Пару слов об агонизирующем бандитском капитализме
А для начала статья Александра Берберова — «Упырь расправил челюсти…». «Антипутинизм в России прошел через несколько стадий не по собственной воле: западные «крышеватели» заставляют. Вначале, по их версии, надо было убрать Путина, чтобы Россия зажила хорошо. Потом убрать – чтобы просто жила (а то помрет). Теперь истерика «врагов режыма» сводится к крайне неубедительному тезису: «избавьтесь от Путина и вас убьют не больно». То есть жизнь уже не обещают. Это уж дудки! Я несколько лет проработал в рекламном агентстве, не то, чтобы гуру в рекламе, но все ж середнячок в ней: и убежден, что слоган выбран крайне неудачно. Наверное, наши «освободители» сами бы до такого слогана не додумались – но их заставили. Мода на геноцидный террор и гитлеризм обрушилась на Запад не то, чтобы мгновенно (этапы мы видели) – но довольно быстро, опрокинув все фанерные декорации улыбчивой лубочной «демократии». Давайте вместе подумаем, почему так получилось, и как мир дошел до жизни такой? К концу «перестройки» была такая социопатия, как «бред неуязвимости». «Бред неуязвимости» — уродливое, патологическое преломление концепции «мирного сосуществования», которая, в рациональной ее версии носит ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ характер. Предполагается, что при соблюдении ряда условностей и договоренностей люди смогли бы жить совместно, не убивая, и не пожирая друг друга. И – вообще-то, говорит концепция, к этому нужно стремиться. Суть «мирного сосуществования» — в недопустимости обогащения одного человека (и государства) на горе и смерти другого. Мы через «общественный договор» (в дипломатии – через «международное право») отсекаем этот вариант обогащения. Мы – реалисты, и понимаем, что человек всегда будет стремиться к личному обогащению, но через убийство – нельзя. Другими способами (хоть это и в обход, и «семь верст крюк») – дерзай! Добывай себе золото на реке, в шахте, где угодно – но не изо рта жертв концлагеря, в виде их зубных коронок! Мы не против золота, как такового, мы против – чтобы ты драл его изо рта ближних – хотя (как реалисты) понимаем, что так золото добыть легче всего… Концепция «мирного сосуществования» (когда-то популярная, а ныне почти забытая) предполагала управление людьми через их вовлечение, увлечение, идейное убеждение. В простейшем виде – «иди туда-то, и будут тебе за это всякие ништяки и вкусняшки». Управление людьми с помощью террора никаких ништяков не сулит. Никто никого не увлекает, не зазывает, не соблазняет рекламными образами. Формула такова: «иди, куда сказали, или убьем».
Сегодня нет уже никакой конспирологии в том, что Запад твердо и последовательно реализует управление террором. Это стало очевидно уже и простым обывателям, в непосредственном быту. От улыбчивой маски Запад отказался не сразу, но теперь совсем. Полностью. Не так уж много лет прошло от лозунга «дать Украине демократию» до отмены там выборов и террористической диктатуры, которую никто не хочет скрывать. Наоборот – выпячивают и подчеркивают, «чтобы страшнее стало». Террорист не надеется зажечь заложников своими идеями, сделать их своими единомышленниками. Потому маски террористу не нужны: чем он страшнее, чем больше «шок и трепет» жертв – тем, с точки зрения террориста, лучше. При переходе к террористической модели управления (голым страхом, без тени веры) – наступает грустный момент для всякого предателя Родины. Он вдруг обнаруживает, что ему стало… нечего говорить. Одно дело, когда твой хозяин говорит, что идет освободить твой народ, и ты ему как бы веришь. Совсем другое, если хозяин сказал, что идет убить твой народ (получается, и тебя тоже?!) – а ты продолжаешь ему служить. Продолжаешь быть на стороне тех, чья открытая программа – физическое истребление твоего народа и… тебя самого… В новой концепции запугивания, которую теперь применяет Запад, нет никакого элемента соблазна. Раньше – был. Фальшивый, но был. Запад 80-х и даже 90-х, в перерывах между актами массового терроризма буквально заваливал обещаниями «красивой и вкусной жизни» для покорных. Предатели Родины эти обещания подхватывали, приукрашивали, несли в массы, соблазняли соотечественников, как могли… И чувствовали себя «на коне»: вроде как и доллары идут, и не власовцем выглядишь, не тем, кто детишек своего народа в сарае заперев, заживо сжигает… А чего бы Западу дальше этого не делать? Казалось бы – «врать – не мешки ворочать»? Но вот незадача: вранье о якобы человечности мешает полноценному террористическому запугиванию жертв террора. Имидж «ужаса ночи» — важный актив террористов, а болтовня о человечности этот имидж разбавляет, мешает полноценному запугиванию. Террорист, который постоянно говорит о мире и праве – уже не такой страшный. Для концепции «Шок и трепет» это неподходящий имидж. Так, например, концепция «возмездия» — вторичная и оборонительная. Возмездие – это лишь ответный удар по тому, кого посчитали виноватым. А имидж «террориста номер 1» для полноты запугивания требует изрядной доли террора иррационального, совершенно, с виду, бессмысленного, неизбирательного, «по площадям», «чтоб страшнее стало». Потому нарратив «возмездия» снят, и заменен на «бойтесь меня, я бью всех, и без промаха». Мол, могу и покорных, ни за что зашибить. Случайных порезать. Даже союзников – избить до смерти. Я такой страшный, что предсказать мои действия невозможно…
Выше мы писали, что концепция мирного сосуществования людей – всегда была лишь ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНОЙ, с опорой на ряд условностей, которые все должны соблюдать – иначе ничего с ней путного не выйдет. Если войны не хотят все – то это добрая воля, а если только половина – это безумие и самоубийство. Вполне логично, что Москва выступала самым активным лоббистом концепции мирного сосуществования, потому что это «калька», перенос в международные отношения социализма, как концепции мирного сосуществования людей на уровне микросоциологии. Социализм предполагает, кратко говоря, что Иван и Петр живут ВМЕСТЕ, а не Иван ВМЕСТО Петра или Петр ВМЕСТО Ивана. Такой идеал мирного сосуществования между людьми – логично распространяется как идеал и на отношения между странами, народами, иными крупными группами. Главным антиподом концепции мирного сосуществования людей, при котором их множественность не оборачивается взаимоистреблением, на протяжении многих веков выступала именно Западная Европа. Если обозначить антипод мирному сосуществованию, построенному на гарантиях взаимной доброжелательности поэтично, то это «Царство Зверя». Впрочем, тут больше биологии, чем поэзии: биосфера построена на взаимном пожирании (не исключающим многообещающих случаев симбиоза, но все же). Зверю нужно мясо, голод он удовлетворяет убийством. Вопреки наивным предположениям Маркса о противостоянии пролетариата (как некоего носителя добра) верхам (как неким носителям зла) на Западе сложился вполне доказанный и Кромвелем, и Гитлером (и еще много кем) КОНСЕНСУС верхов и низов в рамках «Царства Зверя». То есть низы уже при Кромвеле, как и при Гитлере – в основной массе своей готовы активно помогать хищным верхам в грабительской, колониальной политике: «за долю» в награбленном. «За деньги, да…» Концепция «Царства Зверя», взятая из биосферы без учета потребностей малопонятной Зверю Ноосферы делит людей не на какие-то мифические «классы», а по принципу «убей, или будешь убит». Грубо говоря, всякий англосакс или немец, богат он или нищ, лорд он, буржуй или пролетарий, понимает, что его доход лежит в чужом кошельке. И дело лишь затем, чтобы туда залезть, и оттуда взять! А чего вы хотите от волка? Классовой битвы с вожаком волчьей стаи? Эпизодически, может, и перегрызутся, но это ничтожно мало значит по сравнению с биосферной истиной: хочешь жрать, догони зайца и убей. Это не отменяет возможного негативного отношения к вожаку и геронтам стаи, но в безусловном приоритете над всякой внутристайной грызней.
Англосакс отличается от русского православного крестьянина тем, что ему нужно от своего лорда не земли и не закона. Не того, чего просил, а потом требовал от дворянства русский мужик. Англосаксу нужно, чтобы его лорд повел его грабить Ирландию и Ямайку (дальше весь мир) – для чего закон непотребен, и лишь помеха, а земли там – на всех в банде хватит. Это не только другой образ жизни, другая структура дохода, но и иной тип личности. «Царству Зверя» (как и всей биосфере, вдохновляющей её своими «естественными отношениями») чужды все и всяческие представления о человечности. Не только в начале ХХ века, но даже еще и в середине его Запад «слезам не верил», и мочил всякого, кого мог – «по полной». Сама по себе маска человечности появилась у Запада ненадолго, и только как орудие борьбы с СССР. С целью обмана «совков» Запад отставил разговоры о «законе джунглей» и стал лить крокодиловы слезы над «слезинкой ребенка». Заговорил о законах божьих и человеческих, которых искренне не разделял ни одного дня своего существования. Как только обман «совков» был завершен, «закон джунглей» вернулся обратно в повестку западной политики, так легко и органично, как будто никуда оттуда и не уходил. «Мирное сосуществование» народов и стран сулили лишь тогда, когда это хотел слышать сильный, но наивный противник. На самом деле никакого «мирного сосуществования» Западу не только не нужно, но и, при его образе жизни, при его менталитете – попросту быть не может. Хищник может отказаться от охоты временно, пока его гонят охотники или угрожает половодье (по понятной причине: ему не до жратвы в этот момент). Но хищник не может ведь отказаться от охоты СОВСЕМ: он же элементарно помрет! Для того, чтобы перейти к концепции мирного сосуществования людей, Западу (его капитализму) нужно анатомически переделать весь свой аппарат питания: челюсти, пищевод, органы переваривания и т. п. Никто на Западе, игравшем в зайку, этого не делал, и не хотел делать. Да и захотел бы – не знал бы, как… Когда Кромвель грабил Ирландию – никто из его банды не обещал ирландцам ни «каву в венской опере», ни бутики евроинтеграции, ни изобилия прилавков, ни демократию построить. Никаких соблазнов «европейского выбора» и «борьбы с коррупцией» у ирландцев не было, а подчиняться они должны были (и подчинялись) – только и исключительно страху перед отморозками с большого острова. Это и есть естество Запада: сильный пожирает слабых. Всякий «гуманизм» (кстати сказать, в европейских языках это слово означает совсем не то, что в русском, хотя и звучит так же!) Запад стал натужно симулировать только в рамках антисоветской операции. Не можешь сломить врага силой – соблазни подкупом. Но отсюда и другое правило: Можешь сломить силой – незачем тратиться на подкуп! Со слабыми переговоров не ведут. А с сильными – только если сильные дураки, и развесят уши, слушать, чего им волк туда насвистит…
Если для традиционного общества Земля – это храм, для прогрессистов – «цех» или «лаборатория» (об этом много копий ломали в XIX веке, даже Тургенев описал в «Отцах и детях»), то для современного Запада Земля – это концлагерь. «Правильно» обустроенную Землю они понимают в точности так, как они приписали Сталину, истоки мифа о «всеобъятном» ГУЛАГе следует искать в мечтах прозападных либералов, смачно описывавших свои мечты и представления о власти. В либеральной писанине Сталин – это литературный персонаж, которому они доверили свои самые сокровенные вожделения… Есть ли у этого исступленного терроризма объективный материальный базис? Да. Если мы с вами возьмем кривую линию, и станем ее растягивать до прямой, то увидим: нижние точки стремятся к средней, но и верхние точки – тоже. Одни поднимаются, другие опускаются. Как вы думаете, кому это нравится, а кому нет? В итоге, методом преодоления провалов и пиков, получится ровное плато. Возможно, не идеально ровное, но примерно. Как будут себя чувствовать люди, которым, с одной стороны, никто не заедает жизнь, но которым и самим запрещено чужую жизнь заедать? За этой кажущейся «благодатью», на самом деле, очень много социопсихических проблем «мирного сосуществования». В их числе неудовлетворенные амбиции, скука, укачивание размеренной жизнью, недовольство «низким» уровнем собственного потребления. Сюда относятся и разного рода помешательства, вроде позднесоветского «бреда неуязвимости» (и не только его) – потому что механизмы удаления сумасшедших из жизни, заложенные в дикой природе, в зоологии – «мирное сосуществование» отключает. А собственных – еще не придумало… История показала, что рыночная драка за жизнь до смерти выковывает сильные (хотя очень жестокие и циничные) характеры, тогда как манная каша брежневизма – взращивает людей, наивных, как дети малые. И неудивительно: пока их сверстники сызмальства вели борьбу за выживание в условиях, по сути, тюремного беспредела – «совочки» лениво учились, лениво работали, лениво развлекались, им не на чем было возмужать и повзрослеть… В условиях оранжереи они вырастали людьми очень легковерными, ветреными, бестолковыми, слабыми, истеричными, очень чувствительными и обидчивыми. Западному человеку это органически чуждо – если бы он так себя вел, то до средних лет был бы уже десять раз затоптан облизывающимися на его житейский пай соседями… Иначе говоря (история это доказала) у «Царства Зверя» очень много козырей в рукаве, за ним, как ни крути – вся мощь зоологического естества (хотя против него – все культурное наследие цивилизации).
Запад не только не может, но и не хочет отдавать звериное право на максимальный успех индивида методом убийства других, «нерасторопных и не вписавшихся», людей. Это не только позиция миллиардера, но и позиция американского бомжа, который в глубине души убежден, что еще имеет шансы сам стать миллионером. Стать – может быть, за счет Конго, или за счет Лаоса, или за счет России, или Ирака, тут уж как повезет – если повезет. За чей счет – ему не важно, важно, что ОН станет. Большие события происходят медленно. Ну, то есть, исторически говоря, быстро, а для человека может показаться, что медленно, потому что отдельно взятый человек живет очень уж недолго. Каждый год без СССР западное Царство Зверя миллиметр за миллиметром «открывает личико», и только сейчас (период 1991-2024) процесс почти завершен. Это как избавление от паранджи, в которой Зверю было и душно, и неудобно, и обидно: кому ж понравится в мешке ходить?! Зверь вначале сменил паранджу на маску, открывающую глаза. Потом на полумаску. Потом на платок, открывающий все лицо. Потом на косынку, чуть закрепленную на голове… И к нашим дням – всю свою голову обнажил – мол, любуйтесь, вот он я, гроза саванны, царь зверей! В аутентичном Царстве Зверя недопустимым «баловством» считаются не только какие-то материальные поблажки – ништяки слабым (Зверя жаба душит от их стоимости – убытки то какие, убытки!), но и даже демагогические посулы таких поблажек. Казалось бы, болтовня денег не стоит, ври, как в 90-е, что «рынок – путь ко всеобщему благоденствию»… Кому не любо – пусть не слушают, а дураки уши-то развесят… Но в аутентичном Царстве Зверя (кстати, в отличие от изолгавшейся КПСС) хорошо понимают связь между словом и делом. Это только кажется, что гуманистическая болтовня ничего не стоит демагогу! На самом деле и она расслабляет, дезориентирует, мешает лютости наводимого страха, а если люди ее за чистую монету примут? Да еще и многие? И попытаются в реальности воплотить, наслушавшись?! Поэтому – «ой, все!». Никаких свобод, выборов, референдумов, даже и фальшивых – это в умы рабов смуту вносит. Кнут, плаха, топор, муштра и шагистика, с утра до ночи. Страх – и больше ничего. Вы совсем перестали верить в Америку? А ей этого сейчас уже и не нужно. Это ей в 1990-м году было нужно. А сейчас ей вполне достаточно, чтобы ее боялись. Если вы верите, что она вам хребет об колено сломает, и род ваш до семи колен изведет – то для нее ТЕПЕРЬ это достаточный «символ веры»…» (Александр Берберов, команда ЭиМ).
Автор этого сайта целиком разделяет мнение Берберова о том, что кардинальная трансформация Западного общества началась в 1991 году после развала СССР. Однако разом трансформировать любое исторически сложившееся общество НЕВОЗМОЖНО, для этого нужна полная замена поколения «Главного Заказчика будущего». И для этого требуется соответствующее время – 24 года, плюс-минус один год. Так что, соответствует истине и утверждение Берберова о том, что сегодня (а сегодня на дворе 2024 год) эта трансформация почти завершилась («процесс почти завершен»). Однако сюда следует добавить еще одну дату, характеризующую, когда пока еще обратимый процесс превратился в процесс необратимый. И эта дата — 11 сентября 2001 года, когда в США произошел теракт. Причем, абсолютно без разницы, кто этот теракт организовал — сами исламисты или спецслужбы США. В любом случае, этот теракт привел к тому, что подавляющее большинство людей Западного общества утвердились во мнении, что единственным способом защититься от невзгод окружающего мира, является терроризм по отношению ко всему остальному миру. И именно тогда привычный всем Западный финансовый индивидуальный капитализм превратился в нынешний «БАНДИТСКИЙ КАПИТАЛИЗМ»! А теперь, другой вопрос: «А сколько времени может просуществовать подобная разновидность капитализма?» Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выявить его главные черты. И одной из самых ярких и бросающихся в глаза характеристик этого капитализма является ПОСТЕПЕННАЯ ОТМЕНА ТРАДИЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ (или «озверение»), что говорит лишь об одном – современное Западное общество находится в состоянии агонии. А знакомая нам история человечества показывает, что среднее время агонии самых различных государств прошлого составляет около 12 лет. А потому, самым крайним сроком существования нынешнего Западного мира является 2036 год. Данное обстоятельство совсем не означает, что все западные жители к этому сроку «вымрут». Нет, конечно, (хотя и такой вариант не исключен), оно означает лишь то, что прекратит свое существование нынешний «бандитский капитализм». Однако это может произойти и завтра (то есть, в нынешнем 2024 году). Вот и получается, что КРАХ всего Западного мира НЕИЗБЕЖНО случится в период времени с 2024 по 2036 год (максимальная текущая вероятность такого исхода приходится на 2026 год, смотри предыдущую главу), нравится Вам это или нет. Вы можете, сколь угодно ярко и убедительно, убеждать и себя, и окружающих, что дважды два равно пяти, однако нашему Мирозданию Вы ничего не докажете, для него дважды два всегда равно четырем. А все вопросы «ЖИЗНИ И СМЕРТИ» решаются, исключительно, Мирозданием, уж с этим-то утверждением Вы не станете спорить. Ну а коли так, готовьтесь встретить этот КРАХ во всеоружии, ибо он затронет весь наш мир ЦЕЛИКОМ.
Под термином «бандитский капитализм» современные люди понимают не совсем то, о чем говорит здесь автор. Увы, но он просто не сумел найти никакого другого термина, который смог бы кратко охарактеризовать нынешнее положение дел в мире. Согласно Викисловарю, «бандитский капитализм» сформировался в России в 1990-е годы, и этот капитализм характеризуется засильем криминала в экономике. Существует и иное понятие данного термина — под «бандитским капитализмом» многие люди понимают «первоначальное накопление капитала». Ну а автор этого сайта понимает под «бандитским капитализмом» как раз то самое «управление террором», о котором в своей статье написал Берберов. И описать его лучше, чем это сделал Берберов, автор не берется. Единственно, что он в состоянии сделать, это лишь расширить данный термин для раскрытия его истинной сущности – «агонизирующий бандитский капитализм». А ему на смену обязательно придет какой-то иной вид капитализма, ведь ничего, кроме капитализма, люди просто не в состоянии построить, как бы они ни называли уже выстроенное. Капитализм исправно работал, как в древнем Вавилоне и Египте, так и в древней Греции и Риме, в феодальной и буржуазной Европе, в Советском Союзе и нынешней России, короче говоря, по всему нашему миру и во все времена. Менялась лишь «надстройка», а суть всегда оставалась одной и той же – всем управляет КАПИТАЛ. А что такое капитал? Согласно Википедии, капитал (от лат. capitalis «главный, основной», от корня caput — «голова, единица, штука», в значении счета скота по головам) — широкий термин, который включает в себя физический капитал (капитальные блага — здания, оборудование, программное обеспечение, запасы), финансовый капитал (деньги), человеческий капитал (образование, обучение, интеллект, навыки, здоровье). В макроэкономике, физический капитал (капитальные блага, запасы капитала) рассматривается как фактор прозводства, включающий здания, оборудование, программное обеспечение, запасы (оборотные активы). В международной экономике слово «капитал» используется как в значении финансов (валюты и ценных бумаг), так и в более широком значении. К международной экономике относятся термины «вывоз капитала», «бегство капитала», «счет движения капиталов», и частично «рынок капиталов», когда речь идет о мировом рынке капиталов. Термин рынок капиталов обозначает часть финансового рынка, на котором обращаются длинные деньги, то есть денежные средства со сроком обращения более года. Размещение активов в производство или сферу оказания услуг с целью извлечения прибыли называют также капиталовложениями, или инвестициями.
В современном бухгалтерском учете как самостоятельный, термин «капитал» не используется, но есть ряд близких показателей финансового анализа, например, собственный капитал — разница между стоимостью активов компании и суммой ее обязательств. Обычно эта величина формируется за счет уставного капитала (взноса владельцев компании), добавочного капитала (переоценка имущества, эмиссионный доход), нераспределенной прибыли и резервов (формирующихся из прибыли). Капитал, вовлеченный в экономический процесс, находится в постоянном движении. Чаще всего, отправной точкой служит денежный капитал, который авансируется на приобретение средств производства и рабочей силы. В процессе производства экономические факторы взаимодействуют, в результате чего выпускается готовая продукция или оказывается услуга, которые через рынок меняют товарную форму вновь на денежную. Авансированный денежный капитал возвращается к своему владельцу. Д → Т → Пр → Т’ → Д’. Целью этого движения капитала является получение прибыли. Но конечный результат в каждом конкретном случае зависит от множества факторов, как производственного характера, так и ситуации на рынке. Владелец капитала может вместо ожидаемой прибыли в конечном итоге получить убыток. Прибыль подсчитывают как разницу между доходами (выручкой от реализации товаров и услуг) и затратами на производство или приобретение и сбыт этих товаров и услуг. Существуют различные взгляды на экономическую природу прибыли. Конъюнктурные теории: В результате каких-то внешних причин изменяется рыночная конъюнктура (например, произошло повышение спроса на товар из-за случайного упоминания известными людьми), что приводит к изменению выручки. Но затраты остались неизменными, нет причин выплачивать владельцам факторов производства доход сверх прежнего. Часть дохода, нераспределенная между владельцами производственных факторов, и есть прибыль или убыток фирмы. Монополия: Фирма получает прибыль вследствие нарушения конкурентного равновесия из-за доминирования на рынке с элементами диктата цен вплоть до полной монополии. Прибавочная стоимость: Карл Маркс показал в «Капитале» (1867 год), что основу прибыли составляет прибавочная стоимость. При этом не происходит обмана или принуждения. Прибыль образуется из-за того, что специфический товар «Рабочая сила» способен создавать новую стоимость, размер которой превышает реальный размер стоимости самой рабочей силы. Часть прибавочной стоимости трансформируется в форму «затрат» — проценты по кредиту, рента, налоги, надбавки к зарплате. Оплата услуг предпринимателя: Ж.-Б. Сэй (1767-1832) и ряд других экономистов сводили прибыль к плате капиталисту за управление предприятием, не отличающейся принципиально от заработной платы рабочих. Инновации: Прибыль является результатом осуществления нововведений, это доход особого фактора производства — предпринимательства. Риск: Прибыль как компенсация предпринимателю за несение им «бремени риска» за успех или неуспех своего дела.
Адам Смит различал понятия основного и оборотного капитала («Исследование о природе и причинах богатства народов»): Основной капитал используется во многих циклах производства, переносит свою стоимость на продукцию по частям за время своей службы в форме амортизации (например, станок). Оборотный капитал используется только в одном производственном цикле, переносит на продукцию свою стоимость всю сразу (например, мука при выпечке хлеба). Карл Маркс при анализе прибавочной стоимости предложил разделять капитал на постоянный и переменный: Постоянный капитал — все затраты, кроме заработной платы; на результат производства переносит свою стоимость (сразу или по частям), но не изменяет ее совокупный размер. Переменный капитал используется для найма рабочей силы, имеет форму заработной платы, в процессе производства вместо стоимости потребленного переменного капитала создается новая стоимость, размер которой обычно больше потребленной. Обычно, целью владельцев компаний является получение прибыли. В соответствии с гипотезой Маркса, прибыль является формой проявления «прибавочной стоимости». Маркс считал, что прибавочную стоимость создает только переменный капитал, а постоянный капитал создает условия, которые распространяют право собственности капиталиста на весь продукт, в том числе, и на прибавочную стоимость. Отношение размера постоянного капитала к размеру переменного Маркс назвал органическим строением капитала. Конкуренция и стремление к увеличению прибыли приводит к увеличению применения машин. Маркс считал, что стоимость постоянного капитала растет быстрее стоимости переменного капитала (затрат на рабочую силу), вследствие чего, по теории Маркса, должна наблюдаться тенденция нормы прибыли к понижению. В. И. Ленин так определил сущность финансового капитала: «Концентрация производства; монополии, вырастающие из нее; слияние или сращивание банков с промышленностью — вот история возникновения финансового капитала и содержание этого понятия». По его мнению, возникновение финансового капитала — один из основных признаков империализма. Однако, как ни крути, но теми же признаками (с их определенными вариациями) обладает и социализм (или «социальный капитализм»). Ряд авторов выделяют и человеческий капитал, который состоит из знаний, умений, навыков. Впервые термин использовал Теодор Шульц в ряде работ конца 1960-х годов. Некоторые экономисты (например, Эдвард Денисон) считают, что в современных условиях человеческий капитал формирует значительно больше прибавочной стоимости, чем обычный капитал.
Короче говоря, никакая экономическая и производственная деятельность невозможна без наличия у участников этой деятельности того или иного КАПИТАЛА. А стало быть, любой общественно-политический строй, опирающийся на экономическую и производственную деятельность, является КАПИТАЛИЗМОМ. Не является исключением и коммунизм. А его главное отличие от всех других видов капитализма заключается в коммунистических (братских) отношениях между людьми в масштабах целого общества, а не только внутри одной семьи. Другими словами, любая нормальная семья является «коммунистической ячейкой». А главная трудность в построении коммунизма заключена в объединении всех существующих «коммунистических ячеек» в одно ЦЕЛОЕ. В любом случае, каждый новый вид капитализма выстраивается на месте и после смерти предыдущего вида. Так что после ожидаемой смерти «агонизирующего бандитского капитализма», на его месте должен появиться новый вид капитализма — «коммунистический капитализм». Причем, опять-таки, хотите Вы того или нет. А что это такое? Если совсем кратко, то, по мнению автора этого сайта, «коммунистический капитализм» — это СОЦИАЛЬНЫЙ (а не индивидуальный) ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ (а не финансовый) ГОСУДАРСТВЕННЫЙ (но не монопольный) КАПИТАЛИЗМ, опирающийся на братские (коммунистические) отношения между всеми его составными частями, в том числе, и в первую очередь, между ВЛАСТЬЮ и НАРОДОМ. С другой стороны, капитал — это состояние, накопления, сбережения и сумма благ в виде материальных, интеллектуальных и финансовых средств, используемых в качестве ресурса в целях производства большего количества благ. А стало быть, любой капитализм предполагает расширенное воспроизводство. Однако Земля имеет вполне определенные размеры, и безгранично расширяться на ее поверхности ни у кого НЕ ПОЛУЧИТСЯ. А стало быть, после реализации «коммунистического капитализма» необходим постепенный переход от расширенного воспроизводства к простому воспроизводству или экспансия за пределы Земли. Причем, исполнение первого требования диктуется Мирозданием уже сегодня, ну а с исполнением второго – можно и подождать какое-то время. Вот мы с Вами и выявили главную цель нового вида капитализма – постепенный переход от расширенного воспроизводства к простому воспроизводству. И достичь этой цели без братского отношения «всех со всеми» точно не получится. А стало быть, построение коммунизма – так же НЕИЗБЕЖНО, как и смерть «агонизирующего бандитского капитализма». И в заключение оценочные авторские расчеты по суммарной вероятности такого исхода (при ее нормальном распределении во времени): к концу 2024 года – 0,2; 2026 года – 0,6; 2028 года – 0,8; 2030 года – 0,9; 2032 года – 0,95; 2034 года – 0,975; 2036 года – 0,9875.