Про капитал и капитализм
Согласно Википедии, капитализм — это социальная и экономическая система производства и распределения, основанная на частной собственности, юридическом равенстве и свободе предпринимательства. Главным критерием для принятия экономических решений является стремление к увеличению капитала. Понятие «капитализм» — это экономическая абстракция, в которой выделены характерные черты экономики на определенном этапе ее развития и при этом отброшены менее значимые. Реальная экономика конкретных стран никогда не основывалась только на частной собственности и не предоставляла полной свободы предпринимательства. Всегда в той или иной мере присутствовали несвойственные капитализму черты — сословные привилегии, государственная собственность, ограничения на владение имуществом, в том числе ограничения на размеры недвижимости или земельных участков, таможенные барьеры, антимонопольные правила и т. п. Часть из них являются наследием предыдущих эпох, часть — следствием развития самого капитализма. Если внимательно прочитать данное определение и «пошевелить мозгами», то получается только одно, вся человеческая история, о которой мы знаем, проходила при капитализме, как в библейские времена, так и в новые. Ведь главной движущей силой этой истории во все времена являлась «капиталистическая экономика», которая постепенно вырождалась, превращаясь в «монетаристскую хрематистику», которая и вызывала «печальный конец» каждого «умирающего общественного строя». После чего зарождался новый строй все с той же «капиталистической экономикой». Примерно так же рассуждает и Матвейчев в своей статье — «Имиджевая проблема Капитала». «1. Со времен Маркса мы помним, что капитал ассоциировался с большой финансовой массой и отличался эксплуататорской сущностью. А главное в этой сущности составляла почему-то прибавочная стоимость, которая, по сути, есть зарплата инвестора, капиталиста. Почему большая сумма денег – грех, а малая нет? Водителю тягача всегда платят больше, чем велосипедисту. Почему накопить греховнее, чем просадить? Но самое интересное, что Маркс вообще не рассматривал такой вид приобретения капитала, как Грабеж. Или золото тамлиеров, сограбленное со всего света – от моря до моря — не считается капиталом? Тогда чем? Почему невинная прибавочная стоимость стала греховнее, чем огульное тотальное ограбление? Да и можно ли награбленное считать капиталом? Или все, что сокровища, можно считать награбленным? Все, что капитально – греховно и преступно? Но тогда почему Маркс вообще не поднял вопрос об основных в истории накоплениях, которые всегда имели криминальную природу. И пресловутые картинки буржуев на куче золота и пачках денег – просто марксовский обман.
Такое понимание капитала привело к непониманию многих сопутствующих процессов и Русской катастрофе. У нас есть доказательства того, что понимание капитала Маркса есть, скорее, непонимание его. Или он просто выразил злой умысел неких хитрецов, которые заказали Марксу испортить имидж Капиталу. И оттолкнуть людей от работы с Капиталом и даже его выразителем – Деньгами. Все, что говорили большевики о негодяях «капиталистах», на самом деле применимо только к монетаристам. Непонимание этого обстоятельства повлекло за собой создание монетаристского государства – которое зарабатывает как Эмитент. Отняв частное право управления с помощью денег у Многих, Государство сосредоточило это право в Одних руках. Но природа не меняется. Это не капитализм, а монетаризм. Но как следствие этого неминуемо крушение монопольного монетаризма. Это касается перспектив любой организации, опирающейся в своей деятельности только на деньги, точнее, — на деньги, оторванные от создаваемой стоимости, от Капитала. Монетаризм как система обречен на крушение в силу того, что он не обращает внимания на всю стоимость, но — только на ту, что порождает деньги, включая разрушение, — лишь бы она давала прибыль. Но мир наполовину состоит из Капитализирующих Убытков – к примеру, детей, которые по монетаристской логике не должны вообще существовать, поскольку надолго-убыточны, а по логике Капитальности дети — капитализирующий Гарант Будущего. Здесь и возникает антагонизм Капитала и слепых, грабительских Денег. Не случайно срок жизни Капитала сотни лет, а цикл всех в мире денег не более 30 лет. Капитал по имени картина «Джоконда» пережила пятьдесят денежных волн – 49 из которых уже давно на кладбище бонов, а картина капитализирована во всех в мире валютах. Вот и разница. Несчастная и криминальная история Денег с их короткой жизненной судьбой – имиджевая проблема Капитала, поскольку на него вешают «денежные» проблемы. 2. Борьба с Капиталом – это борьба с Головой. Так по определению. Капитал – то, что исходит из Головы. И бороться с капиталом все равно, что бороться со своей жизнью. Ты не получишь ни капитальных оснований, ни капиталовложений, ни капиталоемких проектов и проч. Останешься Всадником без головы – куда испуганная лошадь – туда и ты. Как в одноименном романе Майн Рида» (Matveychev). Вы наверняка спросите, причем здесь голова? А вот причем — капитал (от лат. capitalis «главный, основной», от корня caput — «голова, единица, штука», в значении счета скота по головам) — стоимость, используемая для получения прибыли посредством производственной и экономической деятельности, основанной на добровольном обмене. Капитал не просто стоимость, а самовозрастающая стоимость. Размещение активов в производство или сферу оказания услуг с целью извлечения прибыли называют также капиталовложениями, или инвестициями.
Как самостоятельный, термин «капитал» в современном бухгалтерском учете не используется, но есть ряд близких показателей финансового анализа, например, собственный капитал — разница между стоимостью активов компании и суммой ее обязательств. Обычно эта величина формируется за счет уставного капитала (взноса владельцев компании), добавочного капитала (переоценка имущества, эмиссионный доход), нераспределенной прибыли и резервов (формирующихся из прибыли). Капитал в экономике — ресурсы, которые могут быть использованы в производстве товаров или оказании услуг. В классической экономике один из трех факторов производства; два других — земля и труд. В классической политической экономии под «капиталом» обычно подразумевается физический (реальный, производственный) капитал. То есть, используемые для производства товаров и услуг средства производства: машины, оборудование, здания, сооружения. Чтобы вещь считалась капиталом, она должна обладать следующими характеристиками: Ее можно использовать при производстве других товаров (является фактором производства). Она является результатом переработки (необработанные природные ресурсы — например, полезные ископаемые — относятся к земле). Не используется целиком в процессе производства (что отличает капитал от сырья или полуфабрикатов). Современные авторы считают, что капитал находит отражение в корпоративных правах (например, в суммарной стоимости акций — капитализации). В отличие от этого, инвестиции являются увеличением капитала за некий период, например, за год. Такой подход рассматривает капитал как стоимость, зафиксированную по состоянию на некое время, а инвестиции — как действие по привлечению/размещению средств за период, капиталовложения, финансовый поток. Для классической политической экономии характерно отождествлять любые средства труда как физический капитал. Маркс считал такой подход неточным и характеризовал термин «капитал», как «самовозрастающую стоимость». Маркс не отождествлял капитал с определенным видом имущества. Он подчеркивал значение комплекса общественных отношений, которые рассматривал необходимым условием «самовозрастания» стоимости. По мнению Маркса, средство труда может стать капиталом (принесет стоимости больше, чем его собственная стоимость) только тогда, когда его владельцы прямо или косвенно вступят в экономические отношения с владельцами рабочей силы. Например, сам по себе металлорежущий станок не приносит своему владельцу никакой новой стоимости. Использование станка лично владельцем не превращает станок в капитал. Даже если продукцию владелец не потребляет сам, а продает, то часть выручки будет амортизацией оборудования, а вторая часть — оплатой труда работавшего хозяина станка, которая не является ни заработной платой, ни прибылью, но объединяет их в себе.
«Капиталом» станок становится лишь после найма рабочего или сдачи станка в аренду, так как лишь в этой ситуации полученное сверх амортизации разделяется на выплаченную заработную плату и прибыль владельца станка. Капитал возникает лишь там, где владелец средств производства и жизненных средств находит на рынке свободного рабочего в качестве продавца своей рабочей силы. «Капитал — это не вещь, а определенное, общественное, принадлежащее определенной исторической формации общества производственное отношение, которое представлено в вещи и придает этой вещи специфический общественный характер. Капитал — это не просто сумма материальных и произведенных средств производства. Капитал — это превращенные в капитал средства производства, которые сами по себе столь же являются капиталом, как золото или серебро сами по себе – деньгами» («Капитал», Карл Маркс). Подход Маркса предполагает раздельное владение средствами производства (у капиталистов) и рабочей силой (у рабочих). Но первоначально работники обычно были собственниками средств производства. Поэтому выделяют подготовительный период первоначального накопления капитала. Автором термина является Адам Смит. Маркс на примере стран Европы показал, что происходило принудительное лишение средств труда мелких собственников, после чего они становились наемными рабочими. Маркс считал, что подобные процессы необходимы для создания условий капиталистической системы. В то же время примеры Северной Америки и Австралии не вписывались в эту схему. Современные авторы отмечают, что на первом этапе английской индустриализации большинство предпринимателей составляли крестьяне, но были и представители других социальных групп — торговцев, землевладельцев, протестантских общин, а вовсе не те, кто воспользовался преимуществами от огораживания. На сегодня фактором накопления капитала рассматривается сбережения и аккумуляция инвестиций, например, через банковскую систему, но не насильственные меры. Маркс отмечал, что есть минимальный предел размера стоимости, пригодной для превращения в капитал. Маркс предположил, что минимальный размер переменного капитала равен затратам для найма одного работника на период цикла оборачиваемости. Минимальный размер постоянного капитала равен затратам на покупку сырья, материалов, амортизацию оборудования, необходимых нанятому рабочему на период цикла оборачиваемости. Сумма этих минимальных размеров дает наименьшую величину стоимости, которую получится превратить в капитал. При этом сумма полученной прибыли может оказаться значительно меньше, чем зарплата рабочего. Маркс предполагает, что реальный минимум будет выше в несколько раз, чтобы прибыль обеспечивала не только уровень жизни выше, чем у рабочего, но и позволяла наращивать размер капитала. Хотя этот минимум зависит от многих факторов, он вполне конкретен в рамках рассматриваемого общества, исторического периода, отрасли деятельности. В 9 главе 1-го тома «Капитала» Маркс отмечает, что некоторые отрасли производства изначально требуют такого минимума капитала, которого нет в руках отдельных индивидуумов. В этом случае частные лица либо опираются на государственные субсидии, либо объединяют свои средства со средствами других лиц, например, в форме акционерных обществ.
Согласно воззрениям Вазгена Авагяна, «труд существует в сочетании «конструмента», «инструмента» и «кводомента». Конструмент – то, из чего делают (руда для металлурга), инструмент – то, чем делают (плавильные печи + образование, профессиональная квалификация металлурга), кводомент – то для чего делают. Соответственно, если делать не из чего – труд невозможен, если делать нечем или некому – тоже, и если делать нет смысла – труд в экономическом смысле тоже невозможен». Определение Авагяна описывает не капитал, а ТРУД, однако труд и капитал – неразделимые сущности (как материя и сознание) – где одна, там и другая. Каждое из приведенных выше определений капитала содержит истину, однако ни одно из них не содержит полную истину. А потому, попробуем собрать лишь одно единственное определение, используя все остальные. И вот что получилось у автора: «КАПИТАЛ – это совокупность «конструмента», «инструмента» и «кводомента», а также субъекта (работодателя) и объекта труда (наемных работников) вместе с производственными отношениями между ними. И все это многообразие измеряется одной и той же сущностью – деньгами». Возможно, именно это обстоятельство и вызвало такую многоголосицу с определением капитала. Авторское же определение лишено этого недостатка, так как оно не противоречит никакому другому определению. И оно позволяет понять, что все пережитые человечеством общественно-политические формации, включая социализм, представляли собой одну и ту же сущность – КАПИТАЛИЗМ, каждая со своими специфическими особенностями. Более того, «светлое будущее» в виде «государственного коммунизма» возможно только в той же самой форме – производственный (а не финансовый), социальный (а не индивидуальный), братский, (а не бандитский), государственный (но не монопольный) КАПИТАЛИЗМ. Увы и ах, но коммунизм Энгельса и Маркса – это, хотя и красивая, но недостижимая УТОПИЯ. И недостижима она, так же, как и «мирное небо над головой» в течение длительного времени, из-за отдельных особенностей человеческой психики (так уж мы с Вами устроены природой). Ну а в чем эти особенности отвечает Николай Выхин в своей статье – «Бесноватость как фактор истории, или про зло: относительное и абсолютное». «Жили-были люди на планете, и было у людей зло. Делилось это зло на абсолютное и относительное. Относительное понять проще: «если сосед угнал у меня коров – это «зло» (а если я у соседа – то «добро»). Относительное зло потому и называется «относительным», что оно не для всех зло, и не всегда. Классика капитализма: человек любит своих детей, и потому ненавидит ваших. Он боится, что ваши займут завидные места – и его детям завидных мест не останется.
Коммунисты предлагали сделать так, чтобы завидных мест не осталось, или все места стали завидными (это одно и то же), но их, если помните, «послали»… Чтобы продолжить готтентотскую возню с коровами: вредить и гадить чужим детям, с целью пропихнуть и продвинуть своих. Писатель А. Леонидов в романе «Стая» дал классическую формулу базовой психологии человека при капитализме: «Нет никаких «нас»! Или я живу вместо тебя, или ты живешь вместо меня». Зло относительно – если оно не ко всем злобно: обижая одних, оно, в то же время, проявляет заботу о других, и в этом его относительность. Формула «цель оправдывает средства», которую много критикуют за цинизм, тем не менее, имеет смысл лишь в одном случае: если цель высока и благородна. Если же цель грязна и низменна, то, как она может оправдать грязные и низменные средства. «Я вас убиваю, чтобы убить» — где тут «цель оправдывает средства»? Человек, сохраняющий разум, связное мышление – не может перейти к абсолютному злу, пока не утратит их. Его зло всегда относительно: он утешает себя тем, что ненавидит не всех, и не навсегда, а только некоторых, вставших на пути его амбиций, и только на время. А так-то, вообще, стоит ему достигнуть цели – и он вернется в лоно традиционной морали… Тот, кто угнал у соседа коров – соседа, конечно, огорчил. Но себе благ прибавил, а коровам – разницы нет, кто хозяин. Это пример относительного зла. Человек другому зла возжелал, но не себе, и не своим близким! Относительное зло – зло в том виде, в каком понимают его материалисты. Понимая его в таком виде, выводя из корысти (сделал вред другому, чтобы себе сделать пользу) – материализм дает свой наивный, неадекватный ответ по борьбе со злом: а давайте никто никому вредить не станет, а только все друг другу пользу приносить! Так же всем лучше, всем удобнее, согласитесь?! Ну что вам, готтентотам, этих коров туда-сюда гонять, только себя мучить и животных! Давайте лучше повышать производительность мясного и молочного животноводства – чтобы коров стало больше у каждого! Ответ на зло – не скрою, симпатичный. Он мне нравится. Мне проект «СССР», ради него запущенный, нравится. Но слово «запущенный» в русском языке коварно: у него два значения. «Запустить» можно Спутник в Космос, а можно и болезнь «запустить»… Понятно, что базовая формула рыночной жизни «или я живу вместо тебя, или ты вместо меня», не допускающая радости ВМЕСТЕ (а только вместо) – тягостная, мучительная, изнурительная. «Если каждый пытается обмануть каждого, то в итоге всем тяжело и безрадостно жить» — фраза, скорее банальная, чем сенсационная. Немудрено, что она плодит стрессы и неврозы. Человек, упорно желающий другим того, чего не желает себе – не только постоянно в страхе возмездия за свои вредительские проделки, но и без того морально страдает. Вымороченные чужим горем «успехи» — горьки на вкус и уродливы, и ситуация глубокой несчастливости при экономическом базисе «все есть» — тоже классика капитализма.
И если бы дело обстояло так, как говорят материалисты – люди бы давным-давно «отреклись от старого мира», осознав холодным разумом огромность и бессмысленность страданий взаимного вредительства. Тем более что Разум много веков принимает попытки это сделать. Вначале он сформулировал мораль, настоянную (и настаивающую) на «золотом правиле нравственности» — как научную рекомендацию для общества, желающего жить счастливо. Увидев, что простых рекомендаций недостаточно, Разум попытался закрепить их в законодательстве, навязывая (уже принудительно, а не как консультант) «минимум добра» обществу, как обязательное для исполнения условие разумной жизни. Если бы в мире не существовало АБСОЛЮТНОГО ЗЛА, то ко дню рождения Карла Маркса на планете уже много веков бы царил коммунизм (может быть, называемый другим словом – да не в словах же дело). Нечто, подобное социализму и коммунизму, изначально встроено в саму матрицу цивилизации, является спинным хребтом, и спинным мозгом ее логики, очевидным через все мировые религии смыслом ее возникновения, движения и существования. Если изъять из цивилизации движение к обществу справедливому и разумному, то встанет вопрос: зачем тогда человечество выходило из пещер? Куда, в этом случае, оно пять тысяч лет ломится – если ни справедливого, ни разумного устройства общества ему не нужно?! Немудрено, что идеологам антикоммунизма приходится объяснять всю цивилизацию как психическую болезнь свихнувшейся обезьяны: другого-то ей объяснения при блокировке коммунизма найти невозможно. Коммунизм вполне вправе повторить, вслед за Христом: «Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне» (Ин. 5:39). Апостолы чего строили, если не колхоз?! Ну, объясните внятно! По этому случаю позволю себе перефразировать «мысль беспокойного старика Иммануила»: «согласитесь, в области разума никакого доказательства блага антикоммунизма быть не может». Если коммунизм строят неправильно (что весьма возможно) – значит, надо настаивать, чтобы исправлялись: но это не есть антикоммунизм. Указать другой путь — не значит, отказаться от целей пути. Антикоммунизм – это отрицание самого существования справедливых и разумных форм жизни. Это поклонение слепой случайности и кровожадным «богам», подобных ацтекским и финикийским. Это отрицание Разума (потому что «разумность» и «планирование» – синонимы), убеждение в непознаваемости отношений между людьми, которые потому и нельзя поправить. Ведь если мы что-то способны познать, то, стало быть, и управлять этим сможем! В каком случае громоотводы принципиально невозможны? В том случае, если мы принципиально признаем природу молнии непознаваемой, непостижимой – как рыночники делают с рыночными отношениями. «Удалить из них зло невозможно, потому что нельзя их постичь»…
Всякое зло, имеющее целью выгоду – остается относительным злом, потому что выгода сама по себе – не зло. Человеческая корысть, даже самая низменная, способна произвести на свет лишь относительное зло, чья слабость в подконтрольности разуму. Относительный злодей — пока не стал абсолютным — расчетлив, себялюбив, и как только подсчитает, что убытки от злодейства превышают прибыль – откажется злодействовать. На чем, собственно, и строили свой наивный расчет марксисты. Нет никаких сомнений, что с относительным злом они бы разобрались, как повар с картошкой. Но коммунисты прозевали грозное предупреждение великого психиатра К. Юнга: — Всякий успешный психиатр обязательно становится мистиком, потому что сталкивается с такими формами зла, которые невозможно объяснить никакими поломками психики; я называю это «абсолютным злом». Далее Юнг добавлял, что «абсолютное зло» — примерно 2% в совокупности психических расстройств, 98% которых можно объяснить (так или иначе, с натяжкой) бытовыми причинами, «воздействием среды» на больного. Но есть в психике и то темное начало, которое являет собой не поломку разума, а в полном и прямом смысле антиразум, остро и системно ненавидящий и человека, и жизнь. Убаюкав себя тем, что в области разума никаких опровержений коммунизму нет, коммунисты искали зло в экономике, в сфере материи, бесноватость же, захват человека бесами – вообще не рассматривали. Жизнь посрамила такой подход, отрицающий реальность абсолютного зла (о котором предупреждал великий Юнг), доказав, на опыте той же Украины, что костяк антикоммунизма – вовсе не расчетливые, связно мыслящие эгоисты-корыстолюбцы. И не «сребролюбие» движет антисоветизмом. Главная опора антисоветизма (и теперь это уже видят все, кто не совсем слепой) – БЕСНОВАТЫЕ. Абсолютное зло, с точки зрения разума непостижимо, оно приводит разум к коллапсу – потому что оно бесцельно, бессмысленно, беспочвенно, безысходно, алогично. Столкнувшись с абсолютным злом – КПСС абсолютно спасовала (что мы и видели). У выпускников школ марксизма-ленинизма, вскормленных на материализме, разум в определенный момент отказался принимать информацию из внешнего мира, потому что не в состоянии был ее аналитически переварить. Материалист может понять зло корыстное, зло, связанное с прибылью, с выгодой частного собственника. Но если мы говорим о колоссальном вредительстве, например, Хрущева – то встает неразрешимый для атеистов вопрос: а он-то какую выгоду искал?! Он был идиотом? Но как идиот может так виртуозно вредительствовать, поражая «десять из десяти» несущих опор всей советской конструкции? Он притворялся идиотом, было дело, но судя по его делам – был хитрейшей бестией, которая, в жажде зла, умела «в памяти сотней губерний ворочать» и «взвешивать мир в течении ночи». Но в чем – исступленно бьется головой об стол материалист – в чем выгода Хрущева?! Он же не дожил до приватизации, и, как умный человек, понимал, что не доживет! Он разрушил человечеству светлое будущее, всем людям Земли, и, может быть, уже непоправимо – но что он за это получил?!
Это не праздные вопросы. На этих вопросах сломалась вся логика КПСС, в рамках которой Сталин был параноиком, а предательство вождей высшего уровня невозможно (ибо такие вожди потеряют собственную же власть, собственную выгоду – как и случилось с Горбачевым). А когда жизнь доказала, что Сталин не был параноиком, что разветвленный заговор в верхах – реальность, ставшая очевидностью, а вожди предают то, что они же и возглавляют (по сути, самих себя, весь свой жизненный путь к личному успеху) – коллективный разум марксистов впал в кому. Потому что объяснение мировых процессов в рамках материализма логически рассыпалось, поведение людей стало невозможно объяснить за пределами их забесовления. Сегодня сатанизм тащит человечество к ядерной войне – а марксисты все еще мурлыкают: «ради сверхприбылей корпораций». Каких сверхприбылей?! Сидеть в бункере под радиоактивным пеплом?! Ребята, ну какая в этом прибыль? Любой, кто обладает связным разумом – давно бы отыграл назад, а сатанисты – не отыгрывают… Если зло порождено корыстью – оно управляется логикой. Если же зло исходит от «духов злобы поднебесной» — оно не имеет логики. Бесноватый украинского типа представляет принципиально новый фашизм, ранее немыслимый. Дело в том, что в прежних фашизмах и нацизмах «сверхчеловеком» был представитель их нации. Немецкий нацизм видел сверхчеловеком немца, итальянский фашизм – итальянца. Муссолини завоевывал Эфиопию не для англичан, а для себя! Это – при всей адской жестокости – еще можно логически понять… Фашизм украинского дегенерата таков, что сверхчеловеком в нем является заокеанский англоязычный дядька, сами же носители украинства рассматриваются лишь как служебные собаки при сверхчеловеке-англосаксе. И все то страшное, что делает украинский дегенерат – он делает не для себя, а для заморского хозяина, избегающего для себя опасностей войны. В случае победы украинского «фашизма в версии для недочеловеков» самого укродегенерата отправят чистить унитазы господам-сверхчеловекам, его сына разберут на органы для уважаемых господ из Лондона, а дочь продадут в бордель для сверхлюдей «правильной» расы. Гитлеровец рисковал, завоевывая землю для себя, чтобы самому на ней стать господином. Украинский дегенерат завоевывает землю, чтобы отдать ее своим хозяевам, подобно тому, как пес приносит охотнику утку, не имея права съесть ничего, кроме хозяйских объедков, если хозяин соизволит их кинуть.
Никакими средствами разума понять это невозможно: это или бесноватость в чистом виде, или… или разум впадет в кому, как у марксистов, бессильных объяснить встреченное на жизненном пути абсолютное зло. Любой негодяй, каким бы корыстным он ни был – управляется собственными мозгами. А это значит – что всегда учитывает инстинкт самосохранения, и не нападает на тех, кто его крупнее и сильнее. Активность корыстного негодяя исходит из размеров предполагаемой прибыли. Отсюда и понравившееся К. Марксу высказывание Т. Даннинга: «нет такого преступления, на которое не пойдет капитал ради прибыли в 300%». Но Даннинг говорил не только об этом. Он говорил и о том, что если прибыль составляет 3%, а не 300%, то капитал проявляет «боязливую натуру», не то, что преступления, а и простого действия совершить не готов. А украинский дегенерат действует прямо и последовательно вопреки всякой мыслимой собственной прибыли, поперек всякой выгоды для себя и своей семьи. Украинский дегенерат уникален тем, что воюет не за чужое порабощение (за это воевали, увы, многие народы, жаждавшие господства), а мазохистски, за свое порабощение (отдать все, включая и конечности, чтобы потом на культяпках ползти лизать туфли очередному Борису Джонсону). Бесноватые – это те, в кого вселился бес. Бес уже не соблазняет, а командует, управляет утратившей себя личностью. У бесноватых – что и демонстрируют носители укропатологии – нет никакого своего ума, нет никакого собственного «Я». Нет у них и «готтентотской морали» — потому что готтентот воровал коров у соседа для себя. Управляемое бесом чудо-юдо глухо ко всем аргументам разума. Его невозможно переубедить никакими доказательствами ущерба, который он наносит сам себе и своим близким. Он в состоянии, которое психиатры называют «не в себе». Управляет такими постлюдьми дух абсолютного зла. Абсолютное зло отличается от относительного тем, что оно – является злом для всех людей на свете, а не для какой-то адресной группы. Одержимый абсолютным злом не хочет себе никакого добра так же, как и своей жертве. Его злодейство бескорыстно, и чаще всего ему самому в ущерб. Корыстный злодей ворует коров у соседа – для себя. Чтобы, ценой зла соседу – нарастить добро себе. Одержимый бесами не ворует коров, он их убивает и скармливает крокодилу, чтобы потом самому пойти вослед коровам крокодилу в пасть. У бесноватых нет цели личного обогащения, личного блага и благоустройства – какую, несомненно, имеет хитрый дикарь в притче о «готтентотской морали». Поскольку бесноватый для беса – всего лишь оболочка, «кондом» — то бес нисколько не заботится об этой одноразовой оболочке, не бережет ее достатка, здоровья, жизни. Бес ведет бесноватого к страшному, омерзительному и бессмысленному концу (украинство – яркий тому пример), после чего покидает труп и начинает искать новую жертву.
Материалист же остается не только с изувеченным трупом бесноватого на руках, но и в мучительном недоумении: зачем?! Пытаясь отыскать в поведении бесноватого расчет – сам сойдешь с ума. Потому что там очевидным образом нет расчета, никакого. И вся жизнь бесноватых – лишь глумление беса над марионетками, игра кошки с мышкой перед пожиранием. Нельзя отыскать никакого корыстного расчета средствами разума у тех, кто избрал себе президентом клоуна, а мэром столицы боксера с отбитой головой, и ждал от них манны небесной. Нельзя отыскать никакой корысти у тех, кто продолжает умирать (и убивать – вот что самое страшное) за власть просроченного клоуна, чудовищной насмешки сатаны над постом президента, здравым смыслом и человеческим разумом. Нет там никакого капитализма – ни производительных сил, ни производственных отношений. Есть только очень жестокое существо, нечеловеческой сущности, которое смеясь, убивает, и убивая – смеется. Клоун Ада. Бесноватые обречены не потому, что их уничтожит противник, а потому что они сами себя обрекли, потеряв личности и самосознание, превратившись в кукол беса. Собственно, и вооруженный противник бесноватым нужен не для того, чтобы чего-то у него украсть (бесноватым для себя ничего не нужно), а только как инструмент самоуничтожения бесноватого. По формуле – «если много и грязно убивать всех, кого встретишь, то, наверное, убьют и меня, а мне (хозяину моему) того и нужно!» Есть снаряды зажигательные, есть бронебойные, есть осколочные: каждый убивает по-своему. Но если создать некий мега-снаряд, то в нем будут сочетаться и зажигательные, и бронебойные, и осколочные, и все прочие убийственные свойства. Получится такой «универсальный убийца» — сразу на все случаи пресекаемой жизни. Именно так англоязычные ученые доводили до кондиции полуфабрикат австрийской, польской и гитлеровской злобы – украинство. По замыслу вивисекторов, нужно было создать «универсального ублюдка», который сочетал бы в себе сразу все проявления инфернальности, все грани человеческого «низа», а не только какую-то одну. Берем человеческую культуру, мировой фольклор и мировую классику литературы, философии. Оттуда делаем выжимку: список достоинств человек по версии человеческой цивилизации. Попутно изумляемся единству представлений о человеческом достоинстве у ВСЕХ народов земных. Попробуйте – сами убедитесь: венгерская или испанская сказка видит черты и свойства героя такими же, как алеутская или монгольская, а представление о добродетели и злодеях у Диккенса совпадает с Достоевским…
Составив общечеловеческий список достоинств, англоязычный сатанист-вивисектор вычисляет противоположности. Подлость противоположна благородству, предательство – верности, лживость – правдивости, жестокость – великодушию, садизм – человечности, вороватость – честности, наглость – скромности, тупость – разумности и т. п. Так возникает полный список пороков по версии человеческой цивилизации, полный список тех качеств человека, которые мешают ее прогрессу. Для англоязычного вивисектора этот список и есть набор свойств, который он должен внедрить своему украинскому продукту. То есть сформировать беспросветного ублюдка, который не имел бы никакой светлой стороны в своей психике. Такой универсальный ублюдок и должен был стать «универсальным снарядом», которым англосаксы «жахнули» по мировой цивилизации, одновременно и поджигая ее, и прошивая все ее панцири, и решеча ее осколками. Это не человек и не животное – это Смерть, обретшая плоть, материальное тело, конечности. Смерть во всем противоположна жизни – а украинство – человеческой цивилизации. Отнимая чужие жизни, украинство не может, и не хочет, и не в состоянии задуматься о собственной. Страшной саранчой оно пожирает науку и культуру, экономику и демографию, инфраструктуру и моральные устои, семью и брак, оно аннулирует и высшие мечты человеческого гения, и самые банальные инстинкты живого существа, связанные с его выживанием. Чем может смерть наградить своего служителя за службу: только собой же, то есть смертью! Если вначале «адвокаты дьявола» пытались выставить украинство какой-то «альтернативной формой жизни», то время развеяло их, и без того не слишком убедительное вранье. Украина – это не борьба «демократии» с «тоталитаризмом», ибо демократия отменена там официально (и никто из дегенератов даже не спросил – «за что боролись?»). Это не борьба одной экономики против другой, не борьба народа с другим народом, не традиционная для капитализма попытка устроится жить поудобнее ВМЕСТО кого-то выдавленного из жизни. Это в полном и прямом смысле слова нападение Смерти на Жизнь. Представленное с той стороны бесноватыми. Если свинью заразить бешенством – то свинья будет атаковать всякого встречного, не думая ни о своей безопасности, ни о своем пропитании. Все заботы, обычно томящие живое существо, пока оно не свихнулось – под влиянием вируса бешенства, испаряются. Живое существо больше не видит ни своих выгод, ни своих убытков, ни угроз себе: оно одержимо, и по структуре психики – узко-маниакально. Запад создал патологическую «субкультуру» поощрения и раздувания всего того (прямо по списку), чего человеческая цивилизация и мировая культура веками табуировали, призывали подавлять и выкорчевывать. Запад насажал в человеческих душах духовных сорняков, выбирая самые ядовитые и живучие сорняки, в рамках долгого и тщательного отбора.
Эту субкультуру абсолютного зла Запад применил против всех людей, но в зависимости от иммунитета заражение бешенством у разных народов пошло по-разному. Мы, например, не входя в число самых устойчивых наций, болели этим «психовирусным коктейлем» долго и тяжело, в 90-е вплотную подойдя к самоуничтожению. Но, как бы сильно не покалечила нас антикультура – через бред и жар начались у нас и процессы поправки… Что же касается населения Украины – то где совсем тонко, там совсем и порвалось. Там «культ всех пороков» от англосаксов – убил человека давно и совсем. Причем всякого, а не только благородного и добропорядочного. Культ всех пороков убил и вороватого человека, и подловатого, и туповатого – потому что все они, пока людьми были, о себе помнили, себя не забывали. А получились на их мясе – псы ада, которые, как и положено псам – целей хозяина не знают, не понимают, и не обсуждают, бросаясь по команде «фас» куда хозяин прикажет. И не задумываясь о собственной гибели, если послан кусать медведя… Случилось вот что: стирание человеческой личности (себя помнящей) – порождает духовную пустоту внутри тела. Свободное тело – как пустая нора, его незамедлительно отыскивает сущность тьмы, и поселяется там. Эта сущность не только живет в теле, но и ненавидит его: она, овладев телом без души, ведет это тело к гибели, причем, как показывает практика, к гибели наиболее мучительной, садистской: «[бесы], выйдя, пошли в стадо свиное. И вот, все стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде (От Матфея 8:32). Собственно, весь путь украинской бесноватости – это путь свиней к крутизне, откуда бесноватые могут бросится в море, и там погибнуть. Короче говоря: не ищите корней антисоветизма в бухгалтерии, среди финансовых потоков! Корни эти следует искать в гримуарах сатанизма, в демонологии и чернокнижии «черных магов»…» (Николай Выхин, команда ЭиМ). И окончательно освободиться от «бесноватости» люди смогут лишь в одном случае, если сумеют прожить в «светлом будущем» 96 лет (период времени смены четырех поколений людей). Вот и выходит, что выстраивать «государственный коммунизм» нам с Вами придется, существуя вместе с «бесноватыми», которые ни о каком «светлом будущем» и думать не хотят. И единственный возможный способ подобного строительства заключается в постоянном контроле над ними, и, при необходимости, в их УНИЧТОЖЕНИИ как носителей «абсолютного Зла», причем, «без страха и упрека». Чем, собственно, и занимаются наши воины в СВО на Украине — прямо сейчас.