Homo Argenteus: Пост-переломная эпоха

Вернемся в настоящее

Вернемся в настоящее

В прошлой главе мы с Вами написали Конституцию будущей Российской империи, ну а в этой вернемся в настоящее, и почитаем статью Н. Выхина под названием — «При капитализме пожирают всякого, кто не готов противостоять пожиранию» (источник: https://ss69100.livejournal.com/4053204.html). «Для современного человека, отравленного ядом либерализма, вопрос «а кому и зачем ты вообще нужен?» кажется верхом цинизма и грубости. Как это так – зачем я нужен? Я – народ! Я по конституции – первоисточник власти и приоритет всего сущего. Я, согласно философии гуманизма – мера всех вещей! Я, как говорили фараоны, сын Неба и отец Земли, я, я, я… Бла-бла-бла… А может, хватит кривляться и паясничать? Может, пришло время задуматься – как оно в жизни все устроено на самом деле, а не в больных фантазиях либеральных недорослей? Как вы думаете, актуален был для них вопрос – кому и зачем они вообще нужны? Рассказывали ли они тигру о том, какие у них неотъемлемые права по конституции? А на самом деле существуют только три реальных фактора в жизни: 1. Существует твоя собственная сила. 2. Существует сила, защищающая тебя. 3. Существует враждебная тебе сила. Если собственной силы не хватает – нужно привлечь защитную. А привлекая – самому стать для нее привлекательным, то есть полезным. Иначе, зачем ей возиться, тебя ограждать от пожирания? Кто ты Гекубе, и кто тебе Гекуба? А где в трех пунктах место идеологии человечности, запрещающей убийство, расправы, зверства? Очевидно, что такая идеология не может висеть, растворенная в воздухе, сама по себе. Она опирается на первые две силы – то есть имеет смысл только в сильных людях. Они имеют выбор: принять ее или отказаться. История показывает нам драматические сцены и того, и другого… Имеет ли смысл идеология человечности, запрещающей всяческое беззаконие, у людей бессильных, разоруженных, пленных? Нет. Она воспринимается окружающими или как бесплодное умствование, или как попытка обмана, попытка бессильного выкрутиться из лап смерти… Она воспринимается или как безумие, или как смешное для хищника лицемерие. Проще говоря, ты вначале обретаешь дубину, и только потом решаешь – бить ею или погодить. А в отсутствие дубины эти размышления – в сущности бредовы. Они – как мечты о полете на крыльях, который у тебя нет. Как было бы хорошо, чтобы меня не убивали! Ну, хорошо, наверное… Для тебя. А вот как объяснить тигру или медведю эту благодать? Как только мы вправим себе мозги и начнем думать о реальности, а не о либеральных бреднях неадекватных людей – не только жизнь, но и предшествующая история предстанут перед нами иным ракурсом. Очень многое поменяет цвет с черного на светлый, и наоборот. Очень многие привычные представления о прошлом изменятся до неузнаваемости.

Вот только лишь один пример: что, в сущности, сказал царизм крепостным правом? А вот что (переводя на современный с церковно-славянского): — На низком уровне развития дорог, коммуникаций, связи, документооборота и суда, военных и гражданских технологий – у меня нет иной возможности вас защитить. — Я же не могу быть все время с вами – говорит царь – Поэтому я оставляю в вашей деревне своего доверенного человека, который будет за вами присматривать. Во-первых, чтобы вас чужие не убили. Во вторых, чтобы вы сами друг друга не поубивали. Потому что в обстановке окружающего феодализма и то, и другое весьма и весьма вероятно… — А вдруг этот человек будет злоупотреблять царским доверием? – спрашивает гуманист. На что сама Реальность дает ему ответ: — Конечно, будет. И к бабке не ходи – будет. Всякая власть развращает. Поэтому царь и выбирает в коменданты села-крепости того, кто кажется ему генетически полноценным, умственно и психически полноценным, физически здоровым и т.п. Чтобы свести количество злоупотреблений к минимуму. Конечно, когда появится другой уровень связи, коммуникаций, суда и обороны – можно будет сменить крепостничество на более развитую систему общежития людей. Но пока их нет – именно крепостничество лучший для вас вариант. Вас убивают каждый день – то ногайцы, то пугачевцы, то поляки, то крымчаки, то разинцы, то просто малая лесная шайка… Малая-то она малая, но для отдельно взятого человека, попавшего к ней в руки – страшней любой орды! Поэтому государь-батюшка вам строит крепость для защиты, чтобы укрыть вас от набегов враждебных сил, думающих вас прирезать. Не угнетать, не эксплуатировать – а именно прирезать одноразово, стерев саму тень вашего существования на земле… Вот ведь в чем исходная суть крепостничества – а вы «рабство, рабство»… Конечно, в любой крепости на военном положении элемент рабства присутствует. Комендант осажденной крепости, отрезанной от центра (а в условиях средневековья любая деревня от центра отрезана) – как и капитан корабля, имеет всю полноту власти над теми, кто в его крепости укрывается. Он раздает им работу, он их наказывает, если что не так, он приказывает – и попробуй ослушаться. Но вы понимаете, что это нормальные отношения офицера с солдатами в бою?! Ну какая может быть демократия в крепости, ведущей оборону? Если каждый встречный-поперечный будет с комендантом спорить о своих правах – что же получится?

Потому у коменданта все права, вплоть до «высшей меры социальной защиты». А не нравится – вали на пограничье, к казакам… Но только там дисциплина (пресловутое «рабство» у либералов) – еще жестче. Если кто-то думает, что атаман не обладает той властью, какой обладает помещик в деревне – пусть почитает историю казачества… Вообще в жизни есть только две реальных возможности (остальное бред): — Мы можем последовать гуманизму, когда опираемся на силу (например, взять да и помиловать пленных, предварительно их пленив). — Мы не можем следовать никаким нормам гуманизма, если мы сами пленные. Кого и как мы можем защитить, если сами себя не смогли защитить?! Если мы в плену, то любое решение – каким бы жестоким оно ни было – мы уже не можем опротестовать. Что для нас придумает победитель – знает только сам победитель. Еще раз загляните в медвежью пасть, и задумайтесь: чем, кроме пули и ножа ее убеждать вас не сожрать? Трагедия русского человека в том, что во второй половине ХХ века он совершенно утратил представление о реальности, реальной жизни, реальном мире. Мишки все вокруг ходили дрессированные, умели только «барыню» плясать да сахарок канючить. Городской человек эпохи брежневизма в процессе урбанизации с ее бесплатными квартирами и брошенными деревенскими избами – напрочь забыл, что существуют и дикие медведи, лесные и таежные. Вопрос, грубо обращенный напрямую к человеку – «А зачем ты вообще нужен?» – стал казаться циничным, строго осуждался советской идеологией, у которой «за столом никто у нас не лишний». У которой «молодым везде дорога», «старикам везде у нас почет». А люди старого склада, еще помнившие, каково ходить на медведя с рогатиной, непременно бы спросили: — А с чего это вдруг молодым дорогу, да еще и везде? А чего такого полезного сделали эти молодые, чтобы перед ними ковровые дорожки расстилать? Да и старики бывают разные… Если заслуженный старик – одно дело. А если хрущевский обалдуй, стиляга и хиппан, просто физически состарившийся тунеядец – чего это ему почет-то? И пришел Ельцин – новый Атилла, «бич божий», страшное возмездие людям, утратившим связь с реальностью, впавшим в розовое детство беспочвенного самолюбования и нарциссизма. И сразу свернулись дороги молодым, и старики пошли кушать из помоек – пока в помойках есть чего покушать (как вы понимаете, это тоже не навсегда). Человек, который перестал ежедневно спрашивать себя у зеркала – «зачем я нужен?», «почему какая-то сила за меня врубается в битве за выживание?», человек, который поверил во врожденные, неотменяемые права и неотчуждаемую самоценность – в сущности, мертвец.

Это беззаботный грибник в лесу, переполненном голодными медведями. И ладно еще, если бы он, трезво мысля, всячески маскировался и прятался! Так нет же, он, утратив связь с реальностью, впав в крайние формы либеральной инфантильности, идет и песни орет! А ведь у любого взрослого на уме два вопроса: — Кто за тебя «врубится»? — Зачем ему нужно за тебя «врубаться»? Если это КПСС или царь-батюшка, то, наверное, ему нужно платить преданностью и усердием, не так ли? Чтобы мотивировать их, тебя защищать, если не на рациональном (зачем он нужен?) то хотя бы на эмоциональном уровне! Просто напрягите свои заплывшие жиром мозгочки, и задумайтесь: если японцы считают Курилы своими – нахрена им там, на Курилах, русские жители? Ну, вот просто так, в качестве гимнастики ума… Нахрена, как вы думаете, козе баян? Любых азиатов возьмите – у них же продыхнуть негде. Они живут страшно: собственных узкоглазых современников держат в подвалах за швейными машинками, по 14 часов в день, кормят дешманской лапшой по свистку… Обеденный перерыв – 15 минут на китайской фабрике, это для своих! А вы им кто? Живущие раздольно, так, что от колоса до колоса не слышно человечьего голоса? Нет, блин, они вас не тронут! У вас же права человека! Они всю жестокость на своих родных и близких израсходовали: на вас, блин, им жестокости не хватит… Ваш единственный шанс дышать – не говоря уж о большем – это крепость, которую построило государство Российское. Цари, а потом Сталин. И за прочность этих стен с пушками – молиться нужно утром, днем и вечером… А либералы вас зовут бежать из крепости, предать коменданта, покинуть стены, «ограничивающие вашу свободу» – и прямиком в лес с волками… Вот уж где свобода, так свобода. В 90-х еще не набегались?! Слабый не имеет права ничего себе требовать – потому что у него нет возможности обеспечивать чьи бы то ни было права. Ни свои, ни чужие. Слабый вообще живет на белом свете по доверенности. А особенно в центре Евразии, когда с востока желтолицые в великой тесноте, как сельди в бочке, с юга ваххабиты да турки, с запада старый матерый колониальный хищник – Запад… В США раньше определяли демократию как «власть вооруженных мужчин» и были чертовски правы. С той оговоркой, что США прикрыты океанами, а Россия – нет. А потому для РФ определение демократии, как власти вооруженных мужчин кратно актуальнее, чем для США (хотя и там оно безусловно, актуально). Но это значит – прежде, чем заикаться о каких-то своих правах, – нужно спросить себя, зачем я нужен? Какая от меня польза обороне, и какая от меня польза народному хозяйству? И уж если я балласт бесполезный – так нужно хотя бы не брыкаться, мешая защитникам спасать мою трижды никому не нужную жизнь, не уподобляться утопающему, который пытается спасателя вместе с собой на дно утащить…

Я скажу вам печальную, но важную истину. Никогда и нигде в истории народ (просто уродившиеся) не являлся ни источником государственной власти, ни ее приоритетом. Попытки видеть в нем (со всеми его маразмами, темнотой и закидонами) источник и приоритет – плачевно закончились в 1991 году. В лесу, где живут 100 австралопитеков и 1 саблезубый тигр власть, безусловно, находится у саблезубого тигра, хотя австралопитеков абсолютное большинство. По головам, по голосам – но не по когтям и не по клыкам. Тот австралопитек, который придумает, как убить тигра – будет не народом. Он станет народным героем, предводителем, «помазанником божьим», лидером «ордена меченосцев» – но в любом случае его личность будет противопоставлена тем, кто ничего, кроме как родиться на свет, не сумел сделать. Теперь экономические вопросы. Кому принадлежат богатства? Тому, кому принадлежат ресурсы. Кому принадлежат ресурсы? Тому, кто овладел территорией. Кто овладел территорией? Кто смог – тот и овладел. Теоретически земля ничья. То есть, теоретически, каждый имеет на ее плоды и дары, равные с другим, права. Ведь никто из людей не сделал ни почв, ни руд, ни нефти, ни камня. Возблагодарим Бога за то, что он не поставил счетчиков на воду и на воздух. И перейдем к практике. Тысячу раз наплевать практике на абстрактную рациональную справедливость. Она находится в голове, и чтобы она там находилась – голову нужно сохранить на плечах. Это первая задача, а уж потом все остальное. На практике все блага мира принадлежат тем, кто в силах их отобрать. Сильный никого не спрашивает, как ему распорядиться всеми наличными благами. Только у собственной совести – да и то, если она у него есть. А если она есть – то какая? Тоже вопрос… Сила, опирающаяся на террор – имеет свои планы и свои предпочтения. Поскольку один человек не может терроризировать целый народ – возникает опорный клан, коллективная личность правителя: она зависит от верховного лидера, а он – от нее. У них – отношения симбиоза захватчиков. Кроме этой группы есть вторичные пользователи земных благ: коштовые. Я их назвал так, потому что они на «коште» у сильного покровителя. Коштовые делятся на два подвида: любимые и рассчитываемые. Если речь идет о жене или сыне правителя – то это первая категория. Если речь идет о фабричном рабочем или хлеборобе – то вторая.

Рассчитываемые коштовые зачем-то нужны сильным мира сего. Им дают часть благ – потому что имеют на них какой-то расчет, планы. Можно, конечно, отобрать у крестьян весь хлеб до зернышка (и в истории много раз власти так делали) – но тогда крестьяне помрут, и некому будет в следующий год сеять хлеб. Поэтому сила власти оставляет крестьянам часть выращенного ими хлеба, рассчитывая их использовать по своему усмотрению. То, что Сила оставляет Труду – всегда условно и зыбко: может оставить больше, а может меньше. В сущности – это произвольное решение действующей власти, сколько оставлять, зависит от ее расчетов на будущее. Четкой грани между коштовыми и «бесполезными» (с точки зрения власти) не существует. Иногда власть выдумывает планы, требующие много народу, и берет часть «лишенцев» на кошт. Иногда – наоборот. Что именно она выдумает – знает только она сама. Человек, который считает, что его право на жизнь, и на кошт – прирожденное и неотъемлемое, в сущности, безумен. Точнее, он обезумлен оглушающими бреднями, несколько веков извращающими учение о человечности, подменяющие милость силы выдуманными и несуществующими правами слабости «качать права». Человек, который намерен пользоваться всеми благами жизни – и при этом освободил себя от всех обязанностей перед покрывающей его силой – скорее всего, будет убит и сожран. То, что он этого не понимает – не делает трагедию вечного перераспределения ограниченных ресурсов планеты менее трагичной. Может быть, от непонимания ему умереть будет легче – до конца не поймет, куда его тащат, но не более того… Моя жизнь, в сущности, состоит из двух базовых элементов: — мое копье — и мой строй копьеносцев. Без копья я бесполезен, без строя копейщиков – обречен. Человек не может владеть ничем, кроме того, что отвоевано – им или дружественными ему силами. Вне меча владения нет. Пойми мы это раньше – мы не потеряли бы Прибалтику и Украину. Не понимай мы этого дальше – мы потеряем Москву и Урал. И, конечно, самих себя. И всякое будущее для своих детей…» (Выхин). Автор редко соглашается с мыслями Выхина. Однако возразить мыслям, представленным выше, он ничего не может. Все так и есть на самом деле – «кто смел, тот и съел». Да, мы с Вами знаем примеры «удачных революций снизу». Но о чем говорят эти примеры? Только об одном – народная сила оказалось большей, по сравнению с властной. Однако на ту же проблему можно взглянуть и с другой стороны. Например, как А. Берберов — «Агония духа: философия шутов» (источник: https://ss69100.livejournal.com/5772570.html).

«В СССР самым модным философом, интеллектуальным светилом скептически настроенной молодежи считался Мераб Константинович Мамардашвили. Приходилось слышать, что он очень повлиял на М. Горбачева и его супругу, активно подвизавшуюся на ниве философии, Р. Горбачеву. Популярность Мамардашвили в России до сих пор велика, особенно в либеральных кругах. Книги философа до сих пор издают, читают и обсуждают. В родной Грузии же Мераб Константинович и вовсе считается «грузинским Сократом» и одним из самых выдающихся мыслителей в мире. Жизнь Мамардашвили сложилось более, чем комфортно. Получив диплом главного вуза страны в 1954 году, Мераб тут же поступает в аспирантуру. Потом членство в КПСС, и тут же заграничные турне. Направление в Прагу Мераб Константинович получил от Международного отдела ЦК КПСС. Далее по протекции Международного отдела ЦК КПСС Мамардашвили много путешествует по Европе – он посетил ФРГ, Францию, Италию, Кипр, ГДР. В итоге «упакованный» турист, от которого разит комфортом, приобретает известность в роли своего рода «свободного мыслителя», который с помощью размышлений о вечном абстрагируется от «свинцовой» советской действительности. В 1980 году он уехал в Грузию, там активно занимался политикой, был кандидатом на выборах президента в 1990 году. 25 ноября 1990 года в московском аэропорту «Внуково» у Мамардашвили случился сердечный приступ, и он скончался. Обыкновенный, даже классический «мажор» и «блатной», вся свобода которого ограничивалась благосклонностью сгнившей партийной верхушки, Мамардашвилли не оставил после себя никакой философской системы, глубоких идей. А его знаменитые «беседы» оказались, на поверку, забиты не только банальностями любящего красиво пожить дельца, но и, мягко говоря, «заимствованиями». Чем КОНКРЕТНО занимался Мамардашвили? Любой образованный человек с гуманитарным образованием может ответить вкратце, в 2- 3 предложениях, в чем заключается философия Гегеля, Камю, Юнга. Конкретно. Про Мамардашвили говорят, что он «был, по его счастливому выражению, «цивилизованным элементом в марксистско-ленинской философии», и «был неплохим профессионалом своего дела». Какого? Вкусно покушать? Его книги почему-то всегда изданы «в соавторстве», «на основании личных бесед», «по конспектам лекций». Зная, что такое соавторство вообще, а уж тем более в Средней Азии и на Кавказе, естественно сделать соответствующий вывод. А если этот вывод до сих пор никто не сделал, то очевидно, что дело тут не просто в очередном советском шарлатане, а в определённой социальной структуре, вкладывающей в поддержание полезного имиджа немалые средства.

Мамардашвили – вроде бы, националист, но особого толка. Достоинство нации он видит через призму ВЕЩИЗМА, барахла, жратвы и шмоток. Вот как он его описывал: «Существует грузинское достоинство. Мы не хотели принимать эту дерьмовую, нищую жизнь, которой довольствуются русские. Они с ней согласны, мы – грузины – нет. Посмотрите на тбилисские дома, тротуары. Грязные дома, обветшалые ворота, зато внутри благоустроенные квартиры, забитые вещами, высококачественной импортной аппаратурой. Это атмосфера отражает самоуважение грузин, которое отсутствует у русских. Русские готовы есть селедку на клочке газеты. Нормальный, не выродившийся грузин на это не способен. Внутренняя поверхность раковины отражает образ самоуважения грузина, его чувство собственного достоинства». Современные комментаторы, уже не обращая внимания на русофобию Мераба, метившего в Сократы пустозвонной эпохи, «цепляются» к другому. Ладно, говорят, мы привыкли, что русские – это евреи XXI века, в том смысле, что любой может говорить о них всякие гадости, которые запрещено в политкорректном обществе говорить о папуасах. Но как странно и даже нелепо звучат из уст философа слова о «квартирах, забитых вещами, высококачественной импортной аппаратурой». По Мамардашвили выходит, что «высококачественная импортная аппаратура» и определяет «самоуважение грузин». Типичная философия 80-х! Что может быть хуже, чем селедка на клочке газеты? Получается, чтобы быть уважающим себя человеком, непременно нужно сидеть за роскошным столом… А что тут философского? Философия – есть предельные формы обобщения идей. Мераб ее и выразил – в полном согласии с мнением поколения горбачевых: чем больше жратвы и шмоток, чем легче они достаются – тем и лучше. Остальное все – предрассудки… «Принимать нищую русскую жизнь – ниже собственного достоинства грузин. Мы должны отделиться. Хватит вместе с русскими страдать и вместе с ними жить в дерьме!». Но это высказывание – далеко не самое «философское» у Мераба Константиновича. Есть и еще более хлесткие. «Русские, куда бы ни переместились – в качестве казаков на Байкал или на Камчатку, их даже занесло на Аляску и, слава Богу, вовремя продали ее, и она не оказалась сегодня той мерзостью, в которую они ее скорее бы всего превратили, – куда бы они ни переместились, они рабство несли на спинах своих».

Дело не только в «недальновидности» философа. Жизнь показала, что отделение от России – это далеко не шаг к «сытой грузинской жизни». Скорее, это шаг к «нищей грузинской жизни». Современный комментатор говорит – «Кстати сказать, возможно, «нищая русская жизнь» стала бы немного богаче, если бы СССР не тратил деньги на обучение, стажировки, поездки Мераба Константиновича за границу. Если бы не давал ему большую квартиру в центре Москвы, дачу в Переделкино». Переоценка философского наследия Мамардашвили показала, что это философия не «гордого одинокого орла», как ее позиционировал Мераб Константинович, а скорее, банальная философия вещизма и паразитизма. Апология паразитизма – мол, орел цыплят не высиживает, он их ворует… В позднем СССР, в котором многие буквально молились на «квартиры, забитые вещами, высококачественной импортной аппаратурой», такая философия падала на вполне себе благодарную почву. Можно, конечно, сказать, что Мамардашвили вынес себе приговор, как философу, собственными же высказываниями. Он показал себя как злобный, а главное – глупый человек, и ни разу не философ. Любитель пожрать, а не мудрости (Софии). Но – в рамках покаяния – мы должны понимать, что Мераб – это ТА ФИЛОСОФИЯ, которую мы заслужили. Эта сладкая для паразитов апология паразитизма отражает смену приоритетов и переворот сознания, осуществленные атеизмом. Цивилизованный человек меряет и мудрость, и свои личное достоинство, себя по тому, что и сколько он ДАЛ человечеству. И ум, и честь, и величие человека (как и народа) – в том, какую роль он сыграл в судьбе истории, что принес с собой, какое наследие оставил. Открыл ли ненавистные Мерабу Байкал и Камчатку, или только в родном Гори открыл канистру с брагой? Когда полюса у «планеты воспитания» переворачиваются, то все встает с ног на голову. И честь, и мудрость, и величие – исчисляются от того, сколько ВЗЯЛ И ОТНЯЛ. Если бы не эта особенность восприятия мира у кишечного паразита – Мераб бы понял, что русские построили ХХ век, ставший для всей планеты «русским веком». Именно русские – на газете они ели селедку или не на газете – напугали капиталистов Запада, создав имевший место до распада СССР комфорт для ныне исчезающего «среднего класса».

Русские оплодотворили человечество идеями и ориентирами, в буквальном смысле, от Гаваны до Ханоя! Лучшие из грузин (Сталин!) были в этом деле с русскими и стали на этом русскими. Но именно грузина Сталина грузину Мамардашвили никогда не понять! Потому что для таких, как Сталин – важно ОСТАВИТЬ после себя (материальное и духовное наследие, великую память, благодарность потомков), а для таких, как Мераб – важно ЗАБРАТЬ, СТАЩИТЬ, в норку спрятать нахапанное. Если ты меряешь человека по его ДАРУ – то, естественно, смотришь на то, что человек сделал, а не на то, как он кушал и во что одевался. Но если менять человека по ВЗЯТКАМ – тогда, тоже естественно, важно посмотреть, с каким смаком он эти взятки потратил, чем закусил и чем свою берлогу обставил (импортной техникой- экстаз философии!). Не в Мамардашвилли дело. В нас. В какой-то момент мы утратили ориентиры, кроме примитивного и банального бытового стяжательства. Мы забыли, что «успех» – от слова «успеть» и однокоренное слово со словом «успение». Усоп – значит, успел душу спасти, а не успел – издох. Мы забыли, что в английском языке слово «комфорт» ВНАЧАЛЕ означало молитвенный экстаз, состояние душевного мистического озарения. А у нас оно означает мягкий диван – вполне по Мамардашвили. Философия Мераба – это агония духа. И ладно бы, если его духа. А то ведь, может статься, и нашего тоже…» (Берберов). Другими словами, по-настоящему гуманным и либеральным может стать только очень сильный человек, такой, например, как Путин. Его Силы на несколько порядков превышают наши с Вами силы, и потому, он может быть и гуманным, и либеральным, причем, до самой крайности. Нам же с Вами сие совсем не грозит – мы попросту не можем быть, ни гуманными, ни либеральными. Мы с Вами – просто слабые люди, причем, во всех отношениях, такие же слабые, как и тот же самый Мамардашвили. А чтобы стать «Человеком с Большой буквы» — и гуманным, и либеральным, и всепрощающим, первое, что нам необходимо сделать, это стать Сильным Человеком. И в этом вопросе Выхин абсолютно прав. Однако автор категорически не согласен с выводом Выхина: «Человек не может владеть ничем, кроме того, что отвоевано – им или дружественными ему силами. Вне меча владения нет. Пойми мы это раньше – мы не потеряли бы Прибалтику и Украину. Не понимай мы этого дальше – мы потеряем Москву и Урал. И, конечно, самих себя. И всякое будущее для своих детей…». НЕТ и еще раз НЕТ, Человек может ОБЛАДАТЬ своей собственной СИЛОЙ! И зависит «сила этой СИЛЫ», в первую голову, от УМА и ВОЛИ человека, которые уж точно невозможно завоевать, их можно только воспитать. А стало быть, «копья» тут совсем не причем.

В свое время автор этого сайта воспитал в себе сначала «автонома», а потом и «вершителя» (это по силам сделать и Вам, уважаемый читатель), и уверяю Вас, как бы Выхин ни пытался (со своим «копьем» и со своими «копьеносцами»), обладать тем, чем обладает автор, у него из этого ничего не выйдет. Более того, даже если автор сам решит расстаться со своим ДАРОМ, расстаться-то с ним он расстанется, но тот никак не попадет в обладание Выхину. Другими словами, свою СИЛУ человек может только воспитать, но никак не отнять у другого человека. Давайте вспомним Высоцкого: «Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал», а теперь замените «горы» на «силы», и Вы получите реальное положение дел с силами у любого сильного человека. Короче говоря, сильный человек со временем становится только сильней, а слабый – слабей. Именно по этой причине, Мамардашвили и умер во Внуково – у него просто не хватило сил жить дальше. Как ни крути, а «главным обладанием» любого человека являются не «высококачественная импортная аппаратура» и не деньги, а его собственная жизнь. И слабые люди не могут защитить даже этого своего «обладания». Так и утрата Россией Прибалтики и Украины говорит не об отсутствии Силы у нее, а о том, что тогдашние правители России направляли эти Силы совсем не в том направлении – не на защиту своего «главного обладания», а на «примитивное и банальное бытовое стяжательство». И в этом вопросе взгляды автора полностью расходятся с взглядами Выхина. Автор – русский человек и жизнелюб, по своей сути, а потому, за свое «главное обладание» он будет драться «до самой смерти», и не жалея жизни своих противников. Примерно так же устроена и вся Россия в целом, и сегодня ей не нужна ни Украина, ни Прибалтика. И биться за них Россия не будет. А вот защищать себя и свой народ она будет «до последнего»! И в этом деле ей не смогут помешать даже ее нынешние либеральные правители. Что представляют собой наши правители? Они представляют собой даже не весь головной мозг единого организма, под названием Россия, а лишь его небольшую часть, оперирующую разумом. Но кроме разума любое сознание обладает еще и Верой, и подсознанием. И эти две «главные части сознания» будут до конца биться за жизнь всего организма даже вопреки приказам разума. Что же касается развала СССР, то автору этот процесс сильно напоминает операцию по удалению воспалившегося аппендикса (правда, аппендикс у России оказался далеко не один). Многие из читателей наверняка перенесли подобную операцию. И как Вы думаете – сильно они сожалеют о своем вырезанном аппендиксе? Вот и нам пора перестать сожалеть об уже отрезанных кусках СССР, примерно так же, как мы это делаем после удаления воспалившегося аппендикса.

Был единый советский народ, а теперь есть единый русский народ, и он, невзирая ни на что, и «сегодня — живее всех живых». Чего нельзя сказать обо всех прочих «ошметках СССР». Народы, населяющие эти «ошметки», скорее всего, сохранятся, как, например, сохранились австрийцы и венгры. Однако австро-венгров сегодня мы точно не увидим, да и существовали ли они вообще? – большой вопрос. Точно так же, как нет сегодня ни поляков-литовцев, ни поляков-хохлов. А вот русские татары, башкиры, и даже чеченцы – остались, и они совсем не собираются «ополячиваться». В отличие от тех же хохлов и прибалтов. Ну, так, нехай и те попробуют, глядишь, и вернутся в «общий дом» («обжегшись на молоке, на воду дуют»). Ну а не вернутся, так, и хрен с ними! Что же касается славянской принадлежности тех же поляков или болгар, то вспомним о том, что русские имели общих предков и с западноевропейцами. Однако на сегодняшний день (и уже очень давно) они – наши явные враги, и даже не скрывают этого. А поляки и хохлы, также как и англичане, имеют одно общее свойство – они очень любят «гадить» России, причем делали это, и делают всегда, невзирая на то, союзники они России или ее противники (такая уж у них натура сволочная). Уж чего-чего, а исторических примеров на эту тему – предостаточно. Возникает резонный вопрос – а какого хрена, нам, русским нужны такие сволочные «родственнички»? К подобным родственникам надо относиться так же, как к тещам – чем дальше теща, тем лучше зятю. Сильна ли нынешняя Россия? Да, сильна, но не настолько, чтобы либеральничать с хохлами, прибалтами и поляками, да и со всеми остальными жителями Земли. Увы и ах, но нынешние правители России в своем большинстве представляют «либерастов», вот они и либеральничают со всем окружающим миром. А нужно не либеральничать, а, наоборот, ДАВИТЬ, ведь им «хватает ума» давить на свой собственный народ, но почему-то его «не хватает» — давить и на все прочие народы мира. А чем русский народ хуже всех остальных? Наоборот, лучше! А вот, с правителями нашему народу, действительно, хронически не везет и практически никогда не везло (за редкими исключениями, вроде Екатерины Великой или Петра Первого). Кстати, повезло русскому народу и с Путиным, да только самому Путину не повезло родиться и жить в такой непростой момент времени, причем, как для России, так и для всего остального мира. Однако свое «хорошо» есть в любом «плохо», и наоборот. Да, жить сегодня весьма непросто, зато интересно. А большой интерес, по крайней мере, у автора этого сайта, всегда перевешивает все невзгоды (и судя по всему, у Путина – тоже). Тем не менее, надо признать, что автор намного свободней Путина (тот по рукам и ногам связан своим «либеральным окружением»). А у автора наоборот – автор сам «связывает по рукам и ногам» все свое окружение. Вот примерно такой президент и потребуется России после Путина.