальными способностями, многие из которых подавляются социальным программированием. Работа с тенью — это археология души, раскопки бесценных сокровищ. Интеграция золотой тени — это возвращение к изначальной целостности. Но это не регрессия к детской невинности, а прогресс к зрелой мудрости — состоянию осознанного владения всем спектром человеческих возможностей. Человек, интегрировавший золото тени, подобен мастеру-музыканту, играющему на всех клавишах души. Он может быть мягким и сильным, рациональным и интуитивным, серьезным и игривым — не из-за незнания себя, а из-за понимания: он больше любой роли или определения.
Это подлинная свобода — не от ограничений, а от выбора аспекта природы для проявления в данный момент. Это истинная сила — не подавления, а интеграции. Это зрелая любовь — не к идеализированному образу, а к живой тайне, которой мы являемся во всей полноте возможностей. Золото в тени терпеливо ждет своего часа. Оно сохраняет ценность, несмотря на годы забвения. Когда мы находим в себе мужество спуститься в глубины души со светильником осознанности, мы обнаруживаем, что самые великие сокровища всегда были рядом — мы просто забыли, где их спрятали» (Ироничный Будда). Да, авторские способы освоения «синхронистического сознания» и способы Ироничного Будды – совсем разные, но они ведут к одной цели – к обретению человеческим сознанием Целостности и Единства. Наверняка и сам Ироничный Будда понимает под «синхронистическим мышлением» совсем не то, что автор этого сайта, на взгляд которого, такое мышление заключается в одновременности и синхронности работы всех составных частей сознания – Веры, разума и подсознания. Но это – вполне нормальное явление, ведь «все люди разные», и каждый из них обладает своим собственным и неповторимым сознанием. Ну а сейчас, давайте вспомним определение «синхронистического мышления» его первоисточником — Карлом Густавом Юнгом. По его мнению, синхроничность (синхронистичность, нем. Synchronizität) противопоставляется фундаментальному физическому принципу причинности и описывает ее, как постоянно действующий в природе творческий принцип, упорядочивающий события «нефизическим» (непричинным) путем, только на основании их смысла. Несмотря на то, что термин «синхронистичность», на первый взгляд, предполагает одновременность, Юнг использует его в гораздо более широком смысле, относя к любой «нефизической» (неочевидной) взаимосвязи событий, независимо от их разделенности во времени и пространстве. Введение синхронистичности Юнг использует при рассмотрении различных спорных, с точки зрения современной академической науки, явлений и теорий, объясняющих эти явления: телепатии, астрологии, странных совпадений, ясновидения, действия магических практик, поведения пчел и даже переживаний пациентов в состоянии клинической смерти. Принципиальные моменты своей эмпирической концепции Юнг обсуждал с известным физиком Вольфгангом Паули, существует их совместная работа. Скептики (например, Жорж Шарпак и Анри Брош) синхроничность считают не более чем примером апофении (склонности видеть взаимосвязи в случайной или бессмысленной информации). Они говорят, что понятия вероятности и статистических теорем (таких как закон Литлвуда) достаточно, чтобы объяснить совпадения.
Философские предпосылки своей работы Юнг находит в трактате Шопенгауэра «Об очевидном узоре в судьбе человека» и в идеях Лейбница об изначально установленной гармонии всех вещей. Например, согласно Шопенгауэру, события находятся не только в причинной, но также и в смысловой связи, так что каждое событие является звеном двух взаимно ортогональных цепей. Это иллюстрируется простой географической аналогией: причинные связи подобны меридианам на глобусе, а смысловые — уподобляются параллелям, которые представляют собой поперечную связь между меридианами. Далее Юнг ссылается на исследования Дарье, Рише и Фламмариона, где, в частности, приводилась оценка вероятности случайного совпадения 1:4 000 000 для телепатического предчувствия смерти, а также на статистику, приводимую Вильгельмом фон Штольцем, о странном возвращении утерянных или украденных предметов их хозяевам. Юнг упоминает также Каммерера, утверждавшего, что в природе действует «закон пачки», и критикует его за отсутствие статистической оценки собранного материала. Однако наиболее важными для концепции Юнга становятся эксперименты Дж. Б. Рейна по угадыванию номеров случайно выпадающих карт и игральных костей. В последних экспериментах было, в частности, статистически установлено, что — Вероятность правильного угадывания много выше случайной. — Эффект никак не зависит от расстояния (то есть, информация передается без переноса энергии). — Эффект не зависит от смещения во времени, так что карта может быть предсказана до того, как колода перетасована. — Усилием воли испытуемый может повысить вероятность желаемой реализации. — Эффект зависит от наличия интереса экспериментатора. Отсюда Юнг выдвигает гипотезу, что речь действительно не идет о простой случайности и что в природе действует универсальный творческий принцип, упорядочивающий события, независимо от их удаленности во времени и пространстве. Юнг констатирует, что объяснение этих феноменов должно начинаться с критики наших концепций пространства, времени, сознания и бессознательного. Анализируя известные ему факты, Юнг выдвигает концепцию, согласно которой смысловые связи между событиями выступают как дополнение к причинным связям. Современная физика не запрещает этого, потому что события в квантовом мире (например, радиоактивный распад) могут происходить без причины, и лишь их вероятности строго рассчитываются. Тем самым случайность принципиально неустранима из современной картины мира. Смысловое упорядочение физически независимых (случайных) событий Юнг называет синхронистичностью.
Несомненно, при этом затрагивается основной вопрос философии о соотношении сознания и материи. Пространство и время представляются как психически относительные «постулаты осознающего разума», и в зависимости от психического состояния индивидуума «могут быть сведены до почти незаметной точки». В психиатрической практике синхронистичность оказывается тесно связана, с одной стороны, с архетипами, а с другой — с ситуацией «невозможности», когда человек сталкивается с физически неразрешимой проблемой. Юнг выделяет в феномене синхронистичности две проблемы: Находящийся в бессознательном образ почему-то проникает в сознание в форме сновидения, мысли, предчувствия или символа. Объективная физическая ситуация почему-то совпадает с этим образом. В результате анализа Юнг приходит к выводу о наличии в природе самосуществующих объективных смыслов, которые не являются продуктом психики, но присутствуют одновременно как внутри психики, так и во внешнем мире. В частности, любой предмет наделяется психоидными свойствами. Этим и объясняется, согласно Юнгу, возможность странных смысловых совпадений. Концепция самосуществующего смысла близка концепции Дао в философии Китая, идее о Мировой Душе, а также к психофизическому параллелизму и изначально установленной гармонии всех вещей по Лейбницу. В последнем случае природа связи между душой и телом может быть понята как чисто синхронистическая, однако Юнг сомневается в возможности столь масштабной трактовки. В используемой терминологии синхронистичность мыслится, как непричинная связь событий. Однако представленный материал не позволяет сделать однозначного вывода, следует ли объяснять редкие совпадения и экстрасенсорные эффекты непричинными связями, или все же они объясняются нефизическими (мистическими) причинами. Поэтому в чисто научном плане концепция Юнга отличается от концепции Каммерера, которого он критикует, прежде всего, тем, что анализ обсуждаемого явления уже не мыслится вне связи с аппаратом теории вероятностей. Также термин «случайность» явно используется в разных смыслах, приводя к заметным противоречиям по ходу текста. События без физической связи еще нельзя называть случайными. На самом деле, случайность — это математическое (смысловое) понятие, так что события, не связанные физически, могут одновременно быть неслучайными, согласно теории вероятностей. Именно обнаружение и анализ таких «странных» событий является предметом работы Юнга. По сути, речь идет об открытии смыслового взаимодействия, дополняющего известные физические взаимодействия. Причем, Юнг любит обобщения и приписывает эту особенность не только людям, но и всем материальным объектам нашего мира (и никак не доказывает это). То есть, рассматривает наличие «синхроничности», как аксиому. И, что вполне логично, нигде не пишет, как достичь ее. Она, на его взгляд, присутствует ВЕЗДЕ, что называется, по определению.
Ну а автор этого сайта, как и Ироничный Будда, рассматривают «синхроничность», как потенциально возможную особенность сознания, которая присуща только человеку. Как видите, определение «синхроничности» Юнга значительно отличается от авторского определения, а Ироничный Будда и вовсе не связывает свои размышления о «тени» в недрах человеческого сознания с синхроничностью. Тем не менее, и у Юнга, и у Ироничного Будды, и у автора этого сайта речь идет об одной и той же сущности нашего мира. Только каждый из авторов выбрал для себя разные ее свойства, которые, по их мнению, и определяют эту сущность наиболее полно. Ведь, как ни крути, но «все люди разные»: Автор этого сайта – «сухой» материалист. Юнг – прежде всего, философ, который любит обобщения. Ну а Ироничный Будда, тот – скорее, поэт, чем философ. И как бы Юнг ни любил обобщения, он пишет, в самую первую очередь, об особенностях сознания, которое, в свою очередь, является неотъемлемым свойством любой материи. И в этом аспекте его взгляды полностью совпадают со взглядами автора этого сайта. Что же касается наличия «смысловой» (непричинной) связи, то она просто обязана существовать в нашем мире, в котором «ВСЕ ЗАВИСИТ ОТ ВСЕГО». Увы, человеческое сознание ограничено, и осознать ВСЕ действующие в мире СВЯЗИ, оно просто не в состоянии. Да, объем «коллективной памяти» какого-нибудь человеческого сообщества намного превышает возможности отдельного человеческого сознания. Но и ему не под силу запомнить ВСЕ действующие СВЯЗИ, целиком. В любом случае, концепция ДУШИ издавна известна всему человечеству, и всем его отдельным сообществам, не только «психофизическому параллелизму и изначально установленной гармонии всех вещей по Лейбницу», но даже насквозь «материалистичным» атеистам. Психофизический параллелизм — теория об отношении мышления и бытия, психического и физического, которая предполагает, что психические и физические процессы протекают параллельно и согласованно, но не взаимодействуют друг с другом напрямую. Теория сформировалась в XVII веке. Родоначальники — Николя Мальбранш и Лейбниц, которые считали, что взаимодействие между душой и телом невозможно из-за их гетерогенности. Благодаря открытию закона сохранения и превращения энергии, в середине XIX века теория стала основной доктриной, подкрепившего теорию о материальном мире как замкнутом каузальном (причинно-следственном) целом. А Юнг расширил границы этой доктрины.